Звезда за облаками - Artyr Gor

— С возвращением, путешественницы! — улыбнулась Су Джин, обнимая Соину и Мин А. — Как Чеджу? Надеюсь, набрались сил, потому что сейчас начнётся настоящий марафон.

Соину сразу отправили в гримёрное кресло. Опытный стилист площадки, едва притронувшись к её волосам, пришла в полный восторг:

— Боже мой, какие густые и плотные волосы! И этот лонг-боб… Ким Соина-сси, вам невероятно идёт этот срез! Чёрный цвет смотрится просто супер, камера в вас влюблена!

Гримёр лишь слегка притушил фарфоровую кожу Соины, добавила капельку блеска на губы и выделила выразительные глаза.

Затем началась работа над сценами «Великолепных дней». Соина играла персонажа со сложной судьбой — юную девушку с сильным характером, пробивающую себе дорогу в жизнь. Благодаря актёрскому чутью и внутреннему жизненному опыту Артёма Воронова, Соина выдавала невероятную глубину эмоций с первого же дубля.

— Снято! Идеально! — раз за разом раздавался в громкоговоритель голос режиссёра. Но были и пересьёмки. Как без них.

Съёмки затянулись до самого вечера. Соина отработала несколько сложных диалоговых сцен, сменила три комплекта костюмов и ни разу не показала капризов или усталости, чем снискала огромное уважение у всей съёмочной группы и старших актёров. Это работа проходила с командой #2. Тут были другой режиссёр, персонал и актёры.

Около 20:30 последняя сцена была снята. Съёмочный день официально завершился.

— Отличная работа, Соина! — Хан Су Джин похлопала её по плечу, когда они выходили из павильона к ждавшему на парковке минивэну. — Ты сегодня просто выложилась на все сто. Режиссёр в полном восторге.

— Спасибо, Су Джин-онни. Я просто делала свою работу, — скромно улыбнулась Соина.

— А теперь — самое приятное! — объявила Мин А, запрыгивая в салон машины. — Хе Рён-ши звонила полчаса назад. Всё готово. Мы едем к ней домой!

Кан До Джин улыбнулся в усы, потянул селектор автомата и направил Hyundai Starex через вечерние пробки в элитный жилой район, где проживала глава RMA Хан Хе Рён.

Дом Хан Хе Рён представлял собой просторный, роскошный двухэтажный особняк с панорамными окнами, закрытым двором и изысканным интерьером в стиле современной азиатской классики. Когда команда RMA вместе с Соиной вошла в дом, их встретил тёплый свет ламп, аромат запечённого мяса, свежих морепродуктов и звучащая из дорогой аудиосистемы стильная музыка.

Хан Хе Рён выбежала в холл в домашнем, но невероятно стильном шёлковом кардигане и сразу заключила Соину в тёплые объятия.

— С приездом, моя звезда! — искренне проговорила Хе Рён, разглядывая её со всех сторон. — Ох, Соина, как тебе идет этот лонг-боб! Ты выглядишь просто потрясающе — взросло, дорого и с невероятным шармом!

— Спасибо, Хе Рён-сси, — поклонилась Соина.

В гостиной уже был накрыт шикарный праздничный стол. Поскольку лунный Новый год (Соллаль) в 2002 году выпадал именно на эти февральские дни, а 14 февраля также отмечался День святого Валентина, Хе Рён решила объединить эти поводы в один большой, тёплый семейный праздник для всего своего агентства.

На столе возвышались традиционные корейские блюда: дымящийся суп с рисовыми клецками ттоккук (символ наступающего нового года и взросления), огромная тарелка с запечёнными ребрышками галби-жим, ассорти из свежших морепродуктов, праздничные блинчики чон, а также изысканный торт с клубникой и шоколадные конфеты к Дню всех влюблённых.

За столом собралась вся ключевая команда RMA: работники агенства и студии, а также Хан Хе Рён, Хан Су Джин, Пак Мин А, Кан До Джин и сама Соина.

Хан Хе Рён подняла бокал с игристым вином (Соине и Мин А налили свежевыжатый сок):

— Дорогие мои! Этот год — 2002-й — станет для нашего агентства переломным. Мы пройдём через всё: через съёмки, через концерты, через завистников и конкурентов. Но у нас есть главное — мы одна семья. И у нас есть Соина и стажёры в чьём таланте я не сомневаюсь ни на секунду! За наш общий успех! За Новый год и за новые вершины!

— За Соину! За RMA! — дружно поддержали все присутствующие.

Обед плавно перешел в тёплый, уютный вечер. До Джин, отбросив свою привычную суровость, с удовольствием рассказывал смешные истории из своей службы в полицейском спецназе. Мин А с азартом пересказывала подробности встречи с фанатами в аэропорту Кимпхо. Хан Су Джин делилась планами по продвижению на ТВ остальных артистов, а Хан Хе Рён внимательно слушала Соину, которая рассказывала о дедушке Кан Чхоль Мине и о том, как на Чеджу рождаются новые мелодии и вдохновение.

Соина сидела в кресле у панорамного окна, держа в руках чашку с горячим женьшеневым чаем. За окном светился ночной Сеул. Внутри неё царил абсолютный покой.

Артём Воронов думал о том, как странно и удивительно переплелась его судьба. Простой парень из Ростова-на-Дону, погибший в далеких афганских горах, обрёл новую жизнь и новую цель — защитить эту корейскую девочку, провести её сквозь грязь и интриги шоу-бизнеса и вывести на самую вершину.

Праздник в доме Хе Рён продолжался до самого позднего вечера. Это был вечер настоящего единения, тепла и веры в будущее.

Сеул был готов принять новую звезду по имени Соина.

Глава 30

Ночной Сеул двадцатого февраля 2002 года мерцал сквозь тёмные тонированные стёкла тёмно-перламутрового Hyundai Starex. Автомобиль плавно, практически бесшумно скользил по освещённому эстакадному шоссе вдоль реки Ханган, направляясь в район Мокдон, где над высотными кварталами возвышался современный медиа-комплекс телерадиокомпании SBS.

Внутри просторного салона комплектации Pilot витала сосредоточенная, почти молитвенная тишина. Соина сидела во втором ряду на мягком глубоком кресле «пилот», обтянутом тёмной кожаной обивкой. На ней был стильный и одновременно сдержанный повседневный ансамбль, скроенный по последним тенденциям сеульского уличного кэжуала 2002 года: элегантный оверсайз-жакет глубокого графитового оттенка поверх лаконичного бежевого топа, прямые джинсы тёмного денима и аккуратные кожаные туфли на небольшом каблуке. Волосы мягко спадали на плечи, а спокойный, собранный взгляд был направлен на жёсткий чёрный кофр, лежавший на соседнем сиденье.

В этом кофре покоилась не просто гитара. Это был инструмент редчайшей ремесленной работы — мастеровая акустика из отборной древесины, сделанная руками её дедушки Кан Чхоль Мина. Кан Чхоль Мин, знаменитый на весь остров Чеджу реставратор и хранитель традиционного щипкового инструмента комунго и каягын, вложил в эту гитару весь свой пятидесятилетний опыт работы с деревом, резонансом и душой струны. Делалась она её для одного музыканта, которы так за ней и не пришёл, а затем подарил внучке. Именно благодаря его суровым урокам и глубокой базе комунго Соина владела невероятным чувством медиатора, глубиной