Звериное начало. Том II - Ксен Крас

– Мы, глупцы, совсем перестали считать дни. Твои глаза были совсем желтыми. Скоро полнолуние. Сколько осталось? День? Два? Три? Не больше трех…

– Причем тут это? Нэ, ты не понимаешь, о чем говоришь.

– Понимаю. Если тебя увидят здесь и решат допросить, то могут закрыть где-то. На три дня и больше. Ты догадываешься, что тогда будет? Ты должна уходить. Квуак так кричал, что наверняка соседи уже доложили страже. А может и кому-то еще. Днем все они отдыхают, но их могут вызвать и тогда… Уходи. Я уберу, что сумею, все следы твоего пребывания.

– А как же ты? Ты тоже должен уходить.

– Не так много природников, способных управлять деревом, Рэ. А во Вратах и подавно. Меня все равно могут найти, запросто отследят. Но тебя втягивать во все это нельзя. Иди. Иди сейчас же!

– Нет.

– Эйэ! Ты должна позвать Эйэ, он что-нибудь придумает. Ты способна выследить его, ты найдешь его быстрее меня.

– Я не оставлю…

– Без Эйэ нам здесь не справиться. Прошу, Рэ!

Женщина упрямо помотала головой.

***

На полпути в Высокий город Рэйара догадалась, что Наэм, скорее всего, отправил сестру за предводителем только для того, чтобы заставить уйти из дома портного. Природник кричал на нее не хуже, чем до этого портной Квуак, выталкивал и практически за шкирку спустил по лестнице. Он заставил деревянную раму видоизмениться и вывалиться, чтобы полукровка не покидала дом через главную и единственную дверь, а выбралась с другой стороны. Окошко выходило на неоживленную улочку, между лавкой Ловкой Иглы и следующим домом когда-то стоял еще один, но теперь от строения остались только воспоминания, выступающий фундамент и кусок стены, кем-то покрашенный в ярко оранжевый цвет.

Алорэ упоминал, что это строение некогда принадлежало бриесмонису, на удивление, без примесей других кровей, и его прекрасной жене полу-вэйше. После того, как покрытых шестью бедолаг начали выселять из Средоточья и прогонять из домов, большую часть жилищ выкупили для себя более или менее обеспеченные горожане. Те, что принадлежали полукровкам разошлись быстро, а наследие чистокровного и считающегося опасным бриесмониса боялись лишний раз трогать.

Ходили слухи, что если остаться в нем жить и случайно пораниться, то проклятие может коснуться новых жильцов. А дети и вовсе унаследуют что-то от прежних хозяев и навсегда останутся изгоями, с покрытыми шерстью лицами и спинами. Это отталкивало покупателей, и дом просто стоял. Со временем не самые приятные члены общества начали использовать его для своих нужд, строение притягивало несчастья. То убийства, то кражи, то изнасилования – в нем происходили даже темные ритуалы. В итоге горожане совместными усилиями разрушили дом насколько могли.

Следы Эйэ Рэйара учуяла еще не доходя до лавки, в нескольких кварталах от нее. Там же чувствовался запах Алорэ и Фэ, но после братья направились в одну сторону, а предводитель – в другую. Таэля ни с кем из них не было.

В Высший город ворота были открыты и перевертыш не столкнулась ни с какими трудностями, чтобы добраться до места обитания вельмож. Красивые и аккуратные редкие лавки, устроенные вдоль главной дороги, идущей до самого Сердца города, встречали гостей. Нарядные продавцы, невероятно высокие и неоправданные цены, обилие растительности в горшках рядом с резными дверцами и вымощенная песочным камнем дорога создавали в этой части Врат впечатление полной обеспеченности, радовали глаз и заставляли забыть обо всем плохом.

Рэйара миновала ряд торговцев, каждый из которых выглядел лучше, чем весь отряд свэтов в своих самых красивых нарядах, и свернула так же, как сворачивал Эйэ. Четыре подряд больших фонтана, статуи которых стояли в самых воинственных позах, не впечатлили женщину. Струи воды били из рук или причесок людей, Лошади, под копытами которых переливались разноцветные струи, выглядели не похожими на настоящих животных – слишком массивные тела, слишком крупные ноги и высокие копыта. Тот, кто изображал их немного перестарался.

Перевертыш сунулась в одну лавку, затем во вторую – Эйэ зачем-то купил какие-то дорогие напитки и заглянул за изысканными сладостями. Последние и вовсе летали по всему помещению, меняли цвет, испускали насыщенно-зеленные, красные, синие, желтые и белые пузыри. Черный цвет продавец явно не любил и полукровка немного растерялась от сочетания запахов и красочности. Ей потребовалось не меньше пары минут после, чтобы прочихаться и снова взять след. Тот повел ее дальше и выше, к самым богатым домам.

Стража медленно прогуливалась по улочкам вверх-вниз, порой отряды из шести тяжело вооруженных бойцов и одного, чаще всего человека, в довольно простенькой броне, вероятно, волшебника, жреца или кого-то подобного, останавливались где-то и весело беседовали. На перевертыша они обратили внимания не больше, чем в Серединном городе стали бы смотреть на бродячего пса или кота. Да, есть такой, да, идет, да, нехорошо, что зашел в кварталы для богачей, но пока ничего не делает, его и прогонять не станут.

Рэ уперлась в ажурный забор из необычного белого материала, более всего напоминающего стекло. Маловероятно, что богачи поступились безопасностью в угоду красоте, установив столь хрупкое ограждение, но ничего иного на ум не приходило. У калитки, по ту сторону, стоял и сонно прикрывал глаза молодой мужчина в кольчуге поверх рубахи и поддоспешника. Он упирался на длинное древко, внизу оканчивающееся топорищем, из одной грани которого торчал крюк, а вершина состояла из шипа, в данный момент воткнутого в землю.

Перевертыш решительно направилась к забору и остановилась, разыскивая ручку у калитки или молоток, чтобы постучать. Ни того, ни другого не оказалось.

– Эй, ты, – крикнула женщина защитнику дома, – Открой мне двери.

Мужчина приоткрыл один глаз, лениво взглянул на полукровку, потянулся и вынул из земли оружие. На шипе остались комья почвы.

– На сколько назначено?

– На сейчас. Мне нужно переговорить с Эйэ.

– С кем?

– Свэт сюда приходил, Эйэ зовут. Мне он срочно нужен. Позови его прямо сейчас!

– Если не назначено иди отсюда, – мужчина снова устроился, чтобы продолжить свое не очень правильное бдение. Он поправил подшлемник, натягивая его на брови. Шлем, зацепленный за забрало ремешком, на который обычно вешали кошель, болтался у пояса. Наверное, в нем было не так удобно следить за порядком с закрытыми глазами.

– Позови Эйэ! Эйэ! Эйэ-э-э! – Рэ заходила вдоль забора. Она помнила, что трогать ограждения в Высшем городе не стоит без разрешения, ничем хорошим это не закончится.

– Уходи, пока стража