Звезда за облаками - Artyr Gor

— Мы вчера с девчонками — собрались у нас в комнате общежития, включили наш магнитофон Panasonic и слушали «Ten-Ten Club» от первой до последней минуты! — захлёбываясь от эмоций, зашептала Хэ Си. — Соина, мы рыдали в три ручья, когда ты рассказывала про Чеджу и дедушку! Почему ты раньше молчала про отца?! Ты невероятная, просто невероятная! А как звучала твоя гитара… Боже мой, да у нас в классе струнников ни один профессор так не передает вибрацию струны!

Соина мягко и тепло улыбнулась, обняв девочку в ответ:

— Всё тёмное осталось в прошлом, Хэ Си. Главное, что у меня есть дедушка Кан Чхоль Мин, бабушка, моя музыка и подруги. А прошлое больше не имеет надо мной никакой власти.

К ним тут же подтянулись остальные одноклассники. Обступили Соину со всех сторон, наперебой выражая поддержку, и помогли донести тяжёлую сумку с учебниками до кабинета литературы на третьем этаже.

В классе второго года обучения царил привычный школьный утренний гул. На доске мелом было написано расписание: первая пара — классическая литература, затем теория музыки и сольфеджио, далее история корейского искусства и два часа индивидуальной практики в репетиционных классах.

В кабинет вошёл их классный руководитель и преподаватель литературы — Пак Мин Хо, строгий интеллигентный мужчина пятидесяти лет в тёмном пиджаке из твида и очках в тонкой металлической оправе. Он прочистил горло, положил на кафедру журнал успеваемости и посмотрел на Соину поверх очков. В классе воцарилась тишина.

— Кан Со Ын-сси, — произнёс учитель Пак сдержанно, но в его глазах читалась нескрываемая отцовская гордость. — Весь педагогический совет нашей школы и лично директор выражают тебе глубокое уважение за твоё мужество, достоинство и верность традициям корейского искусства. Ты показала, что ученик Сеульской школы искусств несёт в себе не только внешний лоск, но и нерушимую внутреннюю культуру. Но… — учитель строже поправил очки и постучал деревянной указкой по доске. — Грамматика, разбор поэзии эпохи Чосон и анализ текстов не делают скидок даже для национальных любимец. Открываем учебники на странице пятьдесят четыре. Стих поэта Чон Чхоля.

— Да, учитель! — весело и хором ответил весь класс, а Соина под добрый смех одноклассников достала тетрадь и ручку.

Учебный день в школе искусств протёк в невероятно плотном ритме. На переменах Соина не отгораживалась от сверстников: она сидела за общей партой, делилась новостями кино, обсуждала последние музыкальные новинки — свежие альбомы BoA, хиты g.o.d и S.E.S., — а на большой перемене вместе со всеми пошла в школьную столовую. На обед подавали традиционный рис, горячий суп из морепродуктов, кимчи и тушёную говядину. В Соине не было ни единого грамма звёздной болезни или высокомерия. Она оставалась простой, усердной и невероятно воспитанной старшеклассницей, черпая в этом искреннем школьном обучении силы для сложнейшей работы перед объективами кинокамер.

После обеда наступил час индивидуальной практики. Соина вместе поднялась на четвёртый этаж в блок звукоизолированных репетиционных комнат. Открыв массивную дверь с двойным остеклением, Соина достала из кофра гитару. В небольшом классе, где стоял рояль YAMAHA и два пюпитра, раздались первые звуки. Соина отрабатывала сложные полифонические переборы, сочетая европейский классический строй с приёмами игры на басу, которым её учил Артём. В эти моменты Соина ощущала абсолютное счастье и покой.

В четыре часа дня, ровно после окончания всех занятий, к школьным воротам Сеульской школы искусств снова плавно подкатил тёмно-перламутровый Hyundai Starex.

Как только Соина попрощалась с одноклассниками и уселась на своё привычное место во втором ряду салона, атмосфера вокруг неё мгновенно переключилась с академически-школьной на строго рабочую. Мин А тут же подала девушке чашку с горячим бульонам, свежие салфетки и распечатанную сценарную экспликацию с правками, а Кан До Джин плавно направил минивэн через забитый автомобилями Каннамский мост в сторону съёмочной базы SBS в районе Таньхён (город Ильсан).

— Продюсер Ким Су Рён звонил директору буквально сорок минут назад, — сообщила Мин А, пока Starex медленно продвигался в плотном сеульском трафике 2002 года. — Он в полном восторге. Рейтинги «Великолепных дней» после вчерашнего радиоэфира подскочили до рекордных 39 %. Весь драматический отдел SBS празднует триумф. Сегодня снимаем ключевые, самые тяжёлые драматические сцены тридцать пятой и тридцать девятой серий. Режиссёр И Чжон Хан просил передать, что ждёт тебя на площадке для личной беседы перед входом в кадр.

— Я готова, Мин А-онни, — ответила Соина, внимательно всматриваясь в строки сценария и повторяя диалоги своей героини.

Съёмочный павильон SBS в Таньхёне в 2002 году представлял собой гигантский, кипящий производственный улей. Под высокими потолками павильона были выстроены масштабные, невероятно реалистичные декорации сеульских кварталов 1970-х годов: узкие улочки, вымощенные старым кирпичом, вывески парикмахерских, аптек и мелких лавок тех лет, деревянные столбы с мотками проводов и старые керосиновые фонари. На площадке суетились сотни специалистов: операторы в тёплых куртках перекатывали тяжелые кинокамеры на рельсовых тележках, осветители на лесах настраивали огромные софиты, костюмеры наглаживали винтажную одежду, а звукорежиссёры проверяли чувствительность длинных микрофонных удочек-бумов.

Когда Соина в сопровождении Мин А и До Джина вошла в павильон, на площадке как раз шла перестановка светового оборудования.

К ней навстречу сразу вышли две главные фигуры, руководившие созданием сериала: главный продюсер проекта Ким Су Рён (CP) и режиссёр-постановщик И Чжон Хан (PD).

Ким Су Рён — высокий, статный мужчина в строгом тёмном пальто — первым шагнуть вперёд и крепко пожал юной актрисе руку:

— Соина-я! Отличная, просто гроссмейстерская работа вчера в эфире! Ты поступила как взрослый, мудрый и абсолютно зрелый человек. Весь медиа-холдинг SBS сегодня только о тебе и говорит. Твоя искренность подняла авторитет нашего проекта и тебя на недосягаемый уровень!

— Спасибо огромное, Ким Су Рён-ним, — ответила Соина с глубоким поклоном. — Я просто рассказала правду.

Режиссёр И Чжон Хан, державший в руках исписанный красным маркером сценарий и мегафон, тепло улыбнулся и похлопал девушку по плечу:

— Искренность — это главное оружие настоящего артиста, Соина. Сегодня нам предстоит снять сложнейший эмоциональный блок. Твоя героиня в «Великолепных днях» проходит через переломный момент всей своей судьбы. Она больше не тихая жертва обстоятельств. В ней просыпается гордость, внутренний нерушимый стержень и готовность защищать своих близких любой ценой. Вчера на радио я услышал именно этот голос. Перенеси это состояние в кадр!

— Я всё поняла, режиссёр-ним. Я сделаю всё именно так, как вы задумывали.

Соину сразу же направили в костюмерно-гримёрный цех. Гримёры и стилисты SBS работали слаженно и быстро. Для нового этапа жизни героини требовалось изменить визуальный акцент: стилисты аккуратно уложили её чёрные волосы, придав им