Выбор Евы - Наталья Способина

понятно почему. Волшебная метель едва не забрала ее маму и брата. И новость о том, что ее наслал человек, которого Ева безмерно уважала, которым столько лет грезила, вдруг пошатнула весь четко выстроенный мир, где волшебство должно было служить добру.

– Знаешь, если выбирать между возможностью его видеть и уверенностью в том, что он жив, я выберу второе, – негромко сказала Лика. – Даже если мы больше никогда не увидимся.

Ева не знала, что на это ответить. Это было очень взрослое решение. Такое, на которое она пока, кажется, вообще не была способна. Потому что сейчас она волновалась об отсутствии Женьки, но, признаться, больше переживала за то, как они встретятся, что скажут друг другу. Как же сложно-то! Вот зачем он?

Ева со стоном зарылась лицом в подушку, поэтому не сразу услышала вопрос Лики, а когда до нее дошло, о чем речь, захотелось провалиться сквозь землю, как несколько часов назад в подъезде ее дома.

– А вы с Женькой целовались? – оказывается, спросила Лика.

И как на это можно было ответить, если это было не совсем так, как звучало? Потому что сама она почти ничего не поняла, а Жаров вообще сбежал.

– Е-ев? – протянула Лика, приподнимаясь на локте. – Ты там плачешь, что ли?

– Почти, – выдохнула Ева и села на кровати. – Да. Женька меня поцеловал. Только не говори никому, ладно?

– Хорошо, что ты предупредила, – серьезным тоном произнесла Лика. – А то я как раз собиралась утром перед завтраком объявление в столовой сделать.

Ева простонала и вновь рухнула на подушку.

– Да ладно? Все было так плохо? – спросила Лика, садясь на кровати.

– Не-ет! Да! Не знаю. Я ничего не поняла, а он убежал.

Ева ожидала чего угодно, но только не звонкого смеха с соседней кровати.

– Ну он хотя бы после убежал или прямо в середине процесса? – с трудом переводя дыхание, уточнила Лика.

– До! А это все было в моем кошмарном сне! – с притворной сердитостью пробормотала Ева.

– Да ладно уж. В кошмарном. Жаров офигенский. Полкласса по нему сохнет, а у нее тут сон кошмарный.

– В смысле полкласса? Я думала, только Кристина.

– У Кристины хватает наглости подходить. А так-то, когда Жарова в следующий раз отвечать вызовут, для разнообразия не на него пялься, а по сторонам посмотри.

Ева почувствовала, что краснеет еще сильнее.

– Прекрати! – попросила она.

– Уже, – подозрительно невинным тоном согласилась Лика и улеглась обратно. Ева тоже устроилась поудобнее.

– А как он целуется?

– Ли-ка!

– Ну мне правда интересно. Ну могу, конечно, у Кристины спросить.

– А она откуда знает? – Ева снова села.

– Да она к нему как-то подкатывала в коридоре. Кажется, именно с этой целью.

– А он?

– Не знаю, я ушла, – беспечно заметила Лика.

Видимо, Ева очень красноречиво засопела, потому что подруга рассмеялась и добавила:

– Да шучу я. Он от нее свалил в закат. Видимо, у него хобби такое – от девчонок бегать.

Глава 7. Неволшебная академия волшебства

На следующий день стало понятно, что Ликина фраза «академия теперь не такая уж волшебная» оказалась недалека от истины. На первом этаже главного корпуса рядом со списками присутствующих, расписанием уроков и прочей важной информацией появилось новое объявление:

«Вниманию учащихся старших курсов Академии: практикум по левитированию переносится на следующий семестр. Администрация».

А рядом еще одно:

«Фестиваль волшебных искусств переносится с декабря на май следующего года».

Поначалу ребята не придали этим объявлениям особого значения, поскольку левитировать им было еще рано, а к соревнованию по волшебным искусствам допускались учащиеся старше восемнадцати лет, потому что только к окончанию школы юный волшебник обладал приличным багажом навыков в той или иной области, которыми мог похвастаться.

Очередь к скатерти-самобранке двигалась на редкость медленно, и стоило Лике с Евой дойти до раздаточного столика, как стало понятно, в чем причина. Заказанная каша не появлялась довольно долго. Анна Валерьевна скрашивала ожидание шутками, и жаловаться, в общем-то, было особо не на что, но Ева с Ликой, получив наконец еду, устроились за столиком и встревоженно переглянулись.

– Ерунда какая-то творится, – вполголоса произнесла Лика, размешивая в тарелке овсянку, посыпанную кедровыми орешками и сушеной клюквой.

Ева посмотрела на свой завтрак. Пшенная каша с тыквой выглядела аппетитно и на вкус оказалась такой же, как обычно. Но никогда прежде еду не приходилось ждать так долго. То, что даже аутентичная скатерть-самобранка начала давать сбои, было явно плохим знаком.

Первым уроком шла химия. Через пару минут после начала занятия в класс вошел Руслан Викторович, а за ним влетел запыхавшийся Валера. Наскоро извинившись перед преподавателем, он поспешил на свое место позади Лики и Евы.

Руслан Викторович не любил, когда кто-то входил в класс после него, и частенько оставлял опоздавших за дверью, но Валере неожиданно ничего не сказал.

Ева с Ликой синхронно проследили за тем, как Валерка устраивается за партой, однако он жестом показал, что все расскажет потом. Пришлось довольствоваться этим обещанием.

Руслан Викторович дал проверочную работу, а сам уселся за преподавательский стол и принялся изучать какие-то бумаги. На проверочную вообще-то никто не рассчитывал, но спорить было себе дороже, поэтому пришлось срочно вспоминать пройденное на последних уроках. Неравная борьба с волшебной химией отлично отвлекала от тревожных мыслей. Однако, когда Руслан Викторович, вместо того чтобы волшебством призвать сложенные на краю стола листочки, попросил Кристину собрать их и передать ему, игнорировать проблему стало уже просто невозможно.

Стоило учителю, прихватив стопку работ, выйти из класса, как Ева с Ликой повернулись к Валере. Друг тут же склонился к парте и прошептал:

– Меня вызвала Мария Марковна. А там моя бабуля.

– Упс, – с сочувствием произнесла Лика.

– Что они хотели? – нахмурилась Ева.

– Мария Марковна просила меня подвигать разные предметы.

– А ты? – встревожилась Лика.

– А у меня не получилось. Она бабулю позвала для того, чтобы та проверила, не вру ли я.

– А у тебя реально не получилось или… – шепотом уточнила Ева, и Валера вместо ответа приподнял бровь.

– А бабушка твоя что? – округлила глаза Лика.

– Прикрыла меня. И вот начиная с этого места я вообще уже перестал что-либо понимать. Она ведь очень принципиальная, а я же всего лишь… я.

Валерка выглядел сбитым с толку.

– Ну она же твоя бабушка, – заметила Ева. – Она просто за тебя.

– Нет. Вы ее не знаете. Она всегда за правила!

– А может, это ты ее не знаешь? – улыбнулась Лика, и Валерка растерянно пожал плечами.

– Кстати, ты заметил, что все мероприятия, на которые нужен повышенный уровень волшебства, перенесли на весну? – спросила Ева, переводя тему.

– А потом, скорее всего, отменят, – почти не разжимая губ, произнес Валера и улыбнулся кому-то за их спинами.