Бурлак - Мансур Аязович Гилязов

успокаивали. Потом Шат Шатович… Сегодня есть у меня важное дело!.. Не могу рассказать, Марс Марсович! Не могу я умереть, не совершив этого дела. Потом, на том свете, всю жизнь буду мучиться!.. Спасибо!.. Завтра обязательно умру, Марс Марсович! Тысячу раз спасибо, Марс Марсович!

Хабибрахман с удовлетворённым видом кладёт трубку. Затем он незаметно от жены достаёт из кармана какую-то таблетку и выпивает её.

Хабибрахман (глядя на часы). Время восемь!

Бану. Ну и что?

Хабибрахман. Да нет, просто так! Скоро ночь!

Бану. Ну, что говорит Марс Марсович?

Хабибрахман. Ругается! Ты, говорит, своей живучестью показываешь, что я плохой врач!

Бану. Может, он и вправду плохой врач?

Хабибрахман. Нет, Бану… Он хороший врач. Моих болезней на десятерых хватит! Мне и вправду умирать пора. Ладно, Бану, хватит тебе суетиться. Пора спать ложиться.

Бану. Что так рано?..

Хабибрахман. Завтра, сама знаешь, ответственный день…

Бану стелет постель. Хабибрахман первым укладывается на кровать. Бану готовится ко сну.

Бану. А я не поверила, что ты умер. Поэтому ни родственникам, ни детям не сообщала. Это только деревенские словно озверели. Будто только и ждут твоей смерти!

Хабибрахман. Все поверили, а ты не верила?

Бану. Не мог ты уйти на тот свет, не попрощавшись со мной.

Хабибрахман. Мне там не понравилось.

Бану. Отчего так?

Хабибрахман. Там тебя не было.

Бану. Нет, Хабибрахман, на том свете должно быть очень приятно.

Хабибрахман. Откуда ты знаешь?

Бану. Почему же оттуда никто не возвращается? Выходит там очень очень хорошо.

Хабибрахман. С годамии ты начала умнеть.

Бану. Поумнеешь тут с тобой!

Хабибрахман. Хватит тебе кружиться! Ляжешь ты сегодня или нет?

Бану выключает лампу. Теперь только слабый лунный свет проникает в комнату.

Бану (ложится на кровать рядом с Хабибрахманом). Подвинься!.. Совсем мне места не оставил! Что это сегодня с тобой?

Хабибрахман (немного отодвинувшись, после паузы). У нас сегодня с тобой последняя ночь.

Бану. Что из этого?

Хабибрахман. Мы должны провести с тобой эту ночь по-хорошему… Как настоящие муж и жена.

Бану. Да ты что, старичок?! Я уже забыла, когда мы с тобой обнимались. А ты сам?.. Ты сам-то сможешь? Не забыл, сколько тебе лет?

Хабибрахман. Ты знаешь?.. Когда я был в районе, я зашёл в аптеку и купил одно лекарство. Эта таблетка любого старика превращает на одну ночь в молодого парня.

Бану. Откуда узнал об этой таблетке?

Хабибрахман. Из рекламы.

Бану. Ты прямо рабом рекламы стал! И ты выпил его?

Хабибрахман. Выпил!.. Отчего же не выпить?!

Бану. Ну и как?.. Чувствуется что-нибудь?

Хабибрахман (долго молчит, прислушиваясь к своему организму). В животе урчит. Больше ничего не чувствуется…

Бану. Может, тебе неправильную таблетку продали? Сейчас же по телевизору показывают. Делают из мела пилюли и продают!

Хабибрахман. Она начинает действовать через один час. Я это в инструкции прочитал.

Какое-то время лежат молча. Кто-то стучит в дверь. Бану встаёт и, возмущаясь, идёт открывать. На пороге стоит Медсестра – Луиза. Она, как и всегда, широко улыбается.

Бану (грубо). Тебе что нужно?

Медсестра. Извините, днём не смогла зайти! Пришла проверить больного!

