Просто дыши - Ана Эм

Теперь пожимаю плечами я.

Последние лучики закатного солнца заливают улицу теплым светом. Вокруг нас играет музыка. Она доносится отовсюду – смех детей, речь иностранцев, звон тарелок на уличных террасах. Я всегда мечтала вот так просто прогуливаться на оживленных улицах. Мечтала слиться с толпой и просто наблюдать. Впитывать жизнь. Ощущать ее на кончиках пальцах. Чувствовать дыхание города кожей. Исследовать. Запоминать. Я мечтала быть. Здесь. В самом сердце Парижа. Просто быть. Без страха.

На глазах собираются слезы, и я незаметно смахиваю их.

Кто-то продолжает смотреть на Элиота с осуждением, кто-то с интересом, а кто-то безразлично. Реакция такая одинаковая, что в какой-то момент я и вовсе перестаю об этом думать. Я привыкаю. Забавно, как человек может привыкнуть абсолютно ко всему. К боли. К страданиям. К любви. К счастью. К страху. Ко всему.

Это оставляет для меня надежду.

Надежду, что я однажды привыкну. Привыкну быть в толпе. Привыкну не бояться.

– Элиот. – раздается мужской голос откуда-то слева, когда мы проходим мимо ресторана.

Пара привлекательных молодых людей поднимаются из-за столика у дороги.

– Жерар. – восклицает Элиот, отпустив мою руку.

Они тепло обнимаются.

– Решил сменить имидж? – интересуется Жерар, сверкая белоснежной улыбкой.

– Милое платье. – добавляет девушка с золотистыми волосами и целует Элиота в обе щеки. – Тебе идет.

Элиот ухмыляется:

– Мне все идет.

Девушка косится в мою сторону.

– Кто твоя очаровательная спутница?

Элиот тут же поворачивается ко мне. Смотрит с таким теплом, какого я не замечала раньше. Его рука опускается на мою талию, и он притягивает меня к себе.

– Это моя Эва.

Моя.

– Моя невеста. – сообщает он.

Вдоль позвоночника проносится разряд. Потому что эти слова…отчего-то они мне приятны.

Моя Эва.

Кто первый влюбится, проиграл.

Игра.

На меня волной накатывает осознание. Я ведь не его невеста, и все это не по-настоящему. Это не свидание. Это урок. Да, он добр ко мне. Да, он помогает мне. Да, он делает мне комплименты. Да, он ведет себя так, словно я какая-то особенная. Но уверена, он ведет себя так и со всеми своими друзьями. Вон хоть взять те фото, что я видела на доске…

Неужели я придумываю себе? Неужели начинаю проигрывать?

Мне вдруг хочется раствориться в воздухе, стать самим воздухом. Чтобы перестать чувствовать, перестать сомневаться, перестать думать. Я ведь…была готова. Была. Но черт возьми, какая-то часть меня надеялась, что я буду не одной, кто проиграет.

Парень с девушкой смотрят на меня удивленно.

Моя невеста.

Моя Эва.

Никто ничего не спрашивает, но Жерар предлагает нам присоединиться к ним. Элиот отказывается, и мы прощаемся. Как только отходим чуть дальше, я отстраняюсь, а он не пытается больше взять меня за руку.

– Почему ты назвал меня своей невестой? – вдруг вырывается из меня.

Я не понимаю, как начинаю идти быстрее.

– Потому что на этот месяц ты моя невеста. – просто отвечает он. – Разве нет?

Да.

Да, но…ему ведь не обязательно говорить это каждому встречному, верно? Зачем раздувать ложь еще больше? В этом нет никакой необходимости. Мог бы просто представить меня моим именем. И все. Просто Эва. Достаточно. Нет же. Он решил…

Элиот вдруг хватает меня за локоть, заставляя остановиться.

Поднимаю на него вопросительный взгляд.

– Или ты уже хочешь все отменить? – ровным голосом спрашивает он.

– Нет. –  тут же отвечаю, и он отпускает мою руку.

– Тогда почему злишься?

– Я не злюсь. – продолжаю идти, не поднимая на него глаза.

– Злишься.

– Ты сказал «Моя Эва». – взмахиваю руками.

– И что?

– Ничего. Просто я не твоя.

– Я знаю.

Что-то в его голосе заставляет меня замереть на месте. Медленно поднимаю на него глаза.

– Знаю, что ты не моя. – повторяет он тем же низким безразличным голосом.

Потом смотрит куда-то мне за спину, и в ту же секунду его лицо озаряет улыбка.

Черт. Эти его эмоциональные качели сведут меня с ума. Как он вообще это делает?

– Пошли. – снова берет меня за руку и ведет через дорогу в сквер.

Господи, почему я готова идти куда-угодно, лишь бы вместе с ним?

15

Элиот

Я крепко сжимаю ее ладонь, когда мы пересекаем улицу. Пытаюсь отвлечься, сохранить безразличие, привычное мне веселье. Но.

Но.

Но.

Но не могу отделаться от мысли, что Эве не понравилось, когда я назвал ее своей. В смысле, какого хрена? Неужели ей это так не по душе?

Стряхиваю с себя эту мысль, как нечто незначительное. Она никогда не говорила, что хочет быть моей. Только сказала, что необязательно именно она из нас двоих влюбится.

Танго танцуют двое.

Так она сказала.

А я…

Кто влюбится первым, проиграл.

Чувствую, как Эва крепче сжимает мою ладонь, пытаясь остановиться. Потому что впереди она видит то же, что и я. У фонтана в парке полно народу. Маленькая смуглая девушка исполняет Je veuz – Zaz, а вокруг столпилось много народу. Кто-то пританцовывает, кто-то просто стоит в стороне и снимает на телефон, как четверо парней играют вживую на инструментах позади девушки.

Оборачиваюсь и заглядываю в синие глаза Эвы, наполненные ужасом. Понимаю, одно дело прогуляться по улице, но совсем другое живая толпа.

– Потанцуем? – спрашиваю Эву, игриво склонив голову.

Ее большие глаза становятся еще больше, и она пытается вырвать руку из моей хватки. Тщетно.

– Ни за что. –  отрезает она.

Я пожимаю плечами.

Так я и думал, но попытаться стоило.

Рядом с нами поднимается шквал аплодисментов. Оборачиваюсь и замечаю, что он направлен старушке, которая выходит прямо в центр импровизированной сцены и начинает оттанцовывать, подпевая девушке на французском. Я отпускаю Эву и без колебаний присоединяюсь к ней, перекинув ремешок камеры через шею. Розовое платье развивается у моих ног, и я чувствую себя совершенным идиотом. Но есть такие моменты, которые просто стоят этого. Такие, как сейчас.

Эта пожилая леди без колебаний вкладывает свою руку в мою, и я начинаю ее кружить. Ее карие глаза светятся жизнью и весельем. Несмотря на явно преклонный возраст, она движется в такт, нисколько не смущаясь из-за моего внешнего вида. Нас одаривают веселым свистом и очередным шквалом аплодисментов.

Знаю, почему многие лишь притопывают ногой, слегка покачиваясь. Понимаю, почему они не торопятся танцевать так, словно завтра не наступит. Потому что по какой-то необъяснимой причине, они убеждены, что завтра все же наступит, а значит нет смысла перебарывать стыд и смущения сейчас. Ведь впереди еще много других возможностей, когда можно будет потанцевать вот так, в парке