Возвращение Тени - Джон Рональд Руэл Толкин

следы костра и иные признаки малого лагеря. Но самое неожиданное и самое желанное открытие сделал Сэм. У края лощины, ближайшего к склону холма, лежало несколько крупных упавших камней. За ними Сэм набрёл на небольшой запас дров, аккуратно сложенных, а под дровами был мешок с едой. То были по большей части лепёшки крама,[6] уложенные в две маленькие деревянные коробки, но было также немного бекона и сушёных плодов.

— Стало быть, старый Гэндальф здесь побывал, — сказал Сэм Фолко. — Эти пакеты крама о том говорят. Я отродясь не слыхал, чтоб кто, кроме двух Бэггинсов да чародея, пользовался этой штукой. Лучше, чем помереть с голоду, говорят, но ненамного.

— Гадаю, оставлено ли это для нас или Гэндальф всё ещё где-то поблизости, — сказал Фолко. — Хотел бы я, чтобы Фродо и те двое вернулись.

Сэм был благодарнее краму, когда остальные и впрямь вернулись, спеша обратно в лощину со своими тревожными вестями. Долгий путь лежал впереди, прежде чем они могли надеяться на помощь, и казалось ясным, что Гэндальф оставил ту еду, какую мог уделить, на случай, если их собственные припасы будут скудны.

— Это, вероятно, то, что ему не понадобилось после исчезновения бедного Одо, — сказал Фродо. — Но как же дрова?

— Думаю, они, должно быть, собрали их во вторник, — сказал Топотун, — и готовились ждать здесь в лагере какое-то время. Им пришлось бы пройти за ними некоторое расстояние, ибо поблизости деревьев нет.

Был уже поздний полдень, и солнце садилось. Они некоторое время совещались, как им быть. Именно запас топлива в конце концов решил их не идти дальше в тот день, а заночевать в лощине.

Текст теперь следует старой версии (с. 177–179) довольно близко. На вопрос Мерри «Могут ли враги видеть?» Топотун теперь отвечает: «Их кони могут видеть. Сами они не видят мир света, как мы, но они не слепы, и в темноте их более всего и надо страшиться». Топотун больше не говорит, что в землях к Югу от них жили Люди; не рассказано и того, что они по очереди сидели в дозоре у края лощины. Отрывок, описывающий рассказы Топотуна, — характерное сплетение старой версии (с. 179) с новыми элементами, что уцелеют в FR (с. 203):

Когда пала ночь и свет костра начал ярко разгораться, Топотун принялся рассказывать им истории, чтобы отвлечь их умы от страха. Он знал много преданий о диких зверях и понимал кое-что в их языках, и у него были странные истории о их скрытых жизнях и малоизвестных приключениях. Знал он также многие повести и предания древних дней — о хоббитах, когда Шир был ещё неисследован, и о вещах за пределами туманов памяти, из которых вышли хоббиты. Они дивились, сколько ему лет и где он выучился всем этим преданиям.

— Расскажи нам о Гил-галаде, — сказал вдруг Мерри, когда тот умолк в конце истории об эльфийских королевствах. — Ты назвал это имя недавно, и оно всё ещё звенит у меня в ушах. Кажется, я слышал его и прежде, но больше ничего о нём вспомнить не могу.

— Об этом имени тебе следует спросить обладателя Кольца, — ответил Топотун тихим голосом. Мерри и Фолко поглядели на Фродо, что глядел в огонь.

С этого места рукопись с изъяном, двух листов недостаёт, но отвергнутая страница несёт историю немного дальше, прежде чем сойти на нет:

— Я знаю лишь то немногое, что рассказал мне Гэндальф, — сказал он. — Гил-галад был последним из великих эльфийских королей. Гил-галад на их языке — Звёздный Свет. С помощью Короля Элендила, Друга эльфов, он низверг Врага, но оба они погибли. И я бы охотно услышал больше, если Топотун расскажет нам. Это сын Элендила унёс Кольцо. Но эту повесть я рассказать не могу. Расскажи нам больше, Топотун, если хочешь.

— Нет, — сказал Топотун. — Не стану я рассказывать эту повесть теперь, в это время и в этом месте, когда слуги Врага рядом. Быть может, в доме Элронда вы её услышите. Ибо Элронд знает её полностью.

— Тогда расскажи нам какую-нибудь другую повесть старины, — сказал Мерри…

Песнь Топотуна и его повесть о Берене и Лютиэн, таким образом, здесь отсутствуют, и рукопись возобновляется на «Пока Топотун говорил, они наблюдали его странное горящее лицо…» С этого места достигнут текст FR, вплоть до конца Главы 11 «Кинжал во тьме», едва ли с каким различием даже в словах, кроме таких точек: Фолко стоит вместо Пиппина; в нападении на лощину всё ещё было три Всадника, а не пять, и Фродо, бросаясь наземь, вскричал Эльберет! Эльберет!

В этом месте в FR начинается Глава 12 «Бегство к Броду», но, как и в первоначальном тексте (с. 190), нынешняя версия продолжается без перерыва до Брода Ривенделла. Соотношение строения глав между нынешней фазой и FR можно показать так (и ср. таблицу на с. 133):

Нынешняя «фаза»:

IX. Под вывеской «Гарцующего Пони». Кончается тем, что Топотун отдаёт Фродо письмо от Гэндальфа.

X. Дикими путями к Заверти. Завершение разговора с Топотуном. Нападение на трактир, уход из Бри; кончается видом Всадников под Завертью.

XI. Без заголовка. Нападение на Заверть. Путь от Заверти к Броду.

FR:

9. Под вывеской «Гарцующего Пони». Кончается тем, что Фродо, Пиппин и Сэм возвращаются в свою комнату в трактире.

10. Бродяжник. Разговоры с Бродяжником и Баттербуром.

11. Кинжал во тьме. Нападение на трактир, уход из Бри; кончается нападением на Заверть.

12. Бегство к Броду.

Как свойственно этим главам третьей фазы, нынешний текст во многом продвигается к форме в FR в подробностях слога и описания, но удерживает многие черты первоначальной версии; так, «красная вспышка», увиденная в миг нападения на Заверть, уцелела, о прорехе в чёрном одеянии Топотун всё ещё говорит лишь «Какой вред это причинило Чёрному Всаднику, не знаю», и далёкие крики Всадников, пересекающих Дорогу, не слышны, тогда как, с другой стороны, дрова, оставленные Гэндальфом, больше не сказано, что были взяты с собою, и описано омоложение пони Билла Ферни (об этих элементах повествования см. с. 190–191). Топотун теперь говорит Сэму вполголоса, но слова его иные:

— Думаю, теперь я понимаю всё лучше, — сказал он тихо. — Наши враги знали, что Кольцо здесь; быть может, потому, что они захватили Одо, и наверняка потому, что они чуют его присутствие. Они больше не преследуют Гэндальфа.