Экзорцист 1-5 - Павел Николаевич Корнев

Я откусил оказавшуюся невероятно острой сосиску, поспешно заел тушеной капустой и хлебнул водянистого вина. С голодухи сойдет, но завтра придется какое-нибудь более приличное заведение отыскать. Если тут столоваться, изжогу точно заработаю.

— Как у вас все просто получается, — попивая вино, глянул на меня поверх кружки Валентин. — А как на убийц тогда выйдем? У нас четыре дня осталось…

— Убийцами займутся Гуго и Берта. А ты слушай и запоминай, передашь им все слово в слово.

— Весь внимание, — съязвил усач.

— Ну-ну. — Я оглядел темную улицу и спешащих по делам горожан, изредка нырявших в гостеприимно распахнутые двери увеселительных заведений, вздохнул и начал инструктаж: — Убийц трое, двое приезжих, один местный. Жертв подбирает именно он.

— Подождите, подождите! — опешил сразу ухвативший мою мысль Дрозд. — Так вы действительно полагаете, что это простые ограбления? Бред! Убийц весь город ищет!

— И еще долго искать будет, потому как ищут их совсем не там.

— Но идти на такой риск…

— Они обчистили семь или восемь домов, а у стражи нет ни одной зацепки. А что до жертв… ну так люди убивают и за меньшее.

— Не знаю, не знаю, — засомневался Валентин. — Немногие пойдут на такие злодейства лишь ради золота. Это же на всю голову больным надо быть!

— Банда душевнобольных? — ухмыльнулся я. — Нет, это простудой все вместе болеют, а с ума поодиночке сходят.

— Ладно, оставим это пока. — Дрозд стряхнул налипшую на ус капусту и подался вперед. — Но ведь тогда получается, что сейчас убийц может в городе и не быть! И что будем делать?

— Они здесь. Два нападения следуют одно за другим, далее идет перерыв в пару декад.

— Тогда у нас нет даже четырех дней…

— Ты будешь меня слушать, нет? — Я начал понемногу терять терпение. — Или до ночи тут сидеть собираешься?

— Слушаю, слушаю…

— Насчет наводчика ничего не скажу, а вот приезжие — люди заметные. Один длинный — выше меня на голову, если не более; второй прихрамывает на правую ногу и любит душить женщин.

— Пытает так?

— Скорее с головой проблемы. Скажи Берте, пусть местных гулящих девок расспросит; о таких случаях в их среде слухи влет расходятся. И не обязательно сразу душителями интересоваться, просто людьми жестокими и склонными к насилию.

— По наводчику ничего?

Я припомнил распотрошенный сундук с одеждой и задумался.

— Он либо мот, либо жмот. Или сорит деньгами, или за грош удавится. Приезжие, те, скорее всего, покутить любят. Вина выпить да с девками покувыркаться, чтобы нервишки в порядок привести. Как-никак под петлей ходят.

— А мы чем займемся?

— А мы будем действовать всем на нервы. Заодно попробуем понять, почему в городе столько бесноватых.

— Понятно, — кивнул Валентин. — Насчет этого вам с экзорцистом переговорить надо.

— Как он, кстати?

— Мальчишка, — презрительно махнул рукой Дрозд. — Первое назначение. Зелен настолько, что, будь яблоком, и кусочка бы не откусили.

— И где это юное дарование сейчас?

— В имение маркиза Левича с утра умотал. У того со старшей дочерью несчастье приключилось.

— Одержима?

— Ну да. Вот наш юный экзорцист и решил этим случаем самолично заняться.

— Молодец.

— Молодец-то он молодец, — дернул себя за ус Валентин. — Но понять не могу, с какой стати к нам этого юнца приставили! Теперь возиться с ним…

Я только покачал головой и ничего на завуалированный вопрос отвечать не стал. Во-первых, сам терялся в догадках, а во-вторых, иной раз языком не трепать лучше. Всякий должен знать лишь то, что ему для работы знать нужно, и не более.

— Так я пойду? — приподнялся со стула Валентин.

— Расплатись и иди, — разрешил я.

— Хм… — поморщился усач, но за кошелем все же полез.

— Не обеднеешь, — усмехнулся я, и тут на веранду заскочил какой-то растрепанный парнишка.

— Господин Дрозд! — с ходу заголосил он. — Господин Дрозд!

Валентин от неожиданности едва не рассыпал монеты и зло шикнул на посыльного:

— Ну-ка, цыц! Что визжишь?

— Его сиятельство за вами послал. Велел срочно быть. Без промедлений.

Усач беззвучно выругался, на миг закрыл глаза и очень спокойно и даже ласково спросил:

— Случилось что?

— Ничего не знаю, ваша милость, — замотал головой щербатый мальчонка.

— Да брось, — добродушно улыбнулся Дрозд. — Ты и не знаешь? Да вовек не поверю!

— Всеми Святыми клянусь, просто за вами ехать велели.

— А ну отвечай! — Валентин ловко ухватил посыльного за ухо и, выкручивая, зашипел: — Ну-ка выкладывай все, быстро!

— Не надо! — взвизгнул приподнявшийся на цыпочки парнишка. — Это из-за Вероники!

— Старшей дочери? — сообразил я.

— Да! — шмыгнул носом пацан. — Экзорцист как утром с ней заперся, так и не выходит. И беспокоить запретил. А духовник тревогу поднял, мол, давно все закончиться должно было!

Дрозд вопросительно глянул на меня; я утвердительно кивнул. Целый день одной бесноватой заниматься? Ерунда какая-то. Не иначе что-то нехорошее приключилось. Ох, навязали юнца на мою голову!

— Возвращайся и передай — сейчас буду. И официала Изгоняющих с собой привезу. Так, ваша милость?

— В комнату пусть не суются только! — предупредил я, а когда парнишка убежал, в сердцах выругался: — Бесов праздник!

— И не говорите! — Валентин выложил несколько медяков и поднялся из-за стола. — Маркиз в дочурке души не чает, если с ней что-то случится, он с нами и разговаривать больше не станет.

— Погоди! — Я ухватил подручного за рукав и дернул обратно. — Ты куда?

— Велю карету заложить.

— Еще разыщи Берту, пусть монашкой оденется. — Ситуация представлялась безрадостной, и госпожа в рукаве точно не помешает. — И карету сам поведешь. Ясно?

— Как скажете.

Дрозд убежал; я допил вино и вышел на улицу. Ну почему никогда ничего не может пройти, как задумывалось, — без сучка, без задоринки? Почему вечно такая вот ерунда получается? То понос, то золотуха.

Матерно поминая втравившего нас в нехорошую историю экзорциста и попутно взывая к Святым, чтобы все обошлось, я дождался подогнавшего к харчевне карету Валентина, забрался внутрь и с ходу одернул вознамерившуюся пересесть ко мне Берту:

— Не надо!

— У нас разве не свидание? — изогнула бровь циркачка, остававшаяся привлекательной даже в строгом монашеском одеянии. — Ну признайся, что это твоя тайная фантазия…

С трудом сдержавшись, я досчитал до десяти и только после этого произнес:

— Мы едем работать, поэтому будь добра — веди себя прилично.

— И скучать всю дорогу?

— Мне надо подготовиться. Будешь отвлекать, высажу и отправлю в город пешком.

— А если в дороге на меня кто-нибудь нападет? Тебя это не беспокоит?

— С чего бы мне беспокоиться за какого-то совершенно незнакомого бедолагу? — Я отложил трость на сиденье, несколько раз дыхнул