Кофейная кудесница из другого мира - Татьяна Ма

– Но кто… – пробормотала я. – Кому и зачем понадобилось убивать Матильду?

– Не знаю, но собираюсь узнать, – резко ответил Варрен и пристально взглянул на меня.

Я встрепенулась и вскинула подбородок, не отводя взгляда.

– Если ты подозреваешь меня, то ты дурак. Я приехала в город неделю назад, а со смерти Матильды прошло больше двух лет.

– Одно другому не мешает, – возразил Варрен.

– Да если хочешь знать, меня саму пытались убить.

– И кто же?

– Мой муженек. Хотел задушить в первую брачную ночь и присвоить себе мой дар и все мое имущество…

– И как же тебе удалось спастись?

– Очень хотелось жить, вот и вывернулась, – отрезала я. – Но, как видишь, поплатилась и была сослана сюда, в Эльтерру.

В Эльтерру, покрытую серым пеплом. В Эльтерру, где все началось…

А что, если все произошедшее с Сильваной, это не просто череда случайных событий? Что, если все было предопределено?

Варрен молчал, и я тоже. Две тайны висели в ночном воздухе – моя и его. И обе были связаны с этим домом, с этим городом, с этим проклятым родом Найтвейлов. И с кофе.

– Пора спать, Сильвана, – сказал Варрен. – Завтра я решу, что делать дальше.

Обойдя меня, он направился в дом. Его широкая спина скрылась в темном проеме двери, а я осталась стоять на крыльце, ощущая, как ночная прохлада пробирается сквозь тонкую ткань платья.

Я еще какое-то время постояла на пороге. Мне предстояло наконец-то узнать ответы на вопросы: что случилось с Эльтеррой в прошлом; куда подевалось кофе; почему именно я оказалась здесь и кому понадобилось убивать Матильду? С последним мне наверняка поможет Варрен, а с остальным… С остальным я постепенно разберусь сама.

Собрав волю в кулак, я вошла в дом, тихо прикрыла за собой дверь и поднялась по скрипучей лестнице. Когда я вошла в свою спальню, то обнаружила, что этот наглец, этот охотник, этот Варрен Дрогг снова оккупировал мою кровать! Он лежал на спине, закинув руки за голову, и притворялся спящим, но я видела, как уголок его рта дрогнул в торжествующей ухмылке. Нет, это просто невыносимо!

Глава 27

Сон был тревожным и до жути странным. Мне снилась моя прошлая жизнь, как я сажаю кофейные зерна у себя на балконе, они тут же прорастают, но вместо цветов на них появляются сияющие угольки, а из угольков вырастают глаза, как у того самого дога. Они впиваются в меня и молча требуют: «Ты Найтвейл. Ты должна все вернуть на круги своя». На круги своя… На круги своя…

Я проснулась еще до рассвета. За окном клубился белый туман, который не могли прорезать пока еще бледные лучи солнца. И зачем Матильда купила лавку на этой улице? Лучше бы выбрала домик на Солнечной, и тогда сейчас я бы просыпалась от утренней свежести, солнышка, заглядывающего в окно, и пения птиц.

В комнате было холодно, и я с тоской вспомнила о своем теплом московском одеяле и пледе, сшитом из сотен лоскутов.

Отбросив в сторону тяжелое колючее шерстяное одеяло, я поплелась в ванную. Пока мылась, обдумывала, как сделать так, чтобы Варрен Дрогг больше не смел занимать мою спальню. Пусть спит в комнате, где ночевала я: темной, сыроватой, противной… Как раз ему под стать.

Выйдя из ванной, я подошла к задней двери и распахнула ее. На меня пахнуло тропическим теплом – вот где красота! Не то что в доме!

Тут же я удивленно замерла, не веря своим глазам. Туман стелился по земле, как молочная река, но сквозь его пелену пробивалось невероятное зрелище. Мои кофейные деревья, вчера еще бывшие небольшими кустиками, за ночь вытянулись в рост человека. Их ветви густо покрыли глянцевые темно-зеленые листья, а между ними, словно крошечные звездочки, гроздьями висели нежные кремовые цветы. Воздух пьянил. В ноздри проникал пряный аромат, похожий одновременно на жасмин и миндаль. Боже мой! Это был запах цветущего кофе. Запах моего дома. Запах, который не должен был существовать в этом мире.

– Красиво, – раздался сзади хриплый голос.

Я вздрогнула и обернулась. Варрен стоял в дверях. Он был уже одет в свою черную одежду. Кажется, других цветов он не носил. Выглядел он довольным и выспавшимся.

– Я и не знала, что ты ценитель красоты, – огрызнулась я, стараясь скрыть охватившее меня волнение.

– Ценю редкость, – парировал он. – А то, что ты сделала, Сильвана, – настоящая редкость.

– Спасибо, что признаешь это. Но все же… Моя спальня – это…

Он даже слушать не стал, прошел мимо меня, легко сбежав по ступенькам крыльца.

– Я ухожу. Вернусь к вечеру, – заявил он, даже не обернувшись.

– Я бы хотела закончить наш разговор! – настаивала я.

– Вернусь – поговорим, – хмыкнул он и исчез за калиткой.

Удивительно, но туман был над Варреном не властен. Он словно расступался перед охотником, а его клубы, стоило Варрену сделать шаг, быстро пригибались к земле, будто кланялись ему и показывали путь.

– С ума сойти, – пробормотала я.

Я еще минут двадцать любовалась кофейными деревьями. Если так и дальше будет, то уже завтра-послезавтра я соберу первую порцию наисвежайших зерен. А значит… Значит, смогу обжарить их и сварить кофе!

Все утро мы с Каролиной проболтали. Позавтракали и раз десять сбегали посмотреть на кофейные деревья. Она все никак не могла налюбоваться на них, а у меня сердце замирало от невозможности происходящего.

К обеду я вспомнила про слова Варрена о том, что мне нужно бы почитать книги Матильды, чтобы понять историю моего рода и Эльтерры. Проводив Каролину за продуктами, я отправилась в кабинет тети и вытащила сундук.

Сердце забилось чаще, когда я опустилась перед ним на колени. Черная деревянная поверхность была гладкой и прохладной на ощупь. Я провела ладонью по крышке, и, как в прошлый раз, под пальцами вспыхнули бледно-золотые символы. На этот раз я даже не пыталась думать или запомнить комбинацию. Просто водила пальцами по символам-замкам, и они сами собой открывались.

С замирающим сердцем я приподняла тяжелую крышку. Внутри, под верхним ложем с иголками и нитками, которое я вытащила, лежала толстая книга в потертом кожаном переплете с тиснением, изображавшим кофейную ветвь с ягодами.

Я осторожно извлекла ее. «Утерянные хроники рода Найтвейл», – гласили выцветшие серебряные буквы.

Взяв книгу, я переместилась