Нулевая станция - Лилия Ким

— Хорошо. Спасибо, что спасли.

Получив весьма равнодушный кивок, я вздохнула. И на том спасибо. Воцарилось молчание, в течение которого я пыталась украдкой рассмотреть своего спасителя. «Ему лет тридцать пять — сорок», — подумалось, прежде чем мужчина перехватил мой любопытный взгляд, заставив смутиться.

— Зовут вас как? — решила я уточнить, чтобы сгладить неловкость.

Мой спутник снова опустил голову, продолжая неспешно грести. Пауза затянулась, и я думала, что мне уже не ответят.

— Рус.

— Рус? Как-то странно звучит.

— Получше, чем Лекса.

Я непроизвольно надула губы. А моё-то имя чем плохо?

— Не видела тебя на станции. Ты местный?

К этому моменту я немного пришла в себя и попыталась завести диалог. Может, ещё что-то интересное узнаю.

Ответ заставил меня вспыхнуть.

— Ты в курсе, что бывает с мелкими любопытными девочками?

— Я не мелкая!

— Какой у тебя рост?

— Метр шестьдесят!

— Я и говорю — мелкая.

Я отвернулась. Опять дискредитация. Так и хотелось заявить в ответ, что даже такая мелкая, как я, смогла угнать у него лодку. Кстати, откуда она у него? Но спрашивать больше ничего не буду. Захочет — сам потом расскажет.

Внезапно у меня в желудке громко заурчало, и я схватилась рукой за живот. Мой спутник скользнул по мне равнодушным взглядом и продолжил грести. У него это получалось гораздо лучше, чем у меня, поэтому двигались мы довольно быстро, и так как разговор не клеился, я ушла в свои мысли. Интересно, что это за дело такое, из-за которого нам надо вернуться? Надеюсь, не прямо в лес.

В лес мы не вернулись. А подплыли к самому, пожалуй, большому острову, который имелся на болоте. Поражали не только его размеры, но и то, что здесь имелась кое-какая растительность, а главное — стояла небольшая хижина, сплетённая из тростника. Ещё одно тайное убежище по типу пещеры?

Когда мы приблизились на достаточное расстояние, из хижины вдруг выглянула чья-то голова, а затем выскользнула тоненькая фигура нескладного подростка. Увидев его, я вспомнила, что он был на станции среди остальных пассажиров, но оказался настолько неприметным, что это как-то выпало у меня из памяти. Хотя чему тут удивляться, если тогда я испытала стресс и не совсем адекватно реагировала на обстановку. Хорошо хватило ума бежать одной из первых.

Когда мы пришвартовали лодку к острову, подросток внимательно меня оглядел и нерешительно улыбнулся. Было понятно, что и он меня узнал.

— Дядя Рус, я проверил все раколовки, и сегодня нам повезло больше, чем вчера! — заявил он, как только мы сошли на землю.

— Хорошо, — буркнул мой спутник и прошёл по направлению к хижине, а я осталась на берегу, нерешительно переминаясь с ноги на ногу.

— Меня Ярослав зовут, — проговорил подросток и протянул руку.

— Лекса.

Ладонь Ярослава была сухой и горячей.

— Проголодались? — спросил он и добавил: — Дядя Рус умеет варить потрясающую уху, а сегодня на ужин у нас будут раки.

— Я уже поняла, — проговорила я. — Только не обращайся ко мне на «вы». Я не намного тебя старше. Сколько тебе?

— Семнадцать.

Ярослав несмело улыбнулся.

У него были светлые волосы и светлые глаза, а ещё свойственная подросткам тонкая длинная шея. Он всё ещё был нескладным, но обещал вырасти в красивого мужчину.

— А мне двадцать шесть, — произнесла я доброжелательно.

— Я сразу тебя заметил, тогда на станции.

Мне было стыдно признаться, что я — нет.

— А почему не подошёл?

— Было страшно.

Я кивнула. Мне тогда тоже было страшно. И на станции, и ночью на дереве, и когда укусила змея, и когда, сидя у огня, увидела гипнотизирующие меня глаза, и когда убегали, и вчера, при встрече с компанией Антона, и в этом болоте было страшно. А сейчас — нет. Сейчас впервые появилось чувство спокойствия, словно со мной больше ничего плохого не случится. Не думаю, что это так, но буду в это верить.

Глава 13

Я с недоумением смотрела на сплетённый из веток потолок, из которого торчала сухая трава. Воспоминания о том, как прошёл остаток вчерашнего вечера, вернулись не сразу. Спросонья я даже не поняла, где нахожусь, и только потом вскинулась. Меня спасли! Я живая!

Поднявшись, поняла, что сижу на куче мягкого мха, уложенного по типу подстилки. Под головой рюкзак, а вместо одеяла — куртка. Услышав тихое сопение где-то слева, повернула голову и увидела Ярослава, который мирно спал, подложив под свою щёку сложенные вместе ладошки. Прямо как ребёнок. Но он и был, по сути, ребёнком. Кто додумался отправить в игру молодого, семнадцатилетнего мальчишку? Как он мог в одиночку противостоять опасностям?

А я могу? Я ведь тоже не боец. Вчера вообще чуть не утонула. И если бы не мой новый знакомый, то в этой игре, так сильно похожей на жизнь, мой путь бы и закончился. И это суровая правда. Лишь благодаря своей интуиции и хоть какому-то уровню удачи я ещё жива. Даже появление Руса можно считать везением, в том числе и по отношению к текущему моменту. Ещё не известно, что находится на новой локации по ту сторону тумана, а здесь тихо, спокойно и относительно безопасно.

Кстати, вчера я впервые заметила, что на болоте нет комаров. Трясина хлюпала, лягушки вторили друг другу, а вот бьющего по нервам, настойчивого и раздражающего комариного писка не было. Представив своё, опухшее от предполагаемых укусов лицо, я передёрнула плечами. Однако не всё так плохо, как могло бы сложиться.

Поглазев немного по сторонам и не найдя внутри хижины ничего интересного, я снова посмотрела на Ярослава, умиляясь тому, как он выглядел: светлые волосы растрепались, а щёки порозовели. Предположив, как могу выглядеть сама, решила покопаться в своём рюкзаке в поисках зеркальца.

Н-да… Нахождение в этом мире не придало мне красоты. Щёки и нос загорели и начали шелушиться, губы обветрились, а волосы засалились и висели унылыми прядями. Я повздыхала немного, убрала их в хвост, потом нанесла на губы бесцветный бальзам и спрятала зеркальце обратно. Внезапно подумалось, что с момента пробуждения в поезде я впервые по настоящему озадачилась свой внешностью. До сегодняшнего дня одежду приходилось менять из расчёта гигиены и по погоде, а остальное перекрывали такие чувства как растерянность, страх и разного рода переживания. Сегодня же мне отчего-то захотелось выглядеть достойно. Неожиданно появилась потребность увидеть во взгляде по сути незнакомого мне мужчины толику уважения и возможно даже интереса. Однако о каком интересе может идти