Истинная ведьма - Евгения Ломанова

— А нигде не была, Васенька, — я вздохнула тяжело, да лицо к луне подняла. — Это для тебя года шли, а для меня мы с тобой почитай только расстались.

“Как так?”

— А вот так. Князь меня в вотчину к себе утащил. Он законный хозяин над всеми людьми, поостереглась я с ним спорить. Дура наивная, думала разберемся, поймет, что моя правда и нет у меня никакого злого умысла, да отпустит с миром. Только не по-моему вышло. Окрутили, опоили, силу я потеряла. А опосля и вовсе сожгли меня. Только я не померла совсем. Так вот из костра прямо, да под водой очнулась. Здеся уже, в теле девицы вот этой. Она видать с горя утопилась, вот моей душе неприкаянной место и освободилось. Так и выходит, что это ты тут один тыщу лет и зим один бедовал, а я словно недавно совсем из дому за порог вышла.

“Слыхал я о таком. Да думал байки. А оно вот оно как оказывается”.

— Правда? Слыхал?

“Опосля поговорим, — забеспокоился вдруг мой котик, встал и закружил на месте. — Дом твой спасать надо”.

Я уставилась на него в миг онемев.

Глава 14

— Васенька?! Как это? Да неужто после стольких лет он еще цел?

“Это как сказать. Пойдем, сама поглядишь”.

Я просить дважды себя не заставила, подхватилась и побежали мы. Мне и в голову не приходило, что от моего дома могло что-то остаться. Это ж целая тыща лет! И место я совсем не узнавала. Раньше ельник был кругом на многие версты, теперь осинки, дубки, да березовые рощицы. Даже холмы исчезли. А деревня? Неужто та самая, что и раньше была? Да не могёт такого быть!

С непривычки подоотстала я от котика моего. Это ему легко, бежит как туман над землей стелится. Дыхание совсем сбилось, еще и в боку закололо, я остановилась передохнуть.

“Что с тобой, Яринушка?”

— Погоди. Не спеши. Дай отдышаться. В глазах темнеет.

Он вокруг меня кругами походил.

“ОХ! На рабостях позабыл я. Ты ж без силушки своей почитай совсем! Как так?”

— Я ж говорила. Ослабла. Когда перенеслась… Ох! Еще в силе была. Да растратила, не разумная.

“Вот оно что! Я и не сообразил сразу. Тебе новой силы набраться негде? Не почитают людины ведьм совсем. Забыли”.

— Не почитают, Васенька. Да и я все равно что голая. Наряда нет. Оберегов еще не смастерила.

“Как же ты так? Ох, горюшко! И нестрашно?”

— Да как тебе сказать, — мы потихоньку пошли дальше. — Поначалу испугалась маненько. Потом поглядела, люди ведьм забыли совсем, нет и у них защиты. Совсем мир переменился. Но жить можно.

“Наряд, обереги — то дело наживное, не кручинься Яринушка”.

— Да я и не кручинюсь. Тебя нашла, теперь и вовсе мне бояться нечего. И ты не думай, я без дела не сидела. Скоро новый наряд себе пошью, да лучше прежнего!

Ну и что, что я сейчас как человечка самая что ни на есть обычная. С Васенькой моим у меня будто крылья за спиной выросли. Все сердечко колотилось, никак от радости такой нежданной успокоиться не могло. Я его нет-нет, да рукой касалась, будто в опасении, что истает как морок. И он об мои ноги бочком терся. Подумать страшно, как он один-одинешенек тут столько времени бедовал, без меня осиротинев!

Пока шли, я ему рассказала, что уже для наряда нашла. И что теперь не то что раньше, купца с товаром не дождешься, все можно купить и найти. Так и дошли.

Остановился котик мой и сел. Я смотрю — диву даюсь. Это мой дом?! Ни за чтобы не узнала! Лес совсем другой. Раньше дом чутка на возвышении стоял. Теперь… Да и не было дома того. Тянуло духом тяжелым от места этого. Деревья да кусты вокруг так раскорячило, даже мне поплохело от одного их вида. И тьма к ним будто липла. Даже в темноте трава странно блестела, черная и будто маслом каждая травинка смазана.

— Что ж стряслось тут, Вася?

“Разве вот как сразу расскажешь? Пойдем”.

— Погоди. Я ж что слепая сейчас. Чего делать то, как быть?

“Разве то кручина?” — весело отвечает он мне.

Фыркнул, хвостом махнул и зажглись в траве светляки. Да много как! Все кругом осветили, еще и в воздух поднялись, кружат. Сокровище мое!

Через кусты мы прошли, а вот дальше затык. То-то я смотрю — трава какая-то странная. Ногой босой ступила, да как вскрикну! Кровушка брызнула — проколола!

“Яринушка!” — перепугался мой котик.

— Ниче, ниче… Порезалась чутка. Не бойся. Не помру.

“Да как же так? Ты ж сейчас как человечка самая обныкновенная. Не пройти тебе по траве заговоренной. Вертаем взад. Потом придем”.

Сам-то он вокруг меня пока вился, по траве той ходил, как по самой обычной — ничего ему не делалось.

— Да как же вертаться? Ты ж сам сказал — дело срочное?

Застыл котик мой, молчит, думу думает.

“Может и обойдется. Уходим”, — говорит он наконец.

Подозрительно мне то стало.

— Ну-ка, рассказывай, — и села на землю, подальше от травы заговоренной.

Молчит Василий, лапками перебирает, но потом все же решил поделиться:

“Не спокойно мне. Творится чей-то в лесу. Нехорошее. А недавно и вовсе заметил я, что рядом шляется кто-то. И есть у меня опасение, что именно это место ищут”.

О как! Этого нам еще не хватало. Тут мой котик плав был. Бросать все так было нельзя. Мало ли кто и чего тут найдет? Я сама не знала, бояться больше или все же радоваться, что сохранилось что-то от моего имущества.

— А есть что искать? — осторожно спросила.

“Да как сказать…” — грустно вздохнул мой котик, ушки повесив и начал долгий рассказ.

Обокрали меня, да не раз. Когда сожгли меня, котик мой это почуял. Связь у нас с ним. Он еще и силу потерял почти, он же мал тогда был совсем. Чуть не помер. Я как услыхала, снова слезы на глазах! Кинулась его обнимать.

— Прости меня, глупую! Натерпелся ты из-за меня.

“ Ну что ты, что? Живы мы и то ладно. Теперь по новому заживем”, — меня успокаивает, а сам прижался, голову мне на плечо склонил. Набедовались мы с ним. Самый родной и единственный он у