Звезда за облаками - Artyr Gor

На переднем пассажирском сиденье повернулась глава агентства RMA Хан Хе Рён. Её тонкие пальцы с безупречным маникюром нервно постукивали по папке с бумагами, а в глазах отражались огни ночного Сеула.

— Помни наш уговор, Соина, — тихо, но твёрдо проговорила Хе Рён, встретившись с ней взглядом через зеркало заднего вида. — Никакой фальшивой жалости к себе. Никакой игры на публику и лишних слёз. Твой отец Чон Чхоль Су и его сын Мин Су уже искали выходы на жёлтые издания, чтобы выставить тебя неблагодарной дочерью, сбежавшей из семьи ради денег и сеульского глянца. Если мы не нанесём этот упреждающий удар прямо сейчас, они выльют грязь на твоё имя аккурат к выходу новых серий «Великолепных дней». Ты расскажешь всё ровно так, как это было. Спокойно. С достоинством старшеклассницы, у которой есть честь, память и гордость.

— Я готова, директор Хан, — ответила Соина. Её голос прозвучал абсолютно ровно, без единой дрожи. — Моя интуиция подсказывает, что правда — это единственный щит, который невозможно пробить никакой дешёвой прессой.

Рядом молча кивнул головой водитель Кан До Джин, выключив радио, а сидевшая рядом с Соиной Пак Мин А лишь крепко сжала её ладонь в знак поддержки.

Микроавтобус съехал с эстакады и повернул к закрытой парковке SBS. Однако даже поздно вечером у служебного входа не было пусто. По периметру ограждения стояла группа из трёх десятков подростков и молодых людей с самодельными картонными плакатами, на которых светящейся краской было выведено: «소인엔젤스» (Soin Angels).

Когда тёмно-перламутровый Starex затормозил у пандуса, толпа сдержанно, но пылко зашумела. Соина прижала к себе кофр с гитарой, вышла из машины и на секунду замерла. Холодный февральский ветер подхватил её волосы. Она мягко улыбнулась фанатам, поклонилась им глубоким, искренним поклоном и под прикрытием охраны прошла сквозь массивные стеклянные двери студийного комплекса.

Радиостудия SBS Power FM на десятом этаже дышала особой атмосферой ночного эфира. Полумрак в коридорах, синий неоновый свет табло «ON AIR», запах свежесваренного кофе, шуршание сценариев и мерный гул аппаратуры. В главной вещательной рубке за большим овальным столом, уставленным профессиональными микрофонами Neumann и стойками с наушниками Sony, сидел Ким Дон Ван.

Звезда культовой айдол-группы Shinhwa, ведущий популярнейшего ночного радиошоу «Ten-Ten Club» (텐텐클럽), находился в отличной форме. На нём был свободный свитер крупной вязки, наушники висели на шее, а в руках он держал листок с оперативными сводками новостей и списком звонков от слушателей. Дон Ван был известен своей невероятной харизмой, умением разрядить обстановку, но одновременно — глубоким, чутким отношением к гостям.

Когда дверь студии открылась и Соина вошла внутрь, бережно держа в руках гитарный кофр, Дон Ван поднялся с кресла и приветливо развёл руками.

— Ого! Смотрите, кто к нам пришёл! Настоящая юная звезда экрана и школьных парт! Здравствуйте, Соина-сси! — Дон Ван отвесил шутливый, но очень уважительный поклон. — Проходите, располагайтесь. Ого, какой солидный футляр. Это то, о чём я думаю?

— Здравствуйте, Дон Ван-сонбэним, — Соина вежливо поклонилась в девяносто градусов. — Да, это моя гитара. Я принесла её с собой.

— Невероятно. Ночной эфир «Ten-Ten Club» объявляется официально спасенным от скуки! Снимайте куртку, садитесь к микрофону. До эфира ровно три минуты.

