Лёд и Сахар - Анна Эйч

– Антон, пожалуйста, – она делает шаг назад. – Не делай ещё больнее, просто уезжай.

Где-то я это уже слышал. Почему все женщины, к которым я начинаю испытывать глубокие чувства, бросают меня?

– Нет!

– Уезжай! Не преследуй меня! Это моё желание!

– Нет… – я готов упасть на колени и умолять её объяснить причину, почти скулю.

– Прощай!

Она, прижимая мой букет к груди и срывается с места… скрывается за плотной тканью кулис, оставляя меня одного без ответа, но с вполне конкретным посылом: оставить её в покое.

Глава 55. Ключевое – «с тобой»

Глава 55. Ключевое – «с тобой»

Антон.

Открытие клиники Курта Максвелла проходит на высоте, официальная часть позади, и сейчас каждый предоставлен самому себе. Мэтт флиртует с промоутерами, Адамс бегает вокруг Элли, переживая, что она то перегреется на солнце, то, наоборот, застудится под кондиционером внутри здания. Мелкая Элли так выросла – я помнил её совсем ребёнком, а теперь передо мной острая на язык девчонка, которая, к слову, встречается с виновником сегодняшнего торжества. Не знаю, как Элли это допустила, но видимо там сильный чувства вспыхнули.

– Соколов, ты фото в социальную сеть запостил?

А вот и вышеупомянутый Цербер.

– Я отдыхаю, не видишь?

– Сделай фото и отдыхай! – Элли забирает у меня бокал шампанского и выжидательно сверлит взглядом мой телефон. – Давай-давай, а то я знаю вас: не напомни – так и не сделаете.

– С каких пор ты заделалась моим SMM-менеджером?

– Я твой агент, а эта клиника – моего хорошего друга, и я хочу, чтобы о ней узнали все!

– Ты понимаешь, что используешь рабочие связи ради личных целей? – пытаюсь её пристыдить, но она только вопросительно выгибает бровь.

– И? В чём вопрос, Соколов?

В ответ я только усмехаюсь и размещаю серию фото, пишу самый банальный текст из серии «посетил открытие классного места, всем рекомендую спортивный зал».

– Так подойдёт?

– Можно было и оригинальное что-то придумать, – цокает Элли, откидывая свой конский хвост через плечо. – Здесь, вообще-то, классный массажный салон, физиотерапия и кабинет психолога. Тебе, кстати, надо бы походить.

– Разбежался! – фыркаю и тянусь за своим шампанским.

Но Элли отводит его дальше.

– Эй?

– Какой это по счёту бокал? – строго спрашивает, заделавшись моей мамочкой.

– Какая разница?

– Такая, Соколов, ты собрался напиться прямо на светском мероприятии?

– Элли, я всё контролирую!

– Ни хрена ты не контролируешь! – шипит на меня змея, понижая голос. – Возьми себя в руки!

– Отвали.

– Антон… – зовёт она меня уже более мягко, чувствуя моё состояние.

– Элли, я не собираюсь спиваться, но сейчас мне хреново, просто не лезь и не мешай мне созерцать результат твоей прекрасной работы! – с сарказмом выплёвываю я, окидывая рукой двор, заполненный гостями, фуршетными спотами и сотрудниками.

Элли глубоко вздыхает, ставит бокал на столик и отходит на шаг, чтобы схватить со стола с закусками большую миску с фруктами.

– Закусывать не забывай! – она громко ставит тарелку передо мной и уже через плечо бросает ещё одно указание: – И видео выложить не забудь!

Она наконец-то оставляет меня в покое и удаляется к моей команде – видимо, тоже проверить, разместили ли те фотографии и отметили ли аккаунт клиники.

С ума сойти, как Картер её терпит. Уберёг меня Бог – и на этом спасибо.

Я допиваю свой бокал шампанского и лениво отталкиваюсь от стола, чтобы захватить ещё один, подхожу к инсталляции со сладкими закусками, выбираю тарталетку с пышным кремом и подношу к губам, собираясь полностью заглотить её.

– Я бы выбрала что-то с ягодами, в таких кремах обычно слишком высокая жирность, – экспертный комментарий заставляет меня застыть с приоткрытым ртом и пирожным в руках.

Отлично, Антон, у тебя начались галлюцинации.

Я ставлю тарталетку на свою тарелку и лениво поворачиваю голову, чтобы подсказать этой зазнайке, куда ей идти со своими советами.

Но моя шизофрения очевидно прогрессирует.

Потому что передо мной стоит Сандра в лёгком платье оттенка оттенка с глубоким V-образным вырезом, в руках – маленький сверкающий клатч, волосы уложены в аккуратные локоны на один бок.

В моём пьяном воображении она больше не прячет свои шрамы.

Я отворачиваюсь, сжимаю стеклянную столешницу и пытаюсь вытеснить из головы образ такой красивой и непозволительно сексуальной Вертинской. Её здесь нет. Это всё твой пьяный мозг, Антон.

– Антон?

Чёрт, Элли была права – нужно было остановиться ещё на третьем бокале. Несколько раз моргаю и снова перевожу взгляд на девушку.

– Мы можем поговорить?

Сандра никуда не исчезает.

– Я пьян, – фыркаю и снова отворачиваюсь.

Она продолжает стоять и сверлить меня взглядом.

– Тогда съешь эту тарталетку, состоящую из одного производственного сахара, и посмотри на меня, – воинственно приказывает она, хватая моё пирожное с тарелки и поднося к моим губам. – Давай! Мне нужно тебе кое-что сказать!

Учитывая, что на меня никто не пялится и не вызывает врачей, видимо, Сандра и правда настоящая.

– Что ты здесь делаешь? – хмурюсь и всматриваюсь в её лицо, всё ещё не веря, что она и вправду стоит передо мной.

Бесстыдно рассматриваю – никогда не видел Сандру такой: её нежный макияж, подведённые пыльно-коричневой помадой губы и сверкающая кожа от каких-то косметических средств делают её похожей на голливудскую звезду.

– Меня Элли пригласила.

Элли? Эта коза знала, что здесь будет девушка, по которой я убиваюсь, и промолчала? Ещё и подошла как ни в чём не бывало, требовала улыбаться на камеру и нахваливать перед блогерами это место.

– И зачем ты согласилась, – не спешу радоваться, тянусь за новым бокалом.

– Потому что решила, что повела себя глупо, – она меня опережает и выхватывает бокал буквально из пальцев, вашу мать, эти бабы меня доконают. – Я знаю, ты, наверное, на меня злишься…

– Злюсь? Да, Сандра, я зол, потому что ты сбежала, ничего не объяснив, но тогда я ещё мог понять причину, но потом…

Я замечаю, что на нас начинают пялиться гости – видимо, я говорю слишком громко – и решаю отойти в более уединённое место.

Со вздохом разочарования и зарождающейся яростью шагаю к скверу, скрытому плакучими ивами, в двух шагах от клиники. Сандра следует за мной.

–