Я просто хотела дочитать новеллу, а не стать женой злодея! - Айра Мэйрвелл

Он подошел ближе и с моего позволения взял мое запястье, чтобы прощупать пульс. Его пальцы были сухими и прохладными. Я сосредоточилась на том, чтобы дышать часто, но не слишком, чтобы не вызвать подозрений в гипервентиляции. Он долго, внимательно слушал мой пульс, потом осмотрел мои глаза, попросил высунуть язык. Я послушно выполняла все его указания, сохраняя на лице маску страдания.

— Хм, — наконец произнес он, выпрямляясь. — Пульс ваш ровен и силен, Ваше Величество. Цвет лица естественный. Дыхание чистое. Я не нахожу признаков серьезной болезни сердца.

Черт. Он был слишком хорош.

— Возможно, — продолжил он мягко, — ваше недомогание вызвано душевными переживаниями. Вы провели много дней в уединении. Такая резкая перемена в жизни — большой стресс для организма.

Это был мой шанс. Мой выход. Я ухватилась за его слова, как утопающий за соломинку.

— Стресс… да, возможно, вы правы, — я позволила голосу дрогнуть. — Я так волнуюсь… особенно за здоровье Вдовствующей Императрицы. Я слышала, ее тоже беспокоит сердце. Мои симптомы… они так похожи на то, что описывали слуги. Скажите, лекарь, это не может быть… заразным? Какая-то слабость, что передается в императорской семье?

Лекарь Чен нахмурился, обдумывая мои слова. Я затронула чувствительную тему — здоровье правящей династии.

— Здоровье Вдовствующей Императрицы действительно требует постоянного внимания, — ответил он осторожно, явно подбирая слова. — Но ее недуг связан с преклонным возрастом. Вам же, Ваше Величество, беспокоиться не о чем. Вы молоды и полны сил.

— Но она так слаба! — воскликнула я, вкладывая в голос всю возможную тревогу. — Я молюсь за нее каждый день. Надеюсь, лекарства, которые вы ей даете, помогают. Я слышала, корень женьшеня белогорного творит чудеса, укрепляя сердце. Уверена, вы прописали ей все самое лучшее?

Я смотрела на него с широко раскрытыми глазами, полными наивной надежды. Я была не любопытной интриганкой, а испуганной молодой женщиной, ищущей утешения и проводящей параллели со своим собственным «недугом».

Моя уловка сработала. Лекарь, видимо, решил, что лучший способ успокоить меня — это заверить в эффективности придворной медицины.

— Разумеется, Ваше Величество, — его голос потеплел. — Ее Величество Вдовствующая Императрица получает специально приготовленный для нее отвар из женьшеня белогорного каждое утро. Это краеугольный камень ее лечения. Мы делаем все возможное для поддержания ее сил.

Есть. Попался. Прямое подтверждение. У меня внутри все запело от триумфа, но я сохраняла испуганное выражение лица.

— Благодарю вас, лекарь. Вы меня немного успокоили, — прошептала я.

Врач, казалось, расслабился, видя, что его пациентка приходит в себя. Но тут он добавил фразу, от которой у меня по спине пробежал холодок.

— Хотя, должен признаться, это нас несколько озадачивает… — задумчиво произнес он, скорее для себя, чем для меня. — Последние несколько месяцев отвар словно бы утратил свою силу. Состояние ее величества медленно, но ухудшается, несмотря на все наши усилия. Мы как раз собирались на консилиуме поднять вопрос об увеличении дозы…

Я похолодела. Увеличить дозу. Они собирались ускорить действие яда, собственноручно подливая масла в огонь. Леди Юэ, должно быть, смеется у себя в покоях. Ее план был еще коварнее, чем я думала. Она не просто травила, она заставляла лекарей становиться ее невольными соучастниками.

— Я уверена, вы найдете верное решение, — сумела выдавить я.

Лекарь Чен поклонился, прописал мне успокаивающий сбор из ромашки и мяты и удалился вместе со своей свитой. Анья проводила его и вернулась ко мне, сияя от облегчения.

— Слава богам, Ваше Величество, лекарь сказал, что вы здоровы!

Я молчала, глядя в одну точку. Я была здорова. А мать Императора умирала. И если я немедленно что-то не предприму, ее убьют еще быстрее, чем планировалось.

Мой спектакль сработал идеально. Но я знала, что отчет о моем внезапном «сердечном приступе» уже лежит на столе у советника Гао, а может, и у самого Асмуса. Они будут анализировать. Искать причины. И если я буду медлить, момент будет упущен.

Больше никаких полумер. Никаких туманных записок. Пришло время требовать.

Я встала с кресла, чувствуя, как во мне закипает холодная ярость.

— Анья, оставь меня, — приказала я тоном, не терпящим возражений.

Когда служанка вышла, я подошла к своему новому письменному столу. Мои руки больше не дрожали. Я приняла решение. Раскатала новый, чистый свиток. Растерла тушь. Взяла самую тяжелую кисть.

Я больше не была просительницей. Я не была игрушкой. Я была оракулом, который дважды доказал свою силу. Я спасла его армию от позора, а его самого — от смерти. Я заслужила право быть услышанной.

Моя кисть летала над бумагой, выводя четкие, уверенные иероглифы. Это было не пророчество. Это было требование.

«Его Императорскому Величеству, Сыну Небес.

Мне было видение чрезвычайной важности, касающееся не стали и не армий, но самой крови императорского рода и здоровья Вдовствующей Императрицы. Опасность незрима, коварна и не терпит отлагательств. Суть угрозы слишком серьезна, чтобы доверять ее бумаге.

Я смиренно прошу о немедленной аудиенции».

Я остановилась, а затем дописала последнюю строку, свой новый титул, который я присвоила себе сама.

Лиана, Императрица Железной Империи.

Я свернула свиток, запечатала его личной печатью, которую нашла в шкатулке на столе, и, распахнув дверь, протянула его пажу.

— Немедленно. Лично в руки Его Величеству, — приказала я.

Паж, видя выражение моего лица, побледнел, схватил свиток и бросился бежать по коридору.

Я вернулась в комнату. В груди гулко стучало сердце — на этот раз по-настоящему. Я бросила вызов. Я потребовала внимания Императора, как равная, а не как рабыня.

Теперь оставалось ждать, примет ли он этот вызов. Или сочтет мою дерзость последней каплей и прикажет отрубить мне голову.

Глава 12

Ожидание было пыткой. Минуты растягивались в часы. Я сидела в своей гостиной, с идеально прямой спиной, сложив руки на коленях. Я запретила себе ходить из угла в угол, запретила показывать любую нервозность. Если за мной и следят через потайные отверстия в стенах, а я была уверена, что так и есть, они должны были видеть не испуганную девчонку, а спокойную и уверенную в себе Императрицу. Снаружи я была как замерзшее озеро. Внутри бушевала буря.

Прошло не меньше часа, прежде чем двери отворились. Я ожидала увидеть гвардейцев, которые поведут меня на казнь, или пажа с