Аватар. Я маг огня с Системой Истинного Пламени. Том 1 - 2pKov

на звенящее напряжение между подростками. — Я только что говорил с интендантом. Он пытался убедить меня, что этот ужасный порошок в мешках — настоящий корень женьшеня! Я сказал ему: «Друг мой, если заварить это, получится отличный клей для корабельной обшивки, но никак не чай для долгих морских переходов».

Зуко резко развернулся к дяде. Пламя на его руках погасло, оставив после себя лишь струйки сизого дыма, но напряжение в теле никуда не делось.

— Дядя! — рявкнул принц, вскидывая руки. — Мы теряем время! Прилив начнётся через час, а эти идиоты до сих пор не загрузили уголь в третий трюм! Мне плевать на твой чай! Мы должны выйти в море!

— Мы выйдем, Зуко, — мягко ответил Айро, останавливаясь в нескольких шагах от них. Его лицо оставалось приветливым, но взгляд, скользнувший по Каэну, был внимательным и цепким. — Но команда не сможет работать быстрее, если ты будешь испепелять их взглядом. Страх — плохой надсмотрщик. Он заставляет людей суетиться и ронять ящики.

— Они роняют ящики, потому что они ленивые трусы! — огрызнулся Зуко. Он снова посмотрел на Каэна, но первоначальный фокус ярости был сбит. Момент был упущен. — Ты! — принц ткнул пальцем в сторону грузчика. — Если через десять минут я не услышу гул печей на полную мощность, я лично сброшу тебя за борт. За работу!

Зуко круто развернулся на каблуках, едва не сбив с ног пробегающего мимо матроса, и быстрым шагом направился в сторону капитанского мостика, на ходу выкрикивая новые приказы.

Каэн шумно выдохнул, только сейчас понимая, что всё это время лёгкие горели от недостатка кислорода. Он оперся свободной рукой о край люка, чувствуя, как мелко дрожат колени.

[Угроза миновала. Дыхательный ритм восстанавливается.]

— Вы очень бледны для мага огня, юноша.

Голос Айро заставил Каэна вздрогнуть и выпрямиться. Старый генерал не ушёл вслед за племянником. Он стоял рядом, заложив руки за спину, и смотрел на Каэна. Маска добродушного любителя чая никуда не исчезла, но в золотистых глазах старика светился острый, пронизывающий ум человека, который прошёл через десятки войн и видел людей насквозь.

— Жарко от печей, генерал Айро, — выдавил Каэн, стараясь выровнять голос. — Много работы.

Айро понимающе покачал головой.

— Жарко бывает по-разному. Жар от печей сушит кожу. Жар от чужого гнева… сушит душу. — Старик сделал полшага ближе. Температура вокруг него оставалась невероятно комфортной, успокаивающей, словно приглашающей расслабиться и довериться. Каэну стоило невероятных усилий не поддаться этому эмпатическому давлению. — Вы хорошо справились с его пламенем. Вы не стали отвечать вспышкой на вспышку. И не стали сжиматься в комок, питая его агрессию. Это… редкий инстинкт для вашего возраста. И для вашей должности.

— Инструкции по технике безопасности, сэр, — Каэн упрямо держался за легенду туповатого исполнителя. — Не разводить открытый огонь рядом с угольными шахтами.

Айро тихо, раскатисто рассмеялся, но в его глазах смеха не было.

— Хорошие инструкции. Берегут не только уголь, но и жизни. — Генерал вздохнул, его взгляд стал серьёзным, почти тяжелым. — Мой племянник несёт в себе огромную боль. Она ослепляет его, заставляет видеть врагов там, где их нет. Но он не глуп.

Каэн напрягся, понимая, к чему клонит старик.

— Люди говорят глазами гораздо больше, чем губами, — тихо, чтобы не услышали проходящие матросы, произнёс Айро. — В вашем взгляде, когда вы смотрели на принца, не было того, что обычно есть у других. Не было ни слепого страха, ни отвращения. Там было… понимание.

Сердце Каэна пропустило удар.

— А понимание чужой боли, когда вы по своему статусу не должны о ней знать, — продолжил Айро, его голос стал почти бархатным, но скрывал под собой сталь, — пугает людей гораздо больше, чем прямая насмешка. Это заставляет их чувствовать себя уязвимыми. Будьте осторожнее со своими взглядами, юноша. Иногда они могут выдать то, что вы так тщательно пытаетесь скрыть за правильным дыханием.

Айро коротко кивнул ему, развернулся и медленно пошёл вдоль борта, напевая себе под нос какую-то тихую мелодию.

Каэн остался стоять у люка, чувствуя, как холодный морской ветер забирается под мокрую от пота робу. Система безмолвствовала, но в голове билась одна чёткая, пугающая мысль.

Он думал, что его главная проблема — это физическая слабость и неумение контролировать пламя. Но генерал только что доказал ему обратное. Его главная проблема — это то, что он знает канон. Он знает их травмы, их прошлое, их страхи. И это знание, это чёртово мета-понимание, неосознанно отражается на его лице, в его реакциях, в его взгляде.

Для Зуко он стал непонятной угрозой. Для Айро — опасной загадкой.

«Я слишком громко думаю, — осознал Каэн, сжимая челюсти. — И они оба это слышат».

Взревела корабельная сирена, объявляя о скором начале прилива. Каэн развернулся и быстро зашагал в темноту трюма, понимая, что правила игры на этом корабле только что изменились.

Глава 18. Слишком много знания

Рёв корабельной сирены всё ещё отдавался мелкой, зудящей дрожью в подошвах сапог, когда Каэн спустился по узким металлическим ступеням обратно в раскалённую утробу крейсера. Воздух в третьем трюме стоял густой, сухой и едкий — смесь угольной пыли, машинного масла и застоявшегося пота десятков матросов, готовивших судно к отплытию.

Каэн забился в узкую нишу между двумя запасными котлами, подальше от суетящейся погрузочной команды, и прижался затылком к горячей стальной переборке. Металл обжигал кожу, но эта физическая, понятная боль помогала заглушить панику, бившуюся в груди.

«Понимание чужой боли пугает людей гораздо больше, чем прямая насмешка».

Слова генерала Айро эхом крутились в голове, перекрывая грохот ящиков и скрежет цепей. Старый Дракон Запада не угрожал ему. Он не пытался его запугать. Он просто констатировал факт, с хирургической точностью вскрыв главную уязвимость Каэна.

Каэн закрыл глаза и с силой втянул горячий воздух сквозь стиснутые зубы. Вдох. Удержание. Выдох. Он попытался запустить цикл «Дыхания углей», чтобы успокоить скачущий пульс.

Он всегда считал своё знание истории, знание этого мира — своим главным, абсолютным козырем. Он знал, кто такой Зуко. Знал, откуда у него этот страшный ожог на лице. Знал, почему принц так отчаянно, до кровавых сорванных связок, цепляется за идею поймать Аватара. Он знал трагедию Айро, потерявшего сына под Ба Синг Се. Он знал о безумии Азулы и жестокости Озая.

Ему казалось, что эта информация делает его неуязвимым. Позволяет смотреть на происходящее сверху вниз, как на расписанную шахматную партию.

Но сегодня генерал Айро преподал ему жестокий урок реальности: в этом мире нельзя смотреть на изгнанного принца с пониманием. Обычный кадет