Бурлак - Мансур Аязович Гилязов

Хабибрахман. Здравствуй, Шат Шатович!

Шат Шатович (не отрываясь от книги). Вон ведь что пишут в священной книге! Как только ты прибываешь на тот свет, как на станцию, тебя встречают два ангела! Нанкир и Манкир! Берут у тебя отчёт. Сколько ты сделал плохого на этом свете и сколько сделал добрых дел. Потом по своим книгам проверяют. Затем уже думают, куда тебя вести. Нанкир, бухгалтер добрых дел, уводит в рай! А Манкир, у него в книге все твои злодеяния записаны, прямиком в ад, в огненный казан! Добрые дела надо творить на этом свете, только добрые! Иначе прямиком в ад!.. Вы чего?

Хабибрахман. Вот пришли тебя повидать.

Шат Шатович. Случилось что?

Хабибрахман. Случилось!

Шат Шатович. Что случилось, дядюшка Хабибрахман?

Хабибрахман (с пафосом). Я собираюсь на тот свет!

Шат Шатович. Да знаю я, знаю! Что из этого? Говори!

Хабибрахман. У нас, у мусульман, есть такой обычай. Это и в твоей книге должно быть написано. Если мужчина, настоящий мужчина, сложит свою голову на поле брани, означает – не вернётся с войны, погибнет за свою отчизну или же другим образом покинет этот мир, то его жена должна достаться его брату, лучшему другу или же хорошему соседу. И этот брат, друг или сосед должен содержать его жену до конца дней своих. Таков обычай!

Шат Шатович. Хороший обычай, правильный! Зачем ты мне это говоришь, дядюшка Хабибрахман?

Хабибрахман. Нет у меня брата… А у лучшего друга и хорошего соседа уже есть жена.

Шат Шатович (с интересом). Что дальше?

Хабибрахман. Нет у меня ближе человека, чем ты, Шат Шатович!

Шат Шатович (радостно). Спасибо, дядюшка Хабибрахман!

Хабибрахман. Значит, ты согласен?

Шат Шатович. На что согласен?

Хабибрахман. Жениться согласен!

Шат Шатович. Я и не думал! На ком?

Хабибрахман. На моей жене! Вот же она стоит!

Шат Шатович (чуть не падает со стула). Жениться на твоей жене?

Хабибрахман (после паузы). Она что, не нравится тебе?

Шат Шатович. Твоя жена?

Хабибрахман. После моей смерти она будет вдовой!

Шат Шатович. Так ты же ещё жив!

Хабибрахман. Я должен заживо решить этот вопрос! Чтобы спокойно умереть!

Шат Шатович. Я ни разу не был женат! Я не знаю порядок этого дела!

Хабибрахман. Я тебя научу!

Шат Шатович. У меня дом маленький!

Хабибрахман. Меня же не будет, вы в моём доме будете жить!

Шат Шатович. Я очень тяжёлый человек!

Хабибрахман. Она привычная!

Шат Шатович. Я храплю по ночам!

Хабибрахман. Все храпят!

Шат Шатович. Дай мне подумать пару дней!

Хабибрахман. Разве не знаешь, что мне пора уходить?!

Шат Шатович. А что скажут односельчане?!

Хабибрахман (спокойным тоном). Послушай меня, Шат Шатович… Совсем скоро я буду там. Я увижу там и Нанкира и Манкира. Если ты берёшь мою Бану в жёны – это святое дело. Если ты оставляешь её одну – это злодеяние. Я им всё это там расскажу. Я ещё кое-что могу им рассказать. Три года назад один милиционер сливал бензин из милицейского уазика и продавал его на сторону…

Шат Шатович. Это было один раз!

Хабибрахман. В аду тяжело, Шат Шатович… У тебя в книге написано об этом?

Шат Шатович (чуть не плача). Я согласен, дядюшка Хабибрахман! Я согласен!

