Второстепенный мастер. Том 1 - Эл Моргот

Ларт продолжал задавать вопросы, а простодушный Вун Мэр выложил все, что знал, не заботясь о том, что пока не имеет подтверждения, что странствующие заклинатели сказали ему правду.

Лиэ Ю в очередной раз проведал лекаря Пеони. Тот не приходил в сознание с тех пор, как его ранили, и выглядел не по дням, а по часам все хуже. Лиэ Ю сходил с ума из-за того, что абсолютно никак не мог помочь. Пилюли наставника Мона кое-как поддерживали жизнь в израненном теле, но не могли исцелить его. Даже сам лекарь Пеони вряд ли смог бы сделать что-то большее — его раны были смертельны. Лиэ Ю боялся, что если Пеони умрет, то все разрушится. Смерть ученика сильно подкосила моральный дух учеников секты. Если еще один человек скончается — сможет ли секта продолжать существовать как раньше? Имеет ли смысл вообще думать об этом, если Двуликий город до сих пор никуда не исчез? Возможно, это вина Лиэ Ю, что они напали? Может, он спровоцировал градоправителя тем разговором? Может, Доу Фарон вздумал извести секту Полуночного сияния? Может, если Лиэ Ю склонит перед ним колени и извинится, Доу Фарон отстанет?

Но Лиэ Ю не мог представить, как делает это. Ненависть к этому человеку была столь сильна, что ни о какой покорности не могло идти речи. Он скорее позволит пронзить себя мечом, чем склонит голову.

Но… если это спасет секту…

А спасет ли?

Зачем вообще Доу Фарон это делает? Почему Двуликий город появился здесь?

С этими вопросами Лиэ Ю раз за разом ходил по кругу, изматывая себя. Сколько бы он ни размышлял об этом, количество вопросов только увеличивалось, и неоткуда было получить ответы. На него смотрели наставники, которые ждали указаний, к нему обращали свои надежды ученики, которые ждали отмщения. А Лиэ Ю с сектой Полуночного сияния против Доу Фарона с Двуликим городом чувствовал себя мелкой шавкой, пытающейся лаять на дракона, — совершенно несопоставимые силы.

Первое знакомое лицо, замеченное Лартом, Фуи и Ци Ян в секте Полуночного сияния, принадлежало не главе Лиэ Ю, а его личному ученику Рюну. Парень спешил по дороге, когда его окликнул наставник Вун с просьбой найти главу секты.

Рюн обернулся и узрел стоящих рядом с Вун Мэром заклинателей.

— А-а! — не сдержался ученик. — Что эти бродяжные заклинатели здесь делают?!

— Эм… Вы знакомы? — не понял Вун Мэр.

— К сожалению, нам уже довелось встречаться!

Ларт в это время с интересом осматривался по сторонам, не обращая никакого внимания на крики ученика.

— Наставник Вун! Зачем же вы позволили им проникнуть сюда?! У нас и без этих бродяжных заклинателей проблем хватает!

Вун Мэр несколько опешил.

— Ладно-ладно, чего развопился? — помахал рукой Ларт. — Позови Лиэ Ю. Мы пока подождем его в этом павильоне. — Он указал пальцем на закопченное здание по центру длинной площади.

Сказав это, он, не дожидаясь согласия, направился к зданию. Фуи и Ци Ян переглянулись и, кивнув мастеру Вуну и ученику, последовали за Лартом.

Пусть ученики старательно пытались отмыть Цветочный павильон, копоть со стен все еще никуда не делась, а кое-где уныло торчали скукоженные огрызки ткани. Странствующие заклинатели прошлись по павильону, рассматривая то, что раньше служило великолепию.

— Пахнет гарью, — нахмурила носик идущая следом за Лартом Ци Ян.

— Похоже, кто-то устроил здесь жаркую вечеринку.

— Это не повод для сарказма, — раздался холодный голос.

Ларт обернулся и узрел застывшего на пороге Лиэ Ю. Он с интересом впился в него глазами, словно видел впервые.

— Детка! Ну что за чудесная встреча! — затем воскликнул он и поспешил к главе секты. — У меня тут появились кое-какие сомнения, и только ты в состоянии разрешить их! Пырни меня ножичком, пожалуйста.

Стоящие за спиной Лиэ Ю мастер Вун и ученик Рюн округлили глаза так сильно, что глазные яблоки стали близки к выкату из орбит.

— Ваши шутки совершенно неуместны! — возмущенно отозвался Лиэ Ю, хоть в душе почувствовал, что почему-то рад видеть этого странного господина, пусть он и не выглядит человеком, способным помочь в трудную минуту.

— Это вовсе не шутка. Ну давай, просто ноготочком поцарапай.

— Этот человек умудрился окончательно свихнуться, пока вы добирались сюда? — переведя взгляд на Фуи, спросил Лиэ Ю.

Тот пожал плечами: по его мнению, мастер Ларт вел себя обычно.

— Простите, глава Лиэ Ю, — смущенно произнес Вун Мэр за его спиной. — Это я привел их сюда. Они помогли мне справиться с йями. Я не думал, что…

— Вы опять ходили в Двуликий город?! — Лиэ Ю резко обернулся к наставнику Вун Мэру. — Я же говорил вам, чтобы вы этого не делали!

— Кхм… Я не знаю, что еще могу сделать. Не могу сидеть сложа руки! Я заберу столько жизней обитателей этого Чертова города, сколько сумею! Лекарь Пеони не будет неотомщенным.

Лиэ Ю побледнел, у него затряслись руки.

— Он еще не умер!! — закричал он.

Этот крик вылетел из павильона и пронесся по площади, все погрузились в молчание.

Среди звенящей тишины Ларт произнес:

— Я правильно расслышал: кто-то прямо сейчас умирает?

У кровати лекаря Пеони сидела Луй Фи. Раз в несколько часов она меняла пропитывающиеся кровью повязки, смоченные в травяном целебном настое, но скорее ждала его последнего вдоха, не желая оставлять одного. Дыхание Пеони было таким слабым, что приходилось время от времени подносить зеркальце к его лицу, чтобы понять, что он еще жив.

Когда-то давно этот человек помог Луй Фи исцелить ее руки и ноги, а теперь она сидела в ожидании его последнего вдоха. Если бы у нее был хоть шанс чем-то помочь ему — она бы непременно им воспользовалась. Но правда жизни такова, что достойные уходят первыми.

Дверь в комнату отворилась, Луй Фи подняла голову, ожидая увидеть Мон Луна или главу секты. Первым и в самом деле зашел Лиэ Ю, а вот за ним шел неизвестный заклинатель с волосами странного цвета.

Лиэ Ю проводил Ларта в комнату лекаря Пеони. Он не знал, зачем это делает и на что надеется, очевидно, только чудо могло помочь Пеони выжить. Он думал, что Ларт, как всегда, проявляет свое бесстыдное любопытство, но что-то в его тоне заставило Лиэ Ю, предавшись наивной надежде, отвести его сюда.

В небольшой комнате стоял терпкий запах трав. Молодой человек безмолвно и недвижимо лежал на узкой кровати. Его грудь покрывала пропитавшаяся кровью ткань, а лицо было столь бледно, будто он уже отошел на тот свет. Рядом с кроватью сидела миловидная женщина. Ее