Лёд и Сахар - Анна Эйч

А потом ты просто сказала мне валить на все четыре стороны! – резко разворачиваюсь и продолжаю высказывать всё ей в лицо. – Да, Сандра, я злюсь, – перехожу на повышенный тон – потому что нельзя вот так врываться в мою жизнь, заставить поверить, что чувства взаимны, влюбить в себя до беспамятства меня, моего сына, да, даже всю мою команду! А потом исчезнуть! Так нельзя!

Знаю, что звучу как капризный ребёнок, но что я теряю? Она уже бросила меня, так к чему все эти выяснения отношений?

– Прости.

Голова мутная, эмоции на пределе, и я всё ещё не понимаю, чего она хочет.

– Прости, – ещё раз произносит она виновато. – Я просто решила, что так будет лучше.

– Кому? Кому будет лучше? Судя по тому, как меня кроет все эти дни, уж точно не мне!

– Антон, послушай, – она кладёт свои миниатюрные пальчики мне на грудь, и это прикосновение ощущается слишком приятно, чтобы её оттолкнуть и дать понять, что я всё ещё жду объяснений и её манипуляции не сработают.

Но они работают, и всегда будут работать. Даже если она сейчас попросит её трахнуть, а потом свалит обратно в свой Париж, я на это пойду. Как последний придурок. Безнадежно влюблённый лох.

– Если ты не собираешься ничего объяснять, то не надо, Сандра, только не снова…

– Антон, твоё сообщение… – прерывает она.

– Какое сообщение?

Сандра убирает руки с моей груди, и я испытываю неприятную пустоту. Она открывает клатч, достаёт телефон и начинает что-то в нём искать.

Из динамиков раздаётся мой голос:

«Я так хотел сделать тебе предложение на Новый год, но побоялся, представляешь, как мальчишка струсил, что ты откажешь. А потом, когда отвозил Марка на тренировку, увидел, как тренируется команда девочек по фигурному катанию, и так захотелось дочку. Или мальчишку, но от тебя. Сандра, я хочу с тобой детей, я хочу тебя рядом до конца своей жизни. Но… Я, видимо, сделал что-то ужасное в прошлой жизни, раз сейчас не стою перед тобой на одном колене с бархатной коробочкой, а сижу на холодной металлической лавке полицейского участка.

Я люблю тебя и точно знаю – буду любить всегда».

Отрываю глаза от аудиодорожки на телефоне и вижу мокрое от слёз лицо Сандры. Что я такого в нём сказал, почему оно так её расстроило?

– Я не могу иметь детей, Антон, – признаётся она и закрывает глаза, чтобы унять поток слёз. – Каждый раз, когда слушаю это сообщение, не могу сдержаться, – качает головой. – Я не могу дать тебе того, чего ты хочешь, поэтому не сказала тебе в Париже, что люблю. Антон, я влюбилась в тебя, очень сильно. Мне так жаль, мне так хотелось быть с тобой.

– Прекрати! – обхватываю её лицо, она слишком много плачет для женщины, которую я люблю и планирую оберегать. – Прекрати, слышишь? Это ничего не меняет!

Сандра распахивает глаза.

– Я хочу быть с тобой, и если это значит не иметь общих детей, значит, я проживу долгую и счастливую жизнь с тобой и Марком. Но никак не без тебя.

Мой глупая девочка боязливо улыбается.

– Что было непонятно во фразе «я хочу детей с тобой»? Ключевое – «с тобой». Ты это понимаешь?

Кивает и тихо добавляет:

– Я такая дура.

– Согласен, – усмехнувшись, соединяю наши лбы. – Бежим?

– К-куда?

– Без разницы, Пироженка, главное – с тобой.

– Тогда… домой?

Лучшего места я и придумать не мог.

Глава 56. Ради любви

Глава 56. Ради любви

Сандра.

Я сбежала.

Сначала я сбежала из дома, от отца, который однажды точно мог меня убить.

Потом от мужчины, который под маской рыцаря скрывал свою чёрную душу. Он выпотрошил меня, как тряпичную куклу, лишил всякого достоинства и уважения к себе, заставил думать, что я никто без него. Большую часть своей жизни я бегу – бегу от прошлого, бегу от будущего, бегу за мечтой и убегаю от проблем.

И так продолжалось бы до конца моей жизни, если бы не он, мой принц, который никогда не называл себя таковым. Он не кичился доспехами, не обещал воздушных замков, а тихо помог найти себя. Спас, когда я думала, что уже мертва внутри, вдохнул жизнь, заставил бороться, вложив в мою руку меч. Он никогда не ждал ничего взамен и всегда чувствовал меня так, словно у нас одно сердце на двоих.

Он стал местом, которое я могу назвать домом, и я не знаю, как выразить словами или действиями всю полноту чувств, которую испытываю к нему.

Мы стоим посреди гостиной и смотрим друг на друга, вкушаем этот момент и оттягиваем неизбежное, будто боимся выпить самый вкусный эликсир за раз и не насладиться им как следует. Смакуем каждую секунду, что мы порознь, но с возможностью в любой миг слиться воедино.

Антон делает шаг и нежно запускает пальцы в мои волосы. Вторая рука ложится на талию и притягивает меня к его твёрдому телу.

– Во мне не меньше бутылки шампанского, но по-настоящему я пьянею от тебя, – тихо шепчет он, не стремясь ни раздеть меня, ни страстно завладеть моим ртом.

– Я думал, ты мне привиделась… – голос мягкий, как касание горячих губ в ключицу, словно пёрышко. – Совершенная… – кожу опаляет тёплое дыхание. – Ангел.

Я не чувствую земли под ногами, колени подкашиваются.

– С тобой я забываю своё имя, Сандра.

– Антон, если ты не планируешь меня раздеть, то прекрати этот словесный секс, я вся мокрая.

На его лице появляется хитрая улыбка:

– Я планирую тебя любить, – он откидывает мои волосы за спину и поддевает бретели моего платья. – Хочу запомнить эту ночь, – платье падает на пол, и я остаюсь в одних трусиках. – Ты сахар, Верти, – накрывает губами мой сосок, запуская жидкое блаженство по венам. – Дурею от тебя.

– Соколов, я кончу раньше, чем ты ко мне прикоснёшься! – хнычу, схожу с ума от этих умопомрачительных речей, от которых влага стекает по внутренней стороне бёдер.

Антон подхватывает меня на руки и уносит в свою спальню. Наваливается всем телом и так же протяжно, красиво входит в меня, целует после каждого стона, действует медленно, тем самым заставляя меня смаковать каждую секунду, умолять о большем и впоследствии испытывать