Хочу назвать женой - Виолетта Иванова

* * *

Иван жил, словно по течению плыл. На свою мать он смотреть не мог, даже попросил старосту, чтобы ее на порог двора не пускали. Григорий через десятину заявил родителям, что в город далекий собрался уезжать, в солдаты податься желает, чтобы государству служить. Староста пытался отговорить сына, но тот уперся, собрался, утром сел на коня и уехал из села.

Только одна Лада выглядела счастливой. Она с самого своего детства была влюблена в красавчика весельчака Ивана, который лучше всех играл на гармошке. От его улыбки у нее замирало сердце. Разница у них была в четыре года, Иван рано повзрослел, много девчонок возле него вилось. Но Лада всем говорила, что он станет ее мужем и шла к этому. Она разогнала всех девчонок, что на него заглядывались, потом сделала все, чтобы только на нее он смотрел. Ее отец был не слишком доволен выбором дочери, говорил, что Иван не пара ей. Но она топала ногами, била посуду — или он, или я в девках останусь, в дальний схит уйду. Только тогда смирился отец, махнул рукой.

Когда Иван вернулся с обозом, она не узнала парня, словно кто-то подменил его. Когда она узнала, что они привезли с собой девку из деревни Якова, просто не знала, что делать. Она помнила, как ее отец три года назад вернулся с обозом из этой деревни и на мать не смотрел, даже разойтись с ней хотел. Но матушка все взяла в свои руки и не отпустила отца. Лада тайком ходила к дому Ивана, чтобы увидеть эту сиротинку. Она видела, как Пелагея помыкает ею, заставляет делать самую грязную работу, и улыбалась. Девка в каких-то обносках не соперница ей. Как она ненавидела эту девчонку, даже побить ее хотела, но не стала мараться. Она просто не отпускала Ивана от себя, добилась, чтобы как можно скорее был назначен день сватовства, она же торопила со свадьбой. Ничего, она сможет удержать Ивана, никому его не отдаст. Когда ее брат Гришка стал грезить сиротинкой, Лада чуть не взбесилась, но быстро взяла себя в руки. Пусть брат делает, что хочет, главное, то Иван рядом с ней.

На их свадьбе она держала Ивана за руку, не отпуская его от себя. Только отпустила, когда он пошел к Гришке разговаривать. Она потом у брата узнает, что Иван хотел от него.

Брачная ночь оказалась не такой пылкой, как она хотела и представляла себе. Муж обнимал ее, целовал, но не чувствовала она его желания. Иван старался быть с ней ласковым, но этого Ладе было мало. Он словно о другой думал. А когда он стал выкрикивать имя этой сиротинки, чуть не закричала от досады, но сдержалась, заметив, что Иван не в себе. Ничего, теперь он стал ее мужем и никуда не денется, а с этой девкой она найдет возможность, чтобы разобраться.

Семейная жизнь началась с похорон Матвея, который по пьянке утонул в реке. А потом Пелагея заявила, что хотел жить рядом с молодыми. Но и это Лада пережила, хорошо, что отец просто выгнал наглую тетку со двора и запретил пускать ее. А еще Гришка собрался и куда-то уехал.

Постепенно жизнь Лады и Ивана налаживалась. Она по-прежнему держала мужа при себе, не позволяя далеко отходить, следила за каждым его шагом. Через какое-то время он даже стал улыбаться, играл на своей гармошке в праздники. Осталось только родить ему ребеночка. Лада старалась скорее понести от него. Ночи становились более жаркими, но иногда Иван просыпался с криками, звал свою сиротинку. Лада скрипела зубами, но терпела. Судьба сама распорядилась этой приблудой — пропала она в один день, и никто не знал, где она.

Прошло почти полгода, когда девушка поняла, что ждет ребеночка. Утром она сказала об этом Ивану, представила себе, как он обрадуется. Но он только скривил лицо, сказал каким-то потерянным голосом, что рад и ушел. Вернулся только поздно вечером, сухо поцеловал ее и лег спать. На следующее утро Лада устроила мужу ссору, добилась, чтобы он стал просить у нее прощения. А через три месяца случилось страшное — она потеряла ребеночка. Пришедшая к ним лекарка Анфиса долго хлопотала вокруг Лады, поила какими-то горькими настойками, качала головой. Потом Ладе надоело все это, она схватила женщину за руку.

— Говори, у меня будут еще дети? — потребовала она у Анфисы.

— Нет, Лада, не будут, — спокойно сказала лекарка, собрала свой узелок и ушла.

Лада тогда лежала в своей постели и долго плакала. Иван к ней даже не подошел, чтобы утешить. Она слышала, как он ходил по кухне, тяжело вздыхал, что-то говорил себе под нос. А потом случилась еще одна беда — в своем доме сгорела Пелагея. Дом выгорел полностью, даже сараюшка занялась огнем. Соседи только успели коз спасти, куры сами разлетелись. От Пелагеи только кости остались.

После этого Иван замкнулся в себе, перестал улыбаться, в постели просто отворачивался к ней спиной, перестал улыбаться и на праздниках на своей гармошке играть. Однажды Лада проснулась от того, что услышала, как он плачет во сне. Она прислушалась. «Боги, за что так жестоко наказываете?»

А еще через год сам Иван по зиме сгинул в лесу. Пошел с мужиками на охоту, напоролись они на медведя-шатуна и тот сильно подрал Ивана, который словно смерти искал своей. Потом мужики шептались между собой, что последними словами он звал не жену, а Алаяну, прощение у нее просил.

Глава 6

Дорога в городок была долгой, трудной. Первое время Алаяна просто лежала в повозке, была еще слаба, мало чем могла помочь Анфисе, которая ухаживала за девушкой всю дорогу. Чем ближе они подъезжали к городку, где жила Рада, тем Алаяне становилось страшнее — как она дальше жить будет, не станет ли она для Рады обузой, или не начнет Рада также измываться над ней, как Пелагея. Анфиса заметила ее переживания, улыбнулась.

— Не стоит тревожится. Моя сестра примет тебя с радостью. Детей у нее своих нет, так ты ей в радость будешь.

— Анфиса, а ты почему к ней не приехала?

— Да как я могу могилы родителей оставить? Да еще Семен мой там похоронен, — она погладила девушку по голове. — За ними кто-то смотреть должен. Да и нет никого в селе,