Тройная метка. Истинная диких Альф - Екатерина Антонова

— Вот и отлично! — Лада хлопает в ладоши. — Давай я провожу тебя до дома старейшины? Нам как раз по пути! Заодно расскажешь, как оказалась с Савелием на пляже! Мне жуть как интересно, что между вами.

Пучу на нее глаза, понимая, что не готова с ней о таком говорить.

— Мне нужно кое-куда заглянуть по дороге, — придумываю отмазку.

— Лааадно, — настороженно тянет Лада, — тогда в семь встретимся на развилке!

Мы расходимся в разные стороны. Я спешу к краю деревни, к тропинке, ведущей к домику альф.

Но у самой развилки ноги словно прирастают к земле.

Сердце начинает ныть. Внутренности сковывает тоска. Бабушка и дедушка.

Да, я обижена на них за молчание. Но я их так люблю! Они — моя семья.

Поддавшись внутреннему порыву, сворачиваю на знакомую тропинку и со всех ног бегу к дому дедушки и бабушки.

Открываю калитку, затем поднимаюсь на крыльцо.

Внутри как-то темно и угрюмо, что ли. Нет того яркого света, как в мой первый день. Со стороны кухни раздается звон посуды.

— Макар, это ты?! — кричит бабушка.

Я паникую. Зачем вообще пришла?! Что я им скажу? Боги…

Резко разворачиваюсь, но тут…

— Внученька?.. — слышу голос бабушки за спиной и замираю.

Меня прорывает. Горло сдавливает, подбородок ходит ходуном. Я соскучилась… Боги, как я соскучилась за эти дни!

Бросаюсь в ее объятия. Бабушка крепко прижимает меня к себе, гладит по голове и тихо плачет вместе со мной.

Сзади слышу тяжелые шаги. В дом заходит дедушка Макар.

Застывает на пороге, глядя на нас. Он так изменился за эти дни!

Осунулся, под глазами мешки, а морщин на лице будто стало больше.

— Неужели это все из-за меня? — проносится в голове горькая мысль.

Дед лишь молча подходит и опускает большую ладонь мне на плечо. Повисает тишина. Но в ней нет тяжести. Только тепло…

— Я там обед приготовила, супчик с мясом, — шмыгает носом бабушка, утирая слезы. — Ева, оставайся на обед. Что скажешь?

— Хорошо, бабуль, — соглашаюсь.

Мы переходим на кухню, и я сажусь на своё привычное место.

Поначалу разговор как-то не клеится. Мы молча едим, переглядываемся.

Постепенно напряжение отступает.

Однако молчать больше нельзя. Я должна вскрыть этот нарыв. Откладываю ложку, делаю глубокий вдох.

— Я не злюсь на вас, честно, — тихо говорю. — Но мне нужно знать правду. Кем был мой отец? Что с ним случилось? Расскажите, прошу!

Дедушка тяжело вздыхает, сцепляя пальцы в замок на столе.

— До встречи с Красновым наша Анечка была совсем другой, Ева. Яркой, красивой, уверенной в себе волчицей. Да, она любила городскую жизнь, но и деревней никогда не пренебрегала, старалась строго соблюдать наши традиции. Потом она встретила Краснова, вышла за него, родила Владу. Регулярно приезжала к нам в гости, привозила дочку. Но однажды, когда Краснов уехал в очередную командировку, на пороге их загородного дома появился дикий волк. Изувеченный, истекающий кровью, едва живой. Анна знала, что если Краснов найдет его, то убьет. Она тайно посадила раненого в машину и привезла к нам в поселок.

— А наши альфы… Влас, Савва, Демьян — они знали его? — перебиваю, затаив дыхание.

— Нет, внучка, они тогда в наших лесах еще не жили, — качает головой дед.

— Аня осталась здесь, — подхватывает бабушка. — Выхаживала его днями напролет, не отходила от постели.

— А где в это время была Влада?

— Дочка гостила в городе, в стае Краснова, с его родителями, — объясняет она. — В общем, пока Аня ставила дикого на ноги, между ними вспыхнула страсть. Да такая сильная, что дочь решилась подать на развод. Она призналась, что Краснов — чудовище. Он изменял, издевался… А тот волк… Руслан. Он любил твою мать до беспамятства, дышать без нее не мог.

— Они были истинной парой? — шепчу, чувствуя, как к горлу подкатывают слезы.

— Нет, Ева, — отвечает дед. — Метки у них не было. Но их любовь… Она была настоящей.

Он делает паузу. Словно собирается с духом. А я понимаю, что сейчас будет самая тяжелая часть рассказа. И самая важная…

— Но когда пришло время ехать в город и подавать документы на развод, Руслан вдруг бесследно исчез. Оставил записку, что безумно сожалеет, но не может позволить себе втянуть ее в дикую жизнь и лишить семьи. Анна нашла ее вечером, когда он не вернулся с охоты. Она всю ночь бегала по лесу. Звала его, выла от боли… Но Руслан оставил ее. А наутро за ней приехал Краснов. Они о чем-то очень долго говорили за закрытыми дверями, после чего Аня молча собрала вещи и уехала с ним.

Боги… Мама…

— А я собрал наших волков и начал прочесывать лес, пытаясь найти Руслана, — продолжает дедушка. — Потому что не верил, что он бросил ее. Дикие волки — самые верные существа на свете.

— И… — уже почти шепчу, впиваясь пальцами в подол сарафана.

— Мы нашли его спустя два дня на самой окраине леса. Бездыханное тело на дне оврага. Он был отравлен… Мы похоронили его на нашем кладбище, со всеми почестями. А через месяц Анна позвонила мне и сказала, что беременна. Тая сразу поняла, чей это малыш. По срокам все сходилось.

Бабушка закрывает лицо руками, тихо всхлипывает.

— С тех пор Анечка изменилась. Перестала улыбаться, привозить к нам Владу. Стала холодной, отрешенной, будто мертвой внутри. Влада росла копией отца. Ей все позволяли. С самого детства она издевалась над тобой, маленькой, а мать даже смотреть на тебя не могла — ты слишком сильно напоминала ей погибшего Руслана.

— Но он же погиб… Неужели мама не пыталась найти убийцу?! — выпаливаю.

— Она даже слушать о нем не хотела… Мы с Макаром неоднократно умоляли отдать тебя нам на воспитание! Но Краснов запретил. Он все эти годы срывался на тебе, издевался, глумился, мстил