Это ты мне? Как писать захватывающие диалоги для кино и сцены - Линда Сегер

на галопе, трензельных уздечках, скользящей остановке, кобылах и жеребцах-производителях. Персонаж-сценарист расскажет о кульминации, завязке, тематическом путешествии главного героя, сюжетной линии персонажа и развязке. Зритель или читатель, не знакомый с этой терминологией, не поймет, о чем речь, и потеряет нить повествования.

Существует несколько приемов, помогающих развеять недоумение зрителя или читателя. Автор сценария может описать действие, делающее очевидным значение термина. Когда хирург требует скальпель, протягивает руку и в эту руку вкладывают инструмент, мы предполагаем, что этот инструмент и есть скальпель.

Когда герой говорит, указывая на место в нотах: «Что, если я сыграю здесь глиссандо?» — и исполняет глиссандо на фортепиано, зрителям становится ясно, что это такое. Если это диалог в книге, то автор может описать, как пианист быстро проводит указательным пальцем по клавишам.

Как передать информацию

Как передать информацию, сложную для понимания?

В процедуралах — вспомните сериалы о полицейских, юристах, врачах и политиках — для эффективной передачи сугубо профессиональной информации часто героев делают «говорящими головами». Герои сериала «Кости» (Bones), спродюсированного Хартом Хэнсоном, то и дело упоминают названия частей скелета и одновременно показывают их на скелете, который лежит перед ними на столе. Если эксперт-энтомолог Ходжинс упоминает личинку, о которой никто ничего не знает, то обязательно покажет эту личинку и расскажет о ее появлении на свет, развитии, местообитании, питании — сообщит любую информацию, важную для сюжета.

Когда пишете сцену с участием двух персонажей, сделайте одного из них неофитом, пытающимся во всем разобраться. Вот пример из сериала Энтони Зуикера «CSI: Место преступления» (CSI: Crime Scene Investigation):

ДЕТЕКТИВ О’РАЙЛИ

Захватили свои игрушки, парни?..

ГРИССОМ

Это не игрушка, О’Райли. Это электростатический съемник отпечатков пылевых следов.

ДЕТЕКТИВ О’РАЙЛИ

Пусть так...

ГРИССОМ

Что-то вроде приспособления для собирания пылинок, только эта штука собирает следы.

В других сценариях «неофитом» может быть ребенок, студент, новое действующее лицо — любой человек, не контролирующий происходящее. Информацию можно передавать и другими средствами помимо диалога, такими как письма, газеты, экран компьютера и даже старомодная доска, на которой пишут мелом. Однако писатель все равно должен придумать реплики, произносимые или написанные.

Во многих фильмах профессиональный жаргон используется, когда самым важным элементом является само действие, которому жаргон лишь добавляет увлекательности. Нам незачем понимать все до последнего слова — мы лишь должны увлечься действием, контекстом, персонажем и ощущением уникальности мира, который явился нам в этой сцене. Это может быть мир торнадо, как в «Смерче» (Twister), мир военных действий, как в «Черном ястребе» (Black Hawk Down), мир математиков, созданный в «Играх разума» (Beautiful Mind), или мир закона и порядка в сериале, как нетрудно догадаться, «Закон и порядок» (Law & Order).

Во многих военных фильмах имеется сцена, когда командир должен объяснить подчиненным боевую задачу. Он может пользоваться картами, голосовой связью, схемами и даже презентацией в PowerPoint.

Создать уникальный мир бывает особенно трудно в любом полицейском или медицинском сериале, где почти каждая реплика насыщена профессиональным жаргоном или специфической терминологией. В следующем примере из «Анатомии страсти» Шонды Раймс обратите внимание на то, что во всем диалоге нет фактически ни одной фразы, свободной от жаргонизмов и понятной для непосвященного, но вы тем не менее улавливаете смысл.

Место действия: приемное отделение больницы. День

Фельдшеры вытаскивают из машин скорой помощи стонущих людей и кладут на асфальт парковки. Пострадавшие в разном состоянии: кто кричит, кто постанывает, кто пребывает в ступоре, третьи в бессознательном состоянии, некоторые мертвы.

Из дверей приемного покоя выбегают интерны с медицинскими чемоданчиками. Их группа рассыпается среди пострадавших, и интерны оценивают тяжесть состояния жертв. Воцаряется хаос.

Мередит стоит на коленях у мужчины, лежащего без сознания. Она кричит доктору Бейли.

МЕРЕДИТ

(Скороговоркой.) У мужчины расширенный правый зрачок, вывих атлантозатылочного сустава, перелом таза по типу открытой книги, большая открытая рана брюшной полости, проникающее ранение грудной клетки и переломы семи ребер.

ДОКТОР БЕЙЛИ

(Фельдшерам.) Срочно его на носилки и в операционную!

Смысл этой сцены — показать, что в больничной среде интенсивность событий меняется в мгновение ока. Зрителям необязательно знать медицинский жаргон — достаточно понимания, что дело больного плохо. Распоряжение доктора Бейли немедленно доставить пострадавшего в операционную подчеркивает лихорадочный характер происходящего. Далее в той же серии доктор Бейли стоит у операционного стола над пациентом, погруженным в наркоз, и сцена снята крупным планом, чтобы были видны действия.

ДОКТОР БЕЙЛИ

Увеличьте разрез с помощью диссектора и сформируйте анастомоз степлером.

Информация должна способствовать не только развитию сюжета, но и развитию героя. Она дается не для того, чтобы продемонстрировать эрудицию автора или ум героя. Писателю стоит задаться вопросом: что нам необходимо знать и когда мы должны это узнать? Книга или фильм не должны превращаться в лекцию, проповедь или презентацию в PowerPoint. Ведь зрителю или читателю не придется сдавать экзамен для проверки того, насколько усвоен материал.

К последней странице книги или финальным титрам фильма мы не должны превратиться в дипломированных специалистов в области инженерных разработок, нейрохирургии или ловли акул. Более того, если слишком вдаваться в предметную область, это лишь отвлечет аудиторию от истории, а это последнее, чего хочет писатель.

Какой персонаж вам нужен?

Автору жизненно важно знать, какая информация у читателя уже есть, а какую еще только предстоит донести до него, чтобы он понимал, почему история развивается именно так. Автор создает персонажа, которому должно быть известно то же, что известно аудитории. Он может задать вопрос, или другой персонаж что-то ему сообщит. Сделано это должно быть искусно — если зрителям или читателям кажется, что им читают лекцию, у них копится раздражение. При этом удачный объясняющий диалог аудитория воспримет позитивно.

Например, персонаж-зануда объясняет что-то в таких мелких подробностях, что раздражает всех, кроме героя, который заинтересован в этих деталях. Главное, чтобы таким занудой был лишь один персонаж. Еще можно ввести в сцену участника, который не знает некий термин и просит его объяснить или просто выглядит озадаченно. Как вариант, этот персонаж не хочет показаться тупицей и молчит, но тот, кто произнес этот термин, замечает его недоумение.

В рассказах Артура Конан Дойла о Шерлоке Холмсе Уотсону часто приходиться просить Холмса объяснить загадку. В рассказе «Союз рыжих» Уотсон задает вопросы типа: «Но как вы раскрыли их замысел?»[9] и «А как вы узнали, что они попытаются совершить ограбление