Смертник из рода Валевских 1-10 - Василий Михайлович Маханенко

своим жилищем. Все стены, кроме той, где имелась дверь, были усыпаны крюками и на этих крюках висели люди. Уже мёртвые. Кровь из ран скатывалась по специальным желобкам в центр комнаты, где находился жёлоб, доставляющий дарующую жизнь жидкость куда-то в другое место. Судя по лицам и телосложению — это были те самые бедняки и калеки, что явились на встречу с епископом Цватом. Избранные, которых забрали для полного излечения.

В первой комнате я насчитал восьмерых, после чего начал открывать дверь за дверью. Ещё шестеро. Семеро. Пятеро. Вновь восемь. Комнаты походили друг на друга, отличаясь только количеством убитых людей. Открыв последнюю боковую дверцу, я закончил счёт на ста семидесяти трёх. Такого количества убитых мне видеть ещё не доводилось. Причём убитых страшно и мучительно. Они же висели на крюках ещё будучи живыми! Кто-то обязательно должен за это заплатить, и я даже знал, кто.

У меня оставалась только одна дверь. Та, в которую упирался коридор.

Я вошёл внутрь без всяких эмоций. Закончились они, пока я проверял дверь за дверью. Эта комната оказалась значительно больше остальных, да и обставлена она оказалась на порядок лучше. Различные шкафы, столы, колбы, механизмы и алхимическая аппаратура делали помещение очень похожим на то, где Кималь Саренто впервые пробовал добавить мне в магическое поле камни. Отличия, конечно, имелись, но для того, чтобы составить первое впечатление этого было более чем достаточно — в этой комнате творится таинство преобразований. Но не антураж привлёк моё внимание, а то, что находилось в самом центре помещения. То, отчего у меня до белых костяшек сжались кулаки, а лицо исказила ненависть.

В центре комнаты находился двухметровый куб, состоящий из одних рёбер и удерживаемого на тонких нитях центрального сердца размерами с мою голову. Здесь, в тайной резиденции тёмных, на третьем этаже находился Хозяин разлома. И он выполнял свою основную функцию — рядом с кубом формировался брокси. Тёмным не нужно было тащить сюда огромную армию тварей — достаточно одного Хозяина. Брокси довольно быстро обрёл плотность и, ведомый волей своего господина, помчался к дальней стене, где находилось отверстие. Тварь бросилась туда без раздумий и исчезла, а рядом с Хозяином появилась новая проекция. Каким-то образом кубический монстр узнал, что количество броксей уменьшилось и спешил восстановить популяцию.

Невидимые липкие лапы, что пытались проникнуть в мозг, шли именно от Хозяина. На негнущихся ногах я подошёл к кубу ближе. Кем нужно быть, чтобы притащить на поверхность такого монстра? Даже не тёмным — бездушным. Иного слова я придумать не мог. Те, кто организовал здесь всё, не заслуживают жизни. Даже если они находятся на самой верхушке Крепости.

Лезвие с лёгкостью пронзило тварь и здание ощутимо тряхнуло. Давление на мозг исчезло, а вместе с ним и что-то ещё. Видимо, Хозяин не только восстанавливал популяцию брокси и занимался охраной дворца, но выполнял и какие-то другие функции. Я осмотрелся — алхимические материалы вызывали интерес, но у меня не получалось найти в себе силы, чтобы к ним прикоснуться. Они казались мне грязными. Не в физическом — психологическом плане.

Из коридора послышались крики и быстрые шаги. Моё моральное состояние было настолько плохим, что я даже не подумал о том, что нужно прятаться. Вытянув в сторону двери руку, я дождался, когда она откроется и тут же активировал «Тёмный шип». Ко мне ломилась какая-то толпа, значит, это точно не был виконт Курпатский. Всех остальных мне не жалко.

Рвануло знатно — дверь сорвало с петель и отнесло вглубь коридора. Кажется, я всё же недооценивал свою атакующую способность. Раздался истошный крик боли, на пол рухнуло несколько тел и, прежде чем кто-то начал шевелиться, я был уже рядом. Таркатане. Зубастые твари, выступающие в качестве идеальных курьеров и, как я теперь понял, охранников зданий. Две твари лежало без движения, одна ещё шевелилась, но я одним движением оборвал её потуги подняться. В коридоре продолжали истошно орать, но соваться туда я не стал — всё пространство заволокло тьмой моего выстрела. Пиктограмма шипа вновь замигала, и я вытянул руку, примерно прикидывая по звуку, где мог находиться орущий. Тёмная сосулька полетела вперёд и крик резко оборвался. Послышался неприятный треск, шум падающих глыб и по моей защите ударила каменная крошка. Когда тьма развеялась, я безучастно посмотрел за исчезнувший коридор — стены и потолок обвалились, полностью завалив проход. С той стороны завала послышались приглушённые крики — новая порция охранников добралась до места, но я не видел возможности до них добраться. Разве только…

Очередной шип врезался в стену, порождая очередную волну треска, грохота и наполненных болью криков. Кого-то всё же придавило. Дожидаться результата своих действий я не стал — место, где я находился, идеально подходило для обороны, но никак не для того, чтобы не упустить тёмного мастера Мерама.

Развернувшись, я подбежал к дыре, в которой скрылся брокси. Ширина позволяла пролезть там без проблем, но меня смущала крутизна спуска. Ещё раз посмотрев в сторону заваленного коридора, я ногами вперёд нырнул в дыру, сжавшись, как пружина. Дух тут же захватило — полёт по тёмному туннелю был быстрыми и весёлым. В паху пощекотало знатно.

Я вылетел из трубы как болт из арбалета. Прокатившись по земле, я тут же вскочил на ноги и приготовился атаковать незримых противников, но никого рядом не было. Разве что парочка брокси, что трусила неподалёку. Здесь, возле «выпускной» трубы, заградительная каменная преграда от всеядных тварей практически подбиралась к самому дому. Процесс создания и транспортировки брокси был автоматизирован идеально — никому не приходилось даже касаться противных лысых тварей.

Во дворце было шумно — слышались крики, но на улице всё оставалось относительно спокойным. Стараясь держаться за кустами, я медленно пошёл к тому месту, где оставил Курпатского. Дальше только вдвоём.

— Твоих рук дело? — послышался голос виконта, и я едва не подпрыгнул от испуга. Обернувшись, я увидел своего временного партнёра и, недолго думая, активировал «Лечебную ауру». Каким образом виконт оставался на ногах — тайна за семью печатями. Одежда была порвана в лохмотья, тело посечено, лицо представляло собой один большой синяк, левая рука висела плетью, но, при всём при этом, виконт оставался на ногах, держал в правой руке почерневшее от крови тёмных