Жертва по призванию - Галина Кор

— Конченый, — шипит Лиза, проходя мимо меня.

И таких комментариев хватает.

— Да пошли вы все, — кричит на них Вадим, хватает меня за руку и тащит из клуба.

Оказываемся на улице. Иду молча. Я прямо чувствую, что если сейчас открою рот, то и мне достанется.

На улице холодно. Небольшие лужицы покрыты коркой льда. Несколько раз поскальзываюсь, но мне удается устоять на ногах. Вадим не обращает на это внимание, уверенно идет к машине.

— Только не опять уговаривать… — стонет мой мозг.

— Вадим, давай вызовем такси, — набираюсь смелости и прошу его.

— Нет, — говорит резко и безапелляционно. — Хоть ты мне не еби мозг. Сейчас поедем в гостиницу и оторвемся по полной. Иди ко мне, — останавливаемся у машины. Он резко притягивает меня к себе и целует.

Весь мой организм вопит, что он против. Я прямо чувствую, что если я соглашусь провести ночь вместе, то это будет точно «незабываемая» ночь. Вадим не расположен быть нежным, внимательным и понимающим.

— Я не готова, — упираюсь руками, стараюсь отстраниться от него и делаю шаг назад.

— В смысле? — хмурится, пытаясь сообразить. Мне кажется, что он пьян, только это какой-то иной вид опьянения. Разговаривает он четко, двигается нормально… но взгляд… глаза стеклянные, словно из другого измерения. Что они там такое пили?

— Я не готова, — повторяю более уверенно. — Я хочу домой.

— То есть ты решила... И по херу на заказанный номер в гостинице, по херу на мой день рождения… ТЫ решила! Села, мать твою, в машину, — рычит на меня.

— Нет, — стараюсь говорить твердо, но получается ли.

Вадим открывает дверь машины и грубо запихивает меня внутрь. Мои крики возмущения и попытки отбиться — напрасны. В нем словно проснулась бешеная сила, с которой я просто не в состоянии бороться.

Как только я оказываюсь в машине, дверь закрывается и блокируется. Вадим обходит машину и быстро садится за руль.

Надо успокоиться и попытаться поговорить. По-человечески. Ведь он бывает нормальным и адекватным.

— Вадим, давай поговорил, — поворачиваюсь к нему и пытаюсь завязать разговор.

— Заткнись, иначе… — замолкает. Я даже боюсь представить, что будет иначе.

Машина заурчала и рванула с места. Хватаюсь за ремень безопасности и пристегиваюсь. Мне страшно. Моя тревога сейчас полностью руководит мои организмом. Она истерично вопит:

— Я же говорила: «Беги!».

Но уже поздно…

Летим по пустынному городу со скоростью сто восемьдесят.

— Вадим, прошу, сбавь скорость, — кладу руку ему на бедро, стараясь привлечь внимание.

— Почему вы все меня не понимаете? Что вы от меня ходите? — начинает истерично сыпать вопросами.

Впереди светофор мигает желтым. Ночью они всегда выключены. Вот и сейчас город уже давно спит, улицы безлюдны. Подъезжаем, точнее, подлетаем к перекрестку. Просто из ниоткуда, в нескольких десятках метрах перед нами появляется машина. Вадим давит на тормоз и пытается вывернуть руль, чтобы избежать столкновения, но мы едем на слишком большой скорости, поэтому все равно цепляем ее. Нашу машину начинает крутить. Сжимаюсь вся, закрывая лицо от страха руками. Удар. Звук бьющегося стекла. Подушки безопасности больно вьют в лицо и правый бок. Звон в ушах оглушает на несколько минут. Мир словно исчезает, и единственное, что я чувствую — это резкую боль и адреналин в крови.

Глава 16. На до… и после…

Тишина. Просто звенящая тишина. После оглушительного шума аварии она кажется почти нереальной. Я не могу сделать полноценный вдох. Меня будто заклинило. Мой организм способен делать только короткие, но такие болезненные вдохи. Подушки безопасности начинают медленно сдуваться и я, просунув между нами руки, стараюсь примять их, чтобы хоть что-то рассмотреть. Руки дрожат, но я не чувствую этого, я просто вижу, как они ходят ходуном. Я вообще не чувствую свое тело, оно стало ватным, невесомым. Только сердце гулко долбит в грудной клетке, да так, что отдает в висках.

И тут в эту пустоту… в этот вакуум, врываются звуки. Они нарастают, словно невидимая рука прибавляет громкость в телевизоре. Этот вой… он не просто пугает, он разрывает на части, напоминая о случившемся. До этого звука, мир, как будто стоял на паузе, а сейчас его запустили снова, обрушивая на меня реальность.

— Вадим… — хриплю и поворачиваю голову в его сторону.

Он в сознании. Я четко вижу его профиль. Из носа струйкой течет кровь, капая крупными каплями на его бежевое пальто. Он будто не слышит меня, в прострации. А потом медленно поворачивает голову с мою сторону, но взгляд остается пустым и отсутствующим. Словно по щелчку он резко поворачивается, открывает дверь и выходит из машины. Делает несколько шагов и падает, будто подкошенный.

— Вадим! — кричу, как умалишенная. Он не реагирует. Дергаю ручку своей двери, но она не поддается. Удар пришелся на мою сторону. Машина влетела в ограждение, которое деформировало ее. Пытаюсь отстегнуть ремень безопасности трясущимися руками, чтобы вылезти через дверь водителя, но выходит не сразу.

К свету фонарей добавляются более яркие вспышки. Звук и проблески спецтехники соединяются в моей голове, создавая цельную картину происходящего. Невдалеке остановилась полицейская машина, её красно-синие огни танцуют на асфальте, пытаясь прорезать тьму. В это мгновение я чувствую, как внутри меня смешиваются облегчение и страх. Осознание того, что пострадали не только мы, приводит в ужас.

Вот теперь моя «любимая» тревога не просто просыпается во мне, а захлестывает с такой силой, что просто на разрыв… Я будто в коконе, который с каждым выдохом становится меньше и меньше. Он сдавливает меня, уничтожая.

Из последних сил я перебираюсь с пассажирского сидения на водительское, делаю шаг, нога подкашивается, и я вываливаюсь из машины. Пытаюсь подняться на ноги, но они не слушаются меня. Чувствую руками шероховатость асфальта, его обжигающий ледяной холод. Мир вокруг меня приходит в движение. Меня словно посадили на огромный глобус, и крутанули его. Я теряю ориентацию. Меня бросает то в одну, то в другую сторону. Балансирую из последних сил, стараясь удержаться на грани сознания.

Медленно поднимаю голову и вижу, как вышедшие из полицейской машины сотрудники спешат к нам на помощь.

Последнее, что я слышу, это:

— Центральный, это патруль 203. Мы на месте ДТП на пересечении улиц Толского и Парковая. Необходима скорая помощь…

Прихожу в сознание уже в скорой помощи. Рядом со мной сидит медсестра, она что-то вколола мне в руку и сейчас убирает шприц.

— Как она? — слышу знакомый голос.

— Нормально. Сотрясения нет. Повреждений тоже. Ей больше повезло, чем тем двоим.

Кто те двое? О ком речь?

— Госпитализировать будете? — снова интересуется