Выбор Евы - Наталья Способина

Ева длинно выдохнула, глядя в окно на предвечернее небо. Она не представляла, как он собирается поговорить с Матвеем, который служит Вию, в то время как они будут пытаться умыкнуть Никиту из-под носа этого самого Вия. Что бы ни говорил Женька о том, что умом он все понимает, Ева видела: он не верит в предательство дяди. А значит, Матвею Семеновичу будет очень легко его обмануть. А это подставит их всех.

Словно прочитав ее мысли, Женька неожиданно коснулся ее руки, а когда она повернулась к нему, очень серьезно сказал:

– Валерка с Ликой не в курсе. Не говори им, пожалуйста. Я вас не подставлю. Обещаю.

– Но как, Жень? – Ева сжала его пальцы.

Он шел по улице без перчаток, и теперь его рука была очень холодной. Почти такой же холодной, как тогда в погребе Бабы-яги.

– Я что-нибудь придумаю. В конце концов, просто выйдете из подземного царства без меня.

– Нет! – покачала головой Ева. – Ты же знаешь, что без тебя никто не уйдет.

– Да я не собираюсь оставаться там насовсем. Я что-нибудь обязательно придумаю. Ты мне доверяешь?

– Доверяю, но…

По его взгляду Ева поняла, что добавить «но» было плохой идеей.

– Я тебе доверяю! – с нажимом произнесла она и сильнее сжала его руку. – Безоговорочно. Я просто за тебя волнуюсь.

Женька смотрел в ее глаза, и в его взгляде будто закручивалась буря. Метель. Ураган.

Ева хотела добавить, что она правда переживает, чтобы он не успел себе что-нибудь надумать, но он вдруг резко подался вперед и… поцеловал ее. По-настоящему. Прямо в губы. Ева с перепугу сжала его руку, отстраненно отмечая, что его пальцы успели согреться в ее ладони. Потом сообразила, что она вообще-то не умеет целоваться и ни о чем таком не думала даже. Ну то есть думала, но не так. Не по-настоящему.

Ее бросило в жар, затем в холод. Она зажмурилась изо всех сил, и тут все неожиданно закончилось.

Ева распахнула глаза и встретилась с совершенно обалдевшим взглядом Жарова. Кажется, он испугался не меньше нее. Это немного обнадеживало.

– Эм… – протянула она, не представляя, что можно сказать, потому что в голове вертелось только «Ты совсем дурак?».

Женька молчал и смотрел так, что ей хотелось провалиться сквозь пол, а еще лучше сразу через все этажи и спрятаться там где-нибудь, чтобы ближайшие сто лет ее никто не видел.

– Прости, – пробормотал наконец Жаров и, поспешно высвободив свои пальцы из ее руки, побежал вниз по лестнице.

Кажется, ему тоже хотелось провалиться, но он не стал ждать чуда, а решил совершить его сам.

Домой Ева зашла немножко оглушенной. Сняла пуховик, только с третьего раза сумела закинуть шарф на полку в шкафу и едва не ушла в комнату прямо в ботинках.

– Ева, иди есть! – крикнула из кухни мама.

– Иду, – отозвалась Ева, и собственный голос показался ей немного чужим.

Однако вместо кухни она отправилась в свою комнату и, закрыв дверь, прислонилась к ней спиной. Перед мысленным взором стояло Женькино лицо, испуганное и такое, как будто случилось что-то очень-очень важное. Ева закрыла лицо руками и почувствовала, что улыбается. Угораздило же ее связаться именно с Жаровым, который… который…

– Ева!

– Иду! – крикнула она и вдруг рассмеялась непонятно отчего.

Достав из кармана телефон, она открыла их с Женькой чат. Хотела написать что-нибудь, но так и не придумала, что именно. В памяти вдруг всплыла его фраза про то, что он собирается остаться в подземном царстве для разговора с Матвеем.

– Сейчас тебе. Размечтался, – сказала Ева чату, и тут мама снова позвала ее ужинать, и, судя по маминому голосу, лучше было поспешить.

За ужином папа рассказал, что ему предложили отгулять часть отпуска не летом, а сейчас, потому что на работе начались проблемы с производством артефактов. И все из-за того, что никак не удавалось выйти на привычный уровень волшебного потенциала. Он выходил то ниже, то выше. Причем во втором случае расходовался быстрее, что совсем уже не лезло ни в какие ворота. Пока лучшие умы ломали над этим голову, специалистам среднего звена предложили уйти в отпуска.

– Ну и зачем нам твой отпуск зимой, Яш? – в сердцах воскликнула мама.

После поездки на дачу она пребывала в скверном расположении духа, и Ева нутром чуяла, что дело в Женьке. Стоило ей подумать о Жарове, как щеки залило румянцем.

– Можно на дачу будет поехать. Я могу взять дни ближе к новогодним праздникам, – примирительно произнес папа.

– Может, ты все-таки перепрофилируешься? – Мама сбавила тон и последнее слово произнесла просительно.

– Ну Люда! – Папа отодвинул тарелку. – Ну мы же уже сто раз об этом говорили. Я не могу заниматься ничем другим. И нет, не потому что считаю свою работу призванием. Просто… просто… это же волшебство.

– Ты можешь оставить его в качестве хобби. Тебе же никто не запрещает возиться со всем этим барахлом в свободное время. Но ты ведь инженер.

– Да, инженер-конструктор со специализацией по реставрации волшебных артефактов. Диплом показать? – Папа тоже начал сердиться.

– Я его видела. Спасибо, – холодно ответила мама. – Вот только ты скоро останешься совсем без работы. У нас огромный выбор допобразования на базе основной специальности. Просто переучись на обычного инженера. Основные принципы те же.

– Люда, я – классный инженер-волшебник – после переучивания стану посредственным инженером-общественником. Мало того что придется все начинать сначала, так кому я еще буду нужен с такой квалификацией?

– Смею напомнить, что я переучилась. И преспокойно работаю общественником, а не волшебником. Ты просто не хочешь!

– Ты сделала это больше десяти лет назад! Тогда все было по-другому!

– Мам! Пап! Не ссорьтесь, пожалуйста. Наверняка все проблемы с волшебством временные и…

– Ну ты-то откуда можешь знать? – перебила мама. – И кстати, о волшебстве… Яша, представляешь, на Жене Жарове сработали защитные свойства нашего кольца!

– Он стал невидимым? – тут же оживился папа, начисто забыв о ссоре. – А как ты проверила?

– Яша, здесь не радоваться нужно. Ты понимаешь, что это влияние его отца? Тот ведь несколько лет провел в каком-то волшебном месте.

Ева затаила дыхание. Она ни слова не говорила маме, но, видимо, слухи среди волшебников расходились быстро.

– Нет, Люд. Это так не работает. Женя унаследовал персональный волшебный код своего отца. Но они – отдельные люди, и те изменения, которые происходят с одним, никак не влияют на другого. Ну это все равно что я наемся витаминов и буду ждать, что от этого поздоровеет Ева, потому что в