Хроники округа Кайсли - Вика Лукьянова

и пыталась отчитывать Сириуса за дружбу с леди Ланой. Но в итоге он выяснил только то, что, по мнению Хвойных, там живет некое древнее зло, от которого вполне работают обереги. В принципе, есть вещи и похуже, чем это поместье, и поэтому ведьмам нет до него особого дела.

Еще через пару месяцев он осторожно расспросил Лиса, и тот рассказал ему про демонов Наследниц. Но дельным его рассказ тоже не был. Лис поведал, что к Наследнице лучше не лезть и что она уже поставила на Сириуса какое-то легкое заклятие. Но оно скорее следящее и не опасное, поэтому сильно волноваться тоже не стоит.

— Перестань ходить к ней в дом, попей месяцок лимонадов, что варят твои кузины, и оно само уйдет.

Так в размеренной деревенской суете пролетел год. И в канун зимних праздников Сириус собрал воедино по кусочкам все свои знания, подозрения и обзавелся планом. Вооружившись благовониями, подношениями и одной из двух бабочек-заколок, которые когда-то давно подарила ему зеленоглазая леди Лана, он отправился на холм к старому дубу.

* * *

Сириус любил этот холм и приходил к дубу довольно часто. На праздники иногда приносил пирожки и благовония. Но, как и практически все в своей жизни, он делал это по наитию. Не вкладывая особого смысла и не пытаясь даже самому себе объяснять собственные действия. Просто так, просто приносил. Но теперь сам холм, запахи на нем и свечи, зажженные к зимним праздникам, казались ему какими-то другими. Такая знакомая круглая площадка, на которой было прочитано столько книг и написано столько писем, воспринималась как место, на которое он пришел впервые. Ведь он в первый раз явился сюда звать и просить.

Лис рассказывал ему про Лайаарнаки, и все лисьи истории были зловещими и выставляли старика злым и мстительным. Но Сириус Лиса знал давно. Если честно, в его историях мерзкими, злыми и ужасными были практически все. Поэтому где-то в глубине души Сириус надеялся, что Лис, как всегда, преувеличивал или ошибался.

Сириус зажег благовония и поставил тарелку с пирожками. Он вынул из сумки через плечо две серебряные рюмки и налил в них мандариновый ликер.

— Уважаемый дедушка Лайаарнаки, если вы сейчас здесь, появитесь, пожалуйста. У меня для вас есть угощение и просьба.

И молча и смиренно уселся на холодный парапет в мучительном ожидании.

Ничего не происходило довольно долго. Пальцы на руках и ногах начало сводить от холода, и Сириус даже подумал, что, может, дуб зимой спит и лучше прийти с первым весенним потеплением. Как вдруг откуда-то взявшийся старик по-хозяйски уселся рядом с ним.

Он был смуглым, с раскосыми глазами, кожа в рельефных морщинах, словно вторящих коре дуба. Но больше всего Сириуса удивило то, что он одет по последнему слову столичной моды. В элегантные брюки из очень дорогой ткани и строгий пиджак, который идеально сидел на его сухой фигуре. Сириус даже потерял дар речи от неожиданности и просто вылупился на старика. Тот приветственно приподнял цилиндр.

— И о чем же меня пришел попросить друг Лиса?

— О, вы знаете?! То есть я, конечно, понимаю, что вы все знаете. Здравствуйте, разрешите представиться как полагается: я Сириус Хартли. Я не родился в ваших землях, но это земля моих предков. Ну, половины моих предков.

— Ха-ха-ха-ха, — расхохотался старик, но смех его был скорее настораживающим.

Сириус отчаянно пытался успокоиться и сосредоточиться, чтобы не наговорить лишнего.

— Редко в эти времена встретишь человека, умеющего почтительно общаться с духами. Кто же вас, молодой человек, подобному научил? Неужто Рогатый? Или, может, ваши Хвойные ведьмочки постарались?

— Ох, нет, уважаемый Лайаарнаки.

Сириус вдруг осекся и вздрогнул от того, как он сглупил. Имя имело огромное значение в мире духов, и он свое старику назвал, но тот же не представлялся ему лично, и пусть он и знал его имя от Лиса, но не был уверен, что ему позволено так обращаться напрямую.

— Я, Лайаарнаки, не против, чтобы ты, Сириус Хартли, обращался ко мне по имени, — спокойно кивнул старик, словно прочитав страх Сириуса.

— Спасибо вам, Лайаарнаки, за столь щедрое дозволение. Но, отвечая на ваш предыдущий вопрос: нет, ни Лис, ни ведьмы не учили меня общению с древними духами. Все мои знания взяты из человеческих книг, и если вдруг вам моя манера общения покажется недостаточно почтительной, то это только от недостатка опыта, смею вас заверить. Никаких дурных намерений у меня нет.

Сириус понял, что все сказал неправильно, и чуть не залепил себе рукой по лицу. Если бы перед ним сидел дух попроще или кто-то из рогатых демонов, конечно, он бы именно так и сделал. Отсутствие намерений не оправдывает совершенное действие, и Сириус знал, что это серьезное правило, и ведь он практически ультимативно сослался на его нарушение. То, что он чего-то не знает, совершенно его не оправдывает, дух не вызывал его: он пришел сам, да еще и с просьбой. «Ужас! Стыдоба-то какая, надеюсь, он не разозлится и не превратит меня в белку», — пронеслось у Сириуса в голове.

— Что за ликер ты мне преподносишь, Сириус Хартли?

— О! Ах, это… Это ликер из южных провинций, из солнечных земель, населенных мандариновыми деревьями.

Старик выпил рюмку залпом и вполне удовлетворился вкусом, вопросительно уставившись на Сириуса. Подняв рюмку и решив не упасть в грязь лицом, тот тоже попытался выпить ее залпом и закашлялся от крепости. Сириус редко пил алкоголь, это была прерогатива Марса: вечеринки, пьянки и шумные компании. Юноша зажмурился, сдерживая подступившие слезы.

— Ха-ха-ха-ха, — снова рассмеялся старик (в этот раз атмосфера была совсем другая: смех показался Сириусу искренним и даже добрым). — Занятный ты юноша, Сириус Хартли. И, если я правильно понимаю, помимо сего отменного ликера, у тебя есть для меня еще какая-то занятная просьба?

— Да, просьба есть. Но именно просьба, может, даже мольба. Не договор и не обмен, потому что у меня нет ничего, что я готов бы был предложить взамен. Ничего, кроме своей искренней благодарности.

— Ну, раз ты ничего не обещаешь взамен, то и я не буду обещать, что отвечу на просьбу, когда ты ее озвучишь. Но знаешь, простояв здесь множество веков, я слышал достаточно разных просьб. Думаю, в зимний праздник, запивая холод мандариновым теплом, я вполне могу выслушать еще одну.

Сириус налил в пустые рюмки еще ликера, свою наполнил только наполовину, но, увидев поднявшиеся брови старика, шустро долил до самых краев.

— Уважаемый Лайаарнаки, я очень прошу вас открыть для меня проход на ту сторону.