Соина аккуратно достала инструмент. Гитара заворожила присутствующего звукорежиссёра: глубокий лак тёмно-янтарного оттенка, идеальная подгонка деки, редкая резная розетка вокруг резонаторного отверстия. В этой гитаре чувственная эстетика традиционного корейского ремесла сочеталась с классической формой.

Звукорежиссёр за стеклом дал отмашку: «Три, две, одна… Поехали!».

В ушах зазвучала знакомая миллионам корейских подростков и полуночников динамичный джингл SBS Power FM. Дон Ван надел наушники, поправил микрофон и заговорил своим фирменным, бархатным и энергичным голосом:

— Доброй ночи Сеул! Доброй ночи всем, кто прямо сейчас за рулём, кто готовится к школьным экзаменам, кто пьёт горячий чай на кухне или просто не может заснуть под звёздным небом Кореи! В эфире SBS Power FM и ваше любимое ночное убежище — «Ten-Ten Club»! С вами я, Ким Дон Ван! И сегодня… о, дорогие мои слушатели, сегодня у нас в студии особенный гость. Девушка, чьё лицо сейчас знает каждый, кто включает по вечерам SBS, чтобы посмотреть дораму «Великолепные дни». Актриса, старшеклассница и просто невероятно талантливый человек — Кан Со Ын, известная нам как Соина! Давайте поприветствуем её!

В эфире прозвучали записанные аплодисменты. Соина подвинула микрофон и произнесла мягким, бархатистым голосом:

— Здравствуйте, Дон Ван-сонбэним. Здравствуйте, уважаемые слушатели «Ten-Ten Club». Мне очень приятно проводить этот вечер вместе с вами.

— Вау, какой красивый и глубокий тембр! — Дон Ван искренне восхитился, повернувшись к видеокамере внутренней трансляции. — Слушатели уже обрывают наши пейджеры и телефонные линии! Соина-сси, вам всего пятнадцать лет — ну, шестнадцать по нашему корейскому исчислению, — вы учитесь во втором классе старшей школы, снимаетесь в крупной дораме, и при этом находите время прийти к нам в одиннадцать вечера. Как ваши дела? Как учеба?

— Спасибо, всё хорошо, — улыбнулась Соина. — График действительно плотный. Утром школа, потом съёмочная площадка «Великолепных дней», работа с текстом, разнообразные тренировки и курсы, параллельная работа и уроки… Но когда делаешь то, что искренне любишь, усталость превращается в особую радость.

— Это золотые слова! Настоящий профессионал, несмотря на юный возраст, — Дон Ван сделал пометку в блокноте. — Кстати, наши слушатели знают, что совсем недавно в вашем съёмочном графике был небольшой перерыв, и вы уезжали из Сеула. Куда вы ездили, если не секрет? Как провели эти дни?

Соина слегка наклонила голову, в её глазах блеснул тёплый, ностальгический свет.

— Я ездила домой. На остров Чеджу. В гости к моим самым родным людям — дедушке Кан Чхоль Мину и бабушке.

— О, Чеджу! Остров легенд, мандариновых садов, чёрного базальта и изумрудного океана! — живо подхватил Дон Ван, откидываясь на спинку кресла. — Расскажите нам о нём! Для многих сеульцев Чеджу — это далёкий край отпусков, а для вас это дом?

— Да, это мой настоящий дом, — тихо проговорила Соина, и её голос в эфире зазвучал особенно поэтично и объёмно. — Чеджу зимой — это совершенно особое место. Там нет сеульского суетливого шума. Там тишина пропитана соленым ветром с океана и запахом спелых мандаринов. Мои дедушка и бабушка живут в традиционном доме, где во дворе стоят древние каменные фигуры харобанов. Утром, когда встаёт солнце, горизонт становится нежно-розовым, а волны с шумом разбиваются о чёрный вулканический берег. Дедушка Кан Чхоль Мин — мастер традиционных корейских инструментов. Он всю жизнь посвятил реставрации и созданию — наших древних щипковых инструментов.

— Комунго и каягым! — уважительно протянул Дон Ван. —