Хабибрахман. Только заранее предупреждаю! До того, как не проведёте сорок дней! Нет, не сорок дней! До того, как не отметите мою годину – ты к моей жене даже близко не подходи! Смотри у меня! (Говорит Бану.) И тебе говорю, жена! Пока не пройдёт год, даже не смотри в сторону Шата Шатовича!

Шат Шатович. Здороваться-то хоть можно?

Хабибрахман. Здороваться можно, а остальное – ни-ни! (Бану.) Идём, жена!

Шат Шатович (остаётся один, горестно). Ну и попался я! Лучше бы оставался милиционером! За милиционера он бы свою жену не отдал!

КАРТИНА СЕДЬМАЯ

Утро следующего дня. Дом Хабибрахмана. Он лежит на кровати, накрытый белой тканью. Глаза у него закрыты, и невозможно понять, жив он или нет. Зеркала и телевизор накрыты белой тканью. Бану, тоже вся в белом, повязанная платком, прибирается в комнате. Проходит какое-то время. Бану то и дело поглядывает на Хабибрахмана.

Хабибрахман (неожиданно подаёт голос). Жена! Жена, ты мне сколько треугольников положила?

Бану. Семь треугольников, как ты и просил.

Хабибрахман. Правильно! Пусть будет с запасом. Может, там и друзей повстречаю. Коньяк положила?

Бану. Да положила, положила!

Хабибрахман. Телефон на зарядку поставила?

Бану. Поставила уж, поставила!

Хабибрахман. Кто знает, может там электричество другое. Главное, чтобы связь была… Как доберусь, сразу позвоню тебе.

Бану. Позвонишь, позвонишь…

Хабибрахман. Тёплое бельё сложила?

Бану. Зачем тебе теплоё бельё?

Хабибрахман. Я же в дальнюю дорогу собираюсь!

Неожиданно Хабибрахман встаёт с кровати, идёт к выходу. На нём совершенно новый костюм, белая рубашка, галстук, красивые туфли.

Бану (с удивлением). Ты куда, старик?..

Хабибрахман. Схожу в туалет. Дальняя дорога как-никак. Сохрани Аллах, опозоришься перед ангелами…

Хабибрахман выходит из дома. Какое-то время Бану находится в доме одна. Входит крупный старик в капитанской форме. Это Салимжан. Рядом с ним молодая девушка. Это Диляра. У них печальный вид.

Салимжан (оглядывая дом, снимает с головы фуражку). Я вижу, мы не успели… Так уж положено у мусульман, хоронят на второй день…

Бану. Вы кто?

Салимжан. Мы с ним вместе учились.

Появляется Хабибрахман.

Хабибрахман (спрашивает у Бану, указывая на Салимжана и девушку). Это кто ещё такие?

Бану (шёпотом). Он говорит, что вы вместе учились.

Салимжан (весело). Хабибрахман, ты что, не узнаёшь меня?

Хабибрахман (подходит к Салимжану поближе, радостно). Узнаю! Ты же Рахимжан!

Салимжан (радостно). Нет, я не Рахимжан, я Салимжан!

Хабибрахман (ещё радостнее). Точно, Салим- жан! Мы с тобой в одном классе учились, в школе!

Салимжан. Нет, не в школе, в институте, в одной группе!

Хабибрахман (грустно). У тебя костюм красивый…

Салимжан. Я всю жизнь на флоте… Капитан третьего ранга… Сейчас в отставке. Живу на Камчатке…

Хабибрахман. Жена у тебя молодая.

Салимжан. Это не жена, это моя внучка. Зовут Диляра…

Пауза. Все в некоторой растерянности.

Диляра. Здравствуйте!.. Я пишу книгу о татарах. О традициях, об обычаях. Меня интересуют свадьбы, никахи, торжества. А тут вот дед сказал, что я своими глазами смогу увидеть, как правильно хоронят у татар. Как читают молитвы, как выносят, как несут