Бану (загораживая дверь). Здесь никакого больного нет!

Медсестра. Пропустите меня, я должна измерить давление!

Бану (вытягивая руку). Измеряй!

Медсестра. Мне нужны не вы, мне нужен дядюшка Хабибрахман!

Бану. Дядюшки Хабибрахмана нет – он умер!

Медсестра (возмущённо). Как, умер?! Мне сегодня один раз уже сказали, что он умер! Потом сказали, что он опять жив! Теперь вы говорите, что он снова умер! Вы всё-таки определитесь – жив он или нет! Так же нельзя жить!

Бану (выталкивает Медсестру за дверь). Иди на то место, где у нас раньше был клуб!.. (Кричит ей вслед.) Если будет надо, я и сама своему старику давление измерю!

Бану запирает дверь, возвращается обратно в постель.

Хабибрахман. Поднимается…

Бану. Что поднимается?

Хабибрахман. Давление поднимается. Голову словно обручем скрутило.

Хабибрахман и Бану молча лежат в постели. Снова стук в дверь. Бану, ругаясь, идёт открывать. За дверью стоит Шат Шатович. На нём теперь не милицейская форма, а национальный камзол, на голове тюбетейка. В руках священная книга.

Шат Шатович. Здравствуй, тётушка Бану!

Бану. Здравствуй, Шат Шатович! Что-нибудь случилось?

Шат Шатович. В том-то и дело, что случилось! Я из милиции решил уйти!

Бану. А что так?

Шат Шатович. Не могу же я всю жизнь сержантом ходить. Годы идут, никакой пользы от меня в деревне нет. Зря только казённый хлеб кушаю! Ни одного дела раскрыть не удалось! Даже ни одного бедного алкаша не оформил! Уж больно спокойная у нас деревня, ничего не происходит! В такой деревне милиция вообще не нужна!

Бану. Ты пришёл, чтобы сказать это?

Шат Шатович. Я пришёл посоветоваться с дядюшкой Хабибрахманом! Как мне дальше жить? Он мудрый человек, и этот свет знает, и тот свет, как говорится. (Заглядывая внутрь.) Он дома?

Бану (выпроваживая Шатта Шатовича). Спит дядюшка Хабирахман! Завтра придёшь!

Шат Шатович. Я поэтому сегодня и пришёл! Завтра же неизвестно, увижу я его в живом виде или нет?

Бану (буквально выталкивая его). Иди, Шат Шатович, иди же!

Шат Шатович уходит. Бану ложится обратно к Хабибрахману. Тот лежит с открытыми глазами.

Бану. Ну как?..

Хабибрахман. Пока ничего не слышно.

Бану. Хабибрахман!

Хабибрахман. Что, Бану?..

Бану. Мы же прожили с тобой хорошую жизнь?

Хабибрахман. Хорошую жизнь…

Бану. Нам не о чём с тобой сожалеть.

Хабибрахман. Не о чем, Бану.

Снова раздаётся стук в дверь.

Хабибрахман (резко вскакивая с постели). Кто же это, чёрт возьми?! Что это за деревня! Никакой жизни! Полежать спокойно не дают! Кто бы это ни был – прогоню к чёртовой матери!

Хабибрахман открывает дверь. За порогом стоят Радий и Галия. Они нарядно одеты, в руках торт. Радий очень энергичен. Он снимает обувь, сразу проходит в дом.

Радий. Значит, вы так вот поживаете!

Галия. Здравствуй, Хабибрахман! Можно нам войти?..

Хабибрахман (растерянно). Здравствуй, Галия… Салям[9], Радий! Проходите.

Радий (громко). Здравствуйте, соседи! Вот мы решили к вам по-соседски! Вот тортик! Посидим, поговорим! А чего это вы так рано спать ложитесь?

Хабибрахман. Да это только сегодня… Ответственная ночь. То есть ответственный день у меня завтра.

Галия. Умираешь, Хабибрахман?..

Хабибрахман. Не умираю, Галия…