Запретный град - Андрей Огнёв

В случае возникновения конфликтных ситуаций подопечный или его куратор обязаны обратиться в Совет академии или к кому-либо из закрепленных магистров.

По любым вопросам жизни в академии можно обращаться к куратору или одному из магистров.

– Вроде не так уж и сложно. Хотя у меня столько вопросов накопилось, что к Питеру с вещами переезжать можно.

День так был насыщен событиями и информацией, но, несмотря на это, Влад хотел узнать как можно больше о новом мире, в который попал.

После того, как желудок был полон, Влад поднялся на второй этаж в спальню. Мебель и интерьер в ней отлично сочетались по стилю и цвету: плотные темные шторы, готическая старинная люстра, а также пара светло-серых кресел и того же цвета пуфик для ног.

Но больше всего Влада привлек книжный шкаф, в котором он с любопытством начал перебирать и рассматривать книги. При этом с написанным происходило то же, что и с речью Питера. Влад понимал, что видит незнакомые ему буквы и символы, но сразу осознавал их смысл.

«Сариэль» – история приключений дочери могущественного мага Аборсена, которая не верила в смерть своего отца и в сопровождении магического существа Моргена пересекает границу Смерти.

«Сыны Перуна» – историческая книга, рассказывающая о попытках ученых магов докопаться до тайн славянской магии.

«Пламя в парусах» – толстенная книга. Влад бегло пролистал ее: там юноша отправлялся вроде бы в рядовую поездку, через несколько страниц ему уже пришлось прятаться и таиться, а еще чуть позже – отправиться в изгнание, спасаясь от… заговорщиков? Вот так сюжетец.

Однако Влада привлекла другая книга – «Бытовая магия для тех, кто даже не начинал».

Пролистав ее, юноша узнал про множество простых заклинаний, которые помогают содержать дом в чистоте и даже тратить минимум усилий на приготовление пищи. В тексте то там, то тут всплывало странное слово «тумо». Питер о таком даже не упоминал.

«Выходит, “те, кто не начинал” уже знают про это “тумо”? Странно, что они упустили такую деталь. Но книга отличная! Попадись она мне чуть раньше, может, сделал бы хороший ужин», – с сожалением подумал Влад о съеденных бутербродах, но тут же нашел заклинание, которое ему не терпелось опробовать.

Он сбежал вниз в гостиную к камину. Присев на корточки и убедившись, что в камине есть дрова, протянул к ним руку.

– Арсон!

Дрова остались холодными. Влад посмотрел на ладонь.

– Но ведь со светом получалось! – огорченно воскликнул он.

Тут Влад представил Питера, который с насмешкой смотрит на него и говорит:

– Где же у тебя лишняя дырка в голове, из которой все вываливается? Я же говорил: сосредоточиться на руке, представить процесс и результат…

Влад тряхнул головой и, шумно выдохнув, представил, как от его прикосновения поленья занимаются огнем.

– Арсон!

Он ощутил в центре ладони тепло, сперва приятное, а затем обжигающее.

– Ай! – Влад отдернул руку, дуя на ожог.

Слезы боли и радости смешались, когда он увидел, как занимающиеся языки пламени охватывают березовые поленья.

– Да! Да!

Влад запрыгал по комнате, радуясь, что впервые смог сам, осознанно, без подсказок Питера, сотворить магию. Держа чуть позже обожженную ладонь под холодной водой, Влад хлопнул себя по лбу, кинулся обратно к книге, чтобы подтвердить догадку – на следующей странице было противоожоговое заклинание.

– Тебе еще учиться и учиться, – сказал себе Влад. – Похоже, автор этой книги все предусмотрел… хм, мог бы написать об этом заклятии перед огненным, а не после… Маги и вправду суровый народ.

Решив, что на сегодня с него хватит, Влад сел в кресло, глядя на огонь в камине и собираясь вздремнуть. Однако пляшущие языки пламени не дали ему этого сделать и невольно вернули воспоминания. Сперва о произошедшем вчера, а затем о дне, когда пропал Степа.

7

Призраки прошлого

Раздался удар колокола.

– Звонарь Марк!

Служба заканчивается!

Без него!

– Отец Константин! – Он тянет руки к своему дому. – Батюшка! Матушка!

Еще один удар церковного колокола, только теперь глухой, издалека.

Влад проснулся. И еще долго сидел с закрытыми глазами, а из глаз по щекам катились слезы. Он понимал, что извиняться сейчас бессмысленно, и все равно шептал, спрятав в ладонях мокрое лицо:

– Простите. Простите меня…

Влад чувствовал, как ненавистные слезы катятся из глаз. Оранжевые лучи солнца медленно теряли яркость, отражаясь от окна, закрытого занавесками. За прошедшими приключениями и сном незаметно пролетел день. Поленья в камине давно прогорели. Влад вытер лицо от слез и посмотрел на соленые капли на ладонях, словно надеясь увидеть в них большее. Возможно, ответы или прощение.

Над камином в рамке появилась картина. На ней появилось изображение села. Бывший дом Влада выглядывал из-за больших деревьев и был освещен ярким солнечным светом. Бревенчатый храм притягивал взгляд своей красотой, отчего сердце Влада сжалось.

– Я никогда не забуду! – прошептал он, глубоко вздохнув.

Теперь мир вокруг виделся ему по-другому. Его новый дом сверкал заходящим солнцем за окнами, принимая как своего хозяина. Однако Владу хотелось еще большего. Короткий сон дал ему силы. Но сперва нужно было переодеться. Влад наконец снял свою порванную и грязную футболку, закинув ее в ванную. На замену в шкафу он нашел почти такую же, белую, но чистую и с черным воротом и манжетами.

Спустившись в прихожую, он вмиг почистил щеткой брюки и обувь. Раньше он тратил не меньше получаса на то, чтобы избавиться от грязи. Выходя на улицу, Влад вспомнил о предупреждении Питера оставаться в доме после захода солнца, но что могло случиться с ним у порога своего дома?

Солнце, скрываясь за западной башней в непроглядной черной мгле, испускало последние лучи. Воздух наполнился вечерней свежестью, окна соседних домов засияли огоньками. В доме Питера горел тусклый свет, словно от одинокой свечи.

Влад взглянул на небо и восхитился игрой кроваво-оранжевых отблесков заката и редких чудесных облаков, освещенных бирюзовым светом. Он стоял, наслаждаясь прохладным ветром, гладившим его лицо, и вдыхал запах вечернего воздуха.

Луна взошла на небосвод и осветила волшебным светом все вокруг. Звезды появились на небе еще до полного захода солнца, украшая вечернее небо. Восход луны изменил Малефистериум, заставив его светиться изнутри серебряными лучами, которые направлялись обратно в небеса.

Однако блаженство и очарование было прервано. В доме напротив раздался громкий хлопок, и Влад повернулся на звук. Внутри что-то сжалось, словно пустота овладела сердцем. По дорожке к нему медленно шел знакомый силуэт, вызывая у Влада внутреннюю дрожь. Присмотревшись внимательно, Влад почувствовал, как кровь застыла в жилах.

– Нет! – шепотом воскликнул он, отчетливо чувствуя, как сердце заколотилось в груди. – Этого не может