Операция: Норвегия - Уильям Микл

- Как мы будем вводить препарат, когда сможем подойти к нему? - спросил он.

- Лучше всего сделать инъекцию. Но ты же видел, как мало повлияли наши выстрелы; похоже, его кожа твердая, как камень.

- Не везде, - ответил Бэнкс, снова доставая кусочек ткани и постукивая им по журналу. - Я видел трещины, когда внимательно посмотрел на тропе; они похожи на расколы и имеют более светлый цвет в более глубоких частях. В книге сказано, что когда-то из трещин сочилась кровь и жидкость. Может, это мягкое место? Туда можно ввести иглу?

- Да, - встрял Виггинс. - Мягкое место, может, семьдесят лет назад. Если ваша теория верна, капитан, то с тех пор эта кровавая штука спит в камне. Лучше заложить в трещины C4 и отойти подальше.

Может быть, до этого и дойдет, - подумал Бэнкс, но не сказал вслух.

* * *

Бэнкс попросил Дэвиса приготовить для каждого из них длинный шприц, наполненный седативным средством.

- Я хочу быть готов, если начнется атака. Я уверен, что оно - он - где-то там, наблюдает даже сейчас. Когда он появится, не стреляйте, пока я не дам приказ. Ясно?

Он смотрел прямо на Виггинса, когда говорил, и капрал кивнул в ответ; Виггинс иногда мог быть непослушным, но в важных моментах он был хорошим солдатом, и это было все, что Бэнкс мог требовать от кого-либо.

Даже от МакKаллума?

Это был вопрос, на который он надеялся не отвечать.

Он разрешил каждому из мужчин выпить еще по рюмке из того, что осталось от виски, а сам выпил свою, смешав ее с кофе. Молодой Уилкинс, казалось, спал и не испытывал никакой боли, а остальные согрелись. Это было лучше, чем ютиться под импровизированным укрытием на вершине холма, и по праву он должен был быть более расслабленным, но Бэнкс чувствовал напряжение в животе. Они уже бежали. Теперь каждый его инстинкт подсказывал ему, что скоро начнется сражение.

* * *

Бэнкс приказал Дэвису и Виггинсу лечь спать на пару часов. Было чуть больше трех часов ночи; вчерашний сон казался далеким воспоминанием, а путь на холм был долгим и утомительным. Из-за этого и из-за того, что адреналин уже перестал действовать, Бэнкс чувствовал себя изможденным до костей. Он попросил Хайнда дежурить вместе с ним, боясь, что если его оставят одного, он завалится спать.

- Ты это серьезно, Джон? - спросил Хайнд, когда остальные уснули, а они курили у входа. - О том, что он один из нас?

- Серьезно, - ответил Бэнкс. - Мы потеряли МакКeлли на озере Лох-Несс, Брока в пустыне, и ни одного из них мы так и не похоронили. Будь я проклят, если позволю еще одному солдату уйти в темноту в одиночку, не попытавшись ему помочь.

Хайнд говорил тихо, словно подбирал слова.

- То, что было на холме, не выглядело и не вело себя как солдат, которого я знаю, - сказал сержант.

- Я так и думал... пока не увидел, как он отреагировал, когда Виггинс отдал ему приказ. Солдат все еще там. Так же, как и в нас, долго после того, как мы повесим сапоги на гвоздь и устроимся с трубкой, тапочками и теплым камином.

- Мы с тобой оба знаем, что наши шансы дожить до этого момента уменьшаются с каждым выходом. Сколько старых отставных солдат ты знаешь в этой игре?

- Черт, очень мало, и все они мертвы, - согласился Бэнкс. - Но я должен попытаться спасти этого. Ему должно быть за 90, и он давно должен был выйти на пенсию. Поможешь мне хотя бы попробовать?

- Ты знаешь, что я пойду туда, куда пойдешь ты, Джон, как и всегда.

Бэнкс слабо улыбнулся.

- Я напомню тебе об этом, когда в следующий раз дело дойдет до крайности.

* * *

Ночь тянулась своим чередом. Ветер полностью утих, и снег перестал биться о окна, но Бэнкс не хотел выходить на улицу в темноте. Он стоял с Хайндом у двери, и их разговор перешел на старые кампании, сражения, которые давно уже закончились, но не были забыты, но даже это заставило его задуматься.

Вспоминает ли МакKаллум свои солдатские дни? Сколько от военного осталось в нем после всего этого времени... и обманываю ли я себя, думая, что могу его спасти?

- Что, Джон? - спросил Хайнд, заметив, что капитан замолчал.

- Просто вспоминаю тех, кого мы потеряли, - ответил Бэнкс.

Хайнд грустно улыбнулся.

- Да, сейчас как раз то время суток, когда они возвращаются, чтобы спросить "почему".

- И я все еще не знаю, что им ответить.

- Нет, знаешь. Мы все знаем. Мы делали это, делаем это, все мы, живые и мертвые, ради долга, товарищества и Oтряда, ради человека рядом с нами. Как и раньше. И они все знали это так же хорошо, как и мы. Так же хорошо, как и ты.

Бэнкс улыбнулся в ответ.

- Но услышать это никогда не помешает. Если вернемся, первый круг за мой счет.

- Черт, если твой план сработает и мы действительно поймаем этого большого громилу, ты будешь на дежурстве всю ночь.

На этот раз они оба рассмеялись в унисон - и в ответ услышали рев ярости из ночной тьмы.

- 12 -

- Выключите свет, сержант, - прошептал Бэнкс.

Пока Хайнд выполнял приказ, Бэнкс подошел, чтобы разбудить Виггинса и Дэвиса. Через несколько секунд все четверо стояли в темноте, с готовыми к использованию шприцами, а не винтовками, прислушиваясь к любым признакам нападения. Что-то разбилось, снаружи раздался грохот и шум падающих камней, и Бэнкс догадался, что последние остатки красной кирпичной комнаты наконец-то превратились в руины.

Нападения не последовало. Дважды они слышали тяжелые шаги за дверью, но каждый раз они проходили мимо.

Он не дурак.

Бэнкс подошел к двери и положил руку на ручку.

- Капитан? - тихо сказал Хайнд. - Что ты, черт возьми, делаешь?

- Приведу его к нам. Следуйте за мной и действуйте только по моему сигналу, если я это сделаю. И помните, - сказал он, показывая им шприц. - В трещины. И молитесь, чтобы у нас хватило этой дряни, чтобы удержать его.

Он открыл дверь и вышел в тихую холодную ночь.

* * *

Полная луна висела над фьордом,