Пленница генерала-дракона - Виктория Виноградова

Третий мракокрыл кружит над спиной. Пикирует сверху. Вонзается, точно острый клинок. Из моей пасти вырывается рык. Дракон становится лишь злее. Полощет огнем в разные стороны. Поджаривает этих тварей.

Те пищат. Отлетают. Атакуют снова.

В воздухе пахнет гарью и паленой кожей.

Вскрик. Женский.

Наша.

Оборачиваюсь. Четвертый мракокрыл лезет к Весе. Та закрывает голову руками. Жмется к стене.

Одна из тварей продолжает висеть у меня на хребте. Вместе с ней делаю прыжок к Весе. В глазах темнеет от боли. Плевать. У нас с драконом пульсирует одна мысль: спасти ее.

Врезаюсь в мракокрыла, откидывая от Веси. Придавливаю его к плите всем весом. Тварь, что сверху, рвет плечо. Продолжаю топтать того, что посмел атаковать нашу девушку. И лишь когда он перестает трепыхаться, скидываю с себя последнего мракокрыла. Рву на части. Зубами. Крылья ему перегрызаю. Брюхо светящееся. Так же, как он только что рвал мое плечо. Тварь пищит. Вырывается. Сейчас я каждого готов загрызть. Даже если сдохну. Каждого, кто посмел на нее напасть.

Выдыхаю, поняв, что все противники мертвы.

Тело горит. Из щелей между чешуйками сочится кровь. Но все это не важно. Главное, что сейчас имеет значение — она.

Веся смотрит на меня. Глаза огромные. Боится?

Конечно боится. Перед ней дракон.

Мне хочется вырваться наружу. Перевоплотиться обратно. Успокоить. Сказать, что он не причинит ей вреда. Но не могу. Дракон отказывается слушаться. Ему плевать на мои уговоры. Он дорвался до той, о ком грезил все последние дни. И я грезил вместе с ним. Вот только я понимаю, что нельзя поддаваться эмоциям, а дракону не объяснить.

Бедная девушка. Смотрит на меня, не в силах закричать. Представляю, каким чудовищем я выгляжу в ее глазах: клыки, чешуя, крылья.

Дракон тянется к ней. Не осознает, что девушка его боится.

Опускается ниже, выгибая шею, чтобы рассмотреть поближе. Раздувает ноздри, жадно впитывая ее аромат.

Веся делает шаг в сторону, отодвигаясь.

«Давай же, беги. Я удержу его. Не бойся. Он не тронет».

Но она почему-то не бежит. Продолжает смотреть.

Дракон тянется еще ближе. Ему хочется прикоснуться. Ощутить ее тепло.

Жду, что она вскрикнет от ужаса.

Но Веся протягивает руку вперед. К дракону.

Дракон утыкается в ее ладонь. Урчит. Точно ласковый котенок трется о ее пальцы. Просит еще погладить. Нос. И подбородок.

Что он делает? Я еще никогда не видел его таким довольным.

Мне и стыдно, и одновременно приятно. Я чувствую все, что чувствует дракон. Как ему хочется ластиться к Весе. И в тоже время я-то понимаю, чем может закончиться эта вспышка слабости. Нам нельзя связываться с Весей. Нельзя.

А та еще больше наглаживает. И за ухом почесывает. Ласковости приговаривает.

— Ты маленький какой. Хорошенький, — шепчет она.

Дракон возмущенно фыркает. И я вместе с ним.

«Маленький?»

Дракон ростом с двухэтажный дом.

— Какой ты красивый, — она улыбается и продолжает наглаживать. — Не бойся. Иди сюда.

Дракон вновь снисходительно фыркает, обдавая ее ладонь облачком теплого пара. Понимаю его. Это мне следовало ее успокаивать и просить не бояться.

Дракон урчит. Пытаюсь его угомонить и объяснить, что пора перевоплощаться, но бесполезно. Это как отобрать сладкую косточку у голодного пса. Он прислоняется мордой к ее боку. Крылья сами собой распахиваются. Болят, но дракон даже не обращает на это внимание. Он укрывает крыльями Весю, отрезая нас от остального мира.

Я остаюсь с ней один на один. Запертый внутри дракона. Я вижу ее глазами дракона. Чувствую носом дракона. Ощущаю кожей дракона.

До чего она хрупкая. Красивая. Зацеловал бы всю. Когда она так близко, я ни о чем больше не могу думать. Только о ее губах. И том какая она миниатюрная, изящная. С дерзким огоньком внутри. Будто в ней самой живет маленькая драконица. И при этом о ней хочется заботиться. Оберегать. Укрывать от всего мира. Поджарить любого, кто посмеет хотя бы подумать о том, чтобы обидеть наше сокровище. Окружить ее самым лучшим. Лишь бы видеть, что она счастлива.

Усилием воли заставляю себя прекратить умиляться. Похоже, дракон плохо на меня влияет.

Вдали раздаются выстрелы. В других кварталах патрули отбиваются от ночных тварей. Но здесь под моими крыльями тихо.

Веся поднимает на меня взгляд и улыбается. А затем прижимается к морде щекой и обнимает, не отпуская.

— Спасибо, — шепчет она.

— Фррр, — мурчит дракон.

«Пожалуйста», — произношу я.

Дракон наклоняет морду перед Весей. Требуется несколько секунд, прежде чем я понимаю, что он задумал.

Он действительно предлагает ей прокатиться?

Возмущение окатывает все мое сознание. Он совсем рассудок потерял? Да она же после такого уважать нас перестанет. Решит, что нами можно крутить, как ей вздумается! Нельзя же настолько откровенно демонстрировать чувства!

Рвусь наружу, чтобы остановить это безобразие, но дракону чхать на здравый смысл. Ему хочется покатать светозарку на себе. Похвастаться способностями. И своим городом. Чтобы у нее дух захватывало от полета. Чтобы она с еще большим восторгом смотрела на него.

Эгоистичная влюбленная рептилия!

Зла на него не хватает.

Голова дракона склонена вниз. Веся понимает, что предлагает ей дракон. Хватается рукой за рог, как за поручень. Подтягивается, карабкаясь по морде. Дракон помогает ей забраться на шею.

Я ощущаю, как она устраивается наверху. До того легкая, что чувствую не столько ее вес, сколько тепло. Дракону нравится, как она обхватывает его шипы на голове. Как ноги прижимаются к его горячей шее. Он выпрямляется, расправляя крылья. Подходит к ограждению. Туда, где начинается Кромка поля. И небо. Ночное, летнее. Пахнущее свободой. Там, где он останется с Весей наедине.

Отталкивается лапами от земли и взмывает вверх, унося с собой наше сокровище.

Глава 20

Веселина

Я думала, что дракон будет на ощупь холодным. А у него под чешуей будто печка. До того теплый, что не выдерживаю: за шею его обнимаю, прижимаюсь. Слышу — урчит. Точно трактор: «Урр-урр-урр». И как давай ко мне ластиться. В ладонь тычется, мордой трется. Хороший такой. Точно котик.

Еще и прокатиться предлагает. Морду опускает, ждет, когда залезу и поудобнее у него на спине устроюсь.

— Я готова, — держусь за наросты на его спине. Те большие, на ощупь шершавые, точно глыбы каменные. Но гладить их очень приятно.

Дракон расправляет крылья, и мы взмываем в небо.

Хочется визжать от восторга и смеяться, будто в детство вернулась. Летим все выше и