Экзорцист 1-5 - Павел Николаевич Корнев

— Месяц назад? Месяц назад они убили ростовщика и братьев-часовщиков. Женщин среди жертв не было. А ему, видно, без этого никак.

— Больной ублюдок! — выругался Дрозд.

— Не без этого, — кивнул я. — Где они сейчас?

— Пьянствуют. Остановились у галантерейщика, но до ночи домой точно не вернутся. Можно наведаться.

— Так и сделаем.

Лесок кончился, дорога вышла в поля, и сразу стало ветрено. Хорошо, хоть дождь сегодня не зарядил. И так лужи едва ли не по колено. Еще б застряли, выталкивай карету тогда…

— Что с дочкой маркиза? — уточнил Валентин.

— Порядок. Не знаешь, у них другие дети есть?

— Мальчик и девочка, близнецы. Их к родне пока отослали.

— Ясно, — вздохнул я и попросил: — А вот теперь рассказывай все, что знаешь о Валиче. Похоже, нам его уже сегодня исполнять придется.

— Вдвоем?

— Да. Остальным об этом знать необязательно.

— Понял, — ухмыльнулся Дрозд.

— Не зазнавайся, — сразу срезал я его. — У всех нас свои секреты есть…

— Как скажешь, командир, — пожал плечами Валентин. — Что же до Валича… С войны он безвылазно живет в имении, порядки там армейские. Расписание караулов и план особняка имеются. Думаю, получится забраться в спальню графа через окно.

— Он не запирает ставни на ночь?

— После смерти сыновей граф терпеть не может находиться в закрытых помещениях. Внизу всю ночь караулит кто-нибудь из его людей, и, поскольку они меняются, в нашем распоряжении будет не больше двух часов.

— Уложимся, — подумав немного, решил я. — Что с лестницей?

— Возьмем на конюшне.

— На конюшне? Нет, Валентин, так дело не пойдет! Лестницу прихватим с собой. Привяжем на крышу кареты.

— Хорошо. Как действовать будем?

— Сначала разбираемся с убийцами, потом навестим Валича. Где сейчас Гуго и Берта?

— Ждут нас на въезде в город. Их придется с собой взять, чтоб на шухере постояли…

— Все правильно, — кивнул я. — Только надо заехать в гостиницу и забрать из номера мою сумку.

— А потом это нельзя сделать?

— Она мне понадобится. Да и переодеться не помешает. И да — внутрь пойду один. Еще не хватало наследить.

— Ладно, — не стал спорить с таким решением Валентин, — ты начальник, тебе видней.

— И не говори…

Жил так и оставшийся для меня безымянным галантерейщик на самой окраине Рживи, и его выглядывавшая из-за покосившегося забора двухэтажная хибара на обиталище преуспевающего торговца нисколько не походила. Крыша в прорехах, пыльные окна, отошедшие и рассохшиеся доски облицовки. Сад на задворках запущен, от соседних домов, столь же неухоженных, участок отгораживали густо разросшиеся вишневые деревья. Собаки нет. Слуг тоже.

На улице — никого. Лишь мимо ворот грузно прошествовала вырядившаяся в застиранные обноски Берта с плетеной корзиной на плече. Да еще старый пьянчуга прикорнул в сорняках на обочине. Это Гуго себе местечко у перекрестка присмотрел. Только бы за бродяжничество не забрали.

— Ну идем, командир? — поторопил меня Валентин.

— Слуг точно нет?

— Всех повыгонял. И живет один. Сведения точные, не сомневайся.

— Тогда идем.

Перемахнув через забор, мы настороженно оглядели заросший густой травой двор и обежали дом. Кусты, забор, выходящая на другую улицу калитка…

— Стой здесь. Заметишь что-нибудь подозрительное — сразу свисти, — приказал я и, поправив ремень болтавшейся за спиной сумки, заглянул в распахнутый сарай.

Пыль, плесень и запустение, только у входа сгрудилось несколько тюков и бочонков. Но шарить там слишком рискованно — внимательный человек сразу следы заметит.

Именно по этой причине я не стал пытаться отпереть входную дверь — а ну как где-нибудь неприметную ниточку протянули? — и, предварительно стянув с ног грязные сапоги, забрался в дом через оставленное на весь день открытым окно.

Внутри оказалось ничуть не лучше, чем снаружи. Такое впечатление — хозяин сюда лишь ночевать и приходит. Ночевать и пить: на усеянном хлебными крошками столе валялось сразу несколько пустых кувшинов.

И понятно, почему все нараспашку: запашок стоит еще тот. Будто что-то сдохло — аж комок к горлу подкатил. Но это больше из-за похмелья, наверное…

Я оставил сумку на подоконнике и прошелся по комнате, внимательно прислушиваясь к скрипу половиц. Запомнил наиболее опасные места, заглянул в шкаф и не сильно удивился, обнаружив там еще с десяток кувшинов, судя по весу — полных.

Не найдя больше ничего интересного, двинулся дальше и сразу наткнулся на спальню хозяина. Уже шагнул через порог и как вкопанный замер на месте: зеркало!

Мутное зеркало в пыльной, поцарапанной раме.

Дождавшись, пока успокоится нервно постукивавшее сердечко, я на карачках пробрался в комнату, без особой надежды заглянул под кровать, затем переворошил перину и, к немалому своему удивлению, выудил из-под нее увесистый кошель. Ну надо же…

Деньги сунул обратно и откинул крышку сундука. Наскоро перебрал сложенное в стопки чистое белье и старательно сложил его обратно в том же порядке. В шкафу тоже обнаружилась лишь пыльная одежда, и, здраво рассудив, что тайники здесь искать бесполезно, я поспешил дальше.

В соседней комнатушке, судя по всему, жили гости. Словно отражая разницу в характерах, одна кровать оказалась аккуратно заправлена, а на второй разве что верхом не скакали. Здесь же стоял запертый на висячий замок дорожный сундук, и побороть искушение заглянуть внутрь оказалось вовсе непросто.

Нет, не стоит на рожон лезть. Если убийцы заметят, что кто-то к ним наведывался, сразу в бега ударятся. Ни к чему это. Да и не столь они наивны, чтобы улики на самом видном месте оставлять.

Я внимательно осмотрел, все ли оставил на своих местах, и вышел в коридор. Потер зудевший из-за пыли нос и отправился дальше. Кухня, гостиная, кладовка — ничего. Ладно, идем на второй этаж.

Рассохшаяся лестница немилосердно скрипела, и даже пришлось спуститься вниз и подняться, ступая на этот раз у самой стены, чтобы понять, можно ли вообще бесшумно попасть наверх. Это днем звуки приглушены, а в ночной тиши каждый шорох слышен.

Получилось. Вот только, судя по пыльному полу, на второй этаж никто не заглядывал уже несколько месяцев. Выходит, и мне туда не надо. Да и наследить проще простого.

Но, с другой стороны, ступеньки-то вовсе не такие пыльные. С чего бы это, а? Зачем кому-то подниматься по лестнице, но не проходить при этом в комнаты? Непонятно.

Я еще раз огляделся, потом запрокинул голову и тихонько рассмеялся, увидев темный проем чердачного люка. Ага, вот и вмятины на полу, не иначе от лесенки остались.

Оценив высоту потолка, я привстал на цыпочки, ухватился за край люка и подпрыгнул. Подтянулся, перекинул правый локоть и, выполнив выход силой, оказался наверху. Пригибаясь, чтобы не набить шишек о стропила, прошел в глубь