Империя Семи Мечей - Самир Рамазанов

Я покрепче перехватил кинжалы, внимательно всматриваясь в его фигуру.

— Так что ты там изначально хотел у меня спросить, бро? Руками тут перед моим лицом махал с такой скоростью, будто пытаешься мне на пальцах объяснить правила дорожного движения в Сеуле.

Узумаки понимающе, зловеще усмехнулся под своей тёмной маской, и его голос через включившийся аудиоканал теперь звучал совершенно спокойно, чисто и без малейшего азиатского акцента:

— Наконец-то я тебя нашёл в этих обсидиановых коридорах, Эндрик.

В его глазах загорелся холодный, расчётливый блеск профессионального PvP-бойца.

— Топ-3 неофициального рейтинга Турнира против действующего топ-2. Лучше и эпичнее для финала Лабиринта уже просто быть не может.

Я слегка нахмурился, чувствуя, как атмосфера вокруг нас мгновенно, лавинообразно начала сгущаться, превращаясь в липкую предпусковую паузу.

Узумаки медленно, с филигранной грацией вытащил из ножен на бедре свой элитный боевой кинжал S-ранга. Плавным, пугающим жестом он демонстративно провёл языком по холодному лезвию тёмной стали и широко, хищно улыбнулся мне прямо в глаза.

— Видишь? Даже следящие камеры Администрации сейчас направлены строго на нас двоих.

Я быстро, инстинктивно скользнул взглядом наверх, осматривая обсидиановый свод. Действительно. Сразу несколько парящих механических камер Системы, установленных в нишах стен Лабиринта Бездны, с тихим жужжанием сервоприводов одновременно повернулись в нашу сторону, фиксируя координаты. Главная трансляция Турнира уже вовсю, на весь мир зафиксировала нашу случайную встречу на перекрёстке. Миллионы зрителей на стримах получили именно то хардкорное зрелище, которого они так долго ждали. Эндрик против Узумаки. Битва двух бывших лоу-левельных теней на равном 500-м уровне.

— Да-да, я понял, пиар, просмотры, все дела, — я примирительно поднял левую руку вверх, делая короткий шаг назад по хрустящему обсидиановому песку. — Извини, конечно, чувак, но я сейчас реально очень сильно тороплюсь. Сюда по соседним коридорам на полной скорости сейчас безумный Макс летит, орёт на весь Глобальный аудиоканал. Мне с этим психом встречаться вообще не с руки.

Я сделал ещё один осторожный тактический шаг назад, разрывая дистанцию.

— Может, мы чуть позже, в центральном зале у Дракона нормально подерёмся? А сейчас разойдёмся по-братски?

Узумаки ничего не ответил на моё заманчивое предложение. Его фигура замерла.

Я уже было окончательно расслабился и собирался развернуться к нему спиной, чтобы рвануть по текстурам в правый коридор…

Но в ту же секунду японец просто испарился из реальности на ровном месте.

— Чего—

Я даже не успел физически договорить это слово до конца, как предзакатная эйфория мгновенно слетела с моего лица. Перед моими глазами смазанным чёрным росчерком мелькнула стремительная, неестественно быстрая цифровая тень. Удар его кинжала S-ранга пришёл снизу вверх, с чудовищной киберспортивной скоростью целясь точно под подбородок.

На чистых, въевшихся в подкорку рефлексах соло-игрока я совершил экстренный, безумный наклон корпуса назад, буквально ломая ось баланса. Острое лезвие Узумаки со свистом прошло всего в каких-то жалких нескольких сантиметрах от моей шеи, лишь слегка безвредно задев прохладный воздух перед лицом.

СВИСТ!

Я мгновенно, пружинящим толчком ног отпрыгнул на пять метров назад, гася инерцию, и судорожно выставил перед собой Абсолютные «Клинки Хаоса», переводя центр тяжести на носки. Глаза под капюшоном расширились от дикого шока. Сердце бешено заколотилось.

— Фух… — я тяжело, со свистом выдохнул раскалённый воздух лабиринта. — Блядь… Едва на респаун в первую же секунду не улетел. Чуть не умер.

Перед моей позицией на плитах уже снова абсолютно спокойно, монолитно стоял Узумаки. Он стоял в расслабленной, но безупречной боевой стойке ассасина, по-прежнему сыто, уверенно улыбаясь и лениво вращая кинжал в пальцах. А парящие над нами камеры Системы продолжали непрерывно смотреть своими объективами прямо на нас, транслируя этот хардкорный момент на миллионы мониторов.

Я медленно поднял свой ледяной взгляд Изгоя, и багрово-чёрное пламя Истоков на моих Абсолютных лезвиях Хаоса вспыхнуло с новой, ураганной и беспощадной силой Тьмы, высекая фиолетовые искры по обсидиановому полу. Полоска выносливости выровнялась.

— Ну всё, японец… Ты сам напросился, — до хруста в суставах сжимая рукояти оружия, тихо, с леденящей ухмылкой произнёс я. — Похоже, мирные переговоры официально отменяются.

Глава 47. Не тот противник

Удар.

Я едва-едва успел вскинуть Абсолютные «Клинки Хаоса», подставляя тёмную сталь под нужным углом.

Удар.

Руки тут же, до самых плечевых суставов, пронзило дикой, онемевшей болью, а полоска выносливости угрожающе просела. Ещё один молниеносный удар! Тонкое лезвие кинжала Узумаки со скрежетом скользнуло по моей скрещенной стали, высекая сноп фиолетовых искр Истоков, и почти сразу же, ломая все привычные законы физики кулдаунов, пошло по обратной дуге.

Я судорожно отступил на один шаг назад по хрустящему обсидиановому песку. Потом ещё на один, едва удерживая равновесие. Я больше даже близко не пытался атаковать или поймать его на контратаке. Логика про-геймера отключилась — я просто выживал, стараясь не поймать ваншот.

— Да блядь… — сквозь зубы процедил я, на чистых рефлексах отбивая очередной выпад в шею. — Как он… как он вообще так дерётся?! Я с огромным трудом… с трудом вообще успеваю отражать его базовые атаки!

— Ты так и будешь до самого финала только чужие удары принимать, Изгой?! — внезапно раздался прямо в моей голове через Систему чистый, переведённый аудиоканал Узумаки.

— Что?!

— Дерись нормально! В полную силу! Я хочу настоящей, хардкорной драки! — яростно потребовал японец.

Я до хруста стиснул зубы, лихорадочно перемещаясь по коридору.

— Просто ты… ты слишком, сука, быстрый! У меня еле получается хотя бы уклоняться, не то что контратаковать!

Узумаки зловеще усмехнулся под своей тёмной маской ассасина. И в его пристальном взгляде через узкую прорезь капюшона сейчас не было абсолютно ни капли злости или турнирного раздражения. Только чистый, первобытный задротский интерес. Будто перед ним на расколотых плитах находился не опасный противник со Сдвоенным Истоком, а редкая новая игрушка, которую он наконец-то решил проверить на прочность.

Очередной молниеносный выпад. Я отбил его сталь в самый последний, критический миг анимации.

Бах!

Тяжёлое лезвие Узумаки с грохотом врезалось в обсидиановую стену лабиринта в паре миллиметров от моей головы. Острая каменная крошка и каменная пыль брызнули мне прямо в лицо.

— Вот же…

Я резко, пружинящим толчком ног отскочил на пять метров назад, тяжело ловя ртом воздух. Пульс оглушительным набатом грохотал в ушах, заглушая далёкий гул трибун.

Нет. Так я этого монстра