Звериное начало. Том II - Ксен Крас

Думать о том, что могло бы произойти, не хотелось. Звериное начало по-прежнему отзывалось в душе, хоть и пошло на убыль. До конца первой ночи после полной луны не стоило совершать ничего, что могло б спровоцировать Рэйару, и ничего, что могло бы испортить и без того отвратительное настроение. Это было чревато.

Конечности неприятно ныли. В лесу имелось больше пространства для трансформаций, возможность хорошенько размяться во время охоты, это отбивало желание нападать на кого-то и раздражаться. Здесь же, за решетками, не получалось целиком выпрямиться, не говоря уже о пробежке.

Воспоминания и осознание себя медленно возвращались. Предпоследний день перед полной луной прошел неудачнее некуда – Рэйара позволила себе озвереть и наброситься на портного, а Наэм спас ее и принял всю вину на себя. Мужчину закрыли в тюрьме, а Эйэ вернулся только под самый вечер. В тот день перевертыш рыдала на плече главаря, винила себя, угрожала, что уничтожит город, клялась, что не простит горожанам, если они тронут брата, а после умоляла предводителя вытащить природника. Кажется, под конец она начала приказывать, хорошо, что светловолосый вожак не стал заострять на этом внимания.

Полукровка предлагала вытащить Наэма и сбежать из Морских Врат. Пусть Община и будет сердиться, но они вполне могут прислать и других свэтов. Эйэ в тот вечер пообещал, что попробует что-то придумать, но предупредил – уходить отряд пока не может. Он отправился к своим новым приятелям, а может, изучать Тилиябас и вернулся лишь на следующий день. В ту ночь никто из отряда так и не сомкнул глаз, не только из-за нервов, но и потому, что компания напрочь позабыла о приближающемся полнолунии и поспешно готовилась его встречать.

Алорэ, Таэль и Фэйэн дружно накладывали чары, думали, куда лучше спрятать сестру и как удерживать внизу, наутро они нашли кузнецов и купили у них клетки. Такие же использовали в тюрьме, а еще в залах суда, чтобы не позволять заклинателям использовать свои способности. Эти же приспособления применяли для молодняка в процессе обучения, чтобы наказать или научить контролировать себя. Магии в Рэ не наблюдалось, но семья верила – то, что удерживает заклинателей, способно выдержать и перевертыша.

Днем перед полной луной Эйэ вернулся к отряду и сообщил плохие новости – маги города сумели доказать, что именно способности Наэма применялись для убийства портного, и теперь природника ждал суд, а до этого несколько тяжелых допросов и, конечно же, пребывание в Тилиябасе, что уже само по себе было жестоким наказанием. Ни слезы, ни мольбы, ни уговоры, ни деньги не способны помочь решить проблему. Никто не захочет освобождать приезжего после совершенного деяния, тем более, когда несколько Баронов и Баронесс горюют о потери своего любимца и требуют жестокости по отношению к убийце, такой, чтобы тот не дожил до суда. И, скорее всего, они готовы предложить куда больше, чем отряд, даже если семья сложит все, что имеет, и добавит то, что готова выделить Община. Если готова.

Рэйара не переставала плакать. Она чувствовала свою вину и понимала, что ни за что не простит себе смерти брата. Тем более, подобной. Женщина кричала на предводителя и на остальных, металась по дому, хотела отправиться в тюрьму, чтобы признаться в том, кем от рождения является и освободить тем самым Нэ. Она много чего хотела сделать, но так и не сделала.

– Я не знаю, смогу ли я что-то предпринять, но я попробую. Вы с Наэмом натворили дел, за которые не в состоянии отвечать! А Наэм все испортил еще больше. Я надеялся на его помощь, надеялся, что он присмотрит за тобой, а вместо этого… Он подвел меня, – сказал в тот день Эйэ, а Рэ не посмела поднять взгляда, – Он подвел и тебя. Ты слышишь? Я понимаю, что тебе сложно контролировать себя, я знал, что нужно еще подождать. Не понимаю, зачем я только поддался на уговоры и отправил тебя?!

– Я не хотела ничего, и Нэ тем более не виноват. Он защищал меня, – истинную историю произошедшего братья узнали сразу же, как только Рэ встретилась с ними. Кажется, раза два или три.

– С этого момента все вы, каждый из вас, – свэт обвел руками оставшихся из отряда и особое внимание оказал перевертышу. В другой ситуации она бы этому только порадовалась, но не теперь, – Каждый, я повторяю, чтобы вы поняли меня! Вы будете подчиняться мне, беспрекословно и полностью! Вы не будете отступать ни влево, ни вправо! Вы не должны перечить мне и переубеждать меня. Если вы не способны думать сами, то пока опасность не минует, и пока я не пойму, что вы в состоянии нести ответственность, за вас буду решать я. Да, Фэ, я не потерплю больше пререканий! Да, Ал, никаких обсуждений и коллективного решения. Я несу за вас ответственность, я расхлебываю за вас то, что вы натворили, ко мне вы бежите с проблемами, но мне приходится прислушиваться ко всем вашим мнениям. Больше этого не будет. Сейчас мы готовимся к полнолунию. Нет, Рэ, я не хочу слушать и говорить про Наэма, у нас будет больше двух десятков дней до первого суда, но сейчас есть дело важнее. Если во Вратах появится перевертыш, нам от этого легче не станет. Тем более, если нас свяжут с ним.

Разговоров о Наэме более не состоялось ни разу. Братья дружно готовились и рисовали руны, повторяли заклятия и проводили ритуалы, а Эйэ контролировал процесс и укреплял решетки магией. До позднего вечера сама перевертыш носила и подвешивала на веревках тушки, чтобы ей было чем перекусывать ночью и на что отвлекаться. Заплатить за них пришлось немало – самой женщине братья не позволили отправиться на дневную охоту в таком состоянии. Это было верным решением, полукровка не могла контролировать себя полностью. Как только Рэйара почувствовала в себе какие-то изменения, то сразу же забралась в конструкцию и спряталась от мира за тройными решетками.

Всю ночь братья не только поддерживали крепость клетки, но и использовали защитные и приглушающие заклинания, которые не позволяли жителям города слышать вой сестры и иные посторонние звуки. И чтобы никакие лишние шумы не отвлекали Рэйару. На самом деле полукровка знала, что целиком звуки магия убрать не в состоянии, но может приглушить их так, чтобы народы ничего не уловили. Только ухо перевертыша было сильнее магии.

Рэйара сумела подняться на ноги, цепляясь за решетки. Она