И звезды блуждали во тьме - Колин Мелой

В этот момент они почувствовали внезапное оживление в толпе за спиной. Приглушенное бормотание сменилось громкими возгласами; кто-то крикнул: «Вот он!», а другой подхватил: «Он спускается с холма!»

Арчи посмотрел в сторону серпантина и увидел человека в флисовой куртке и коричневых брюках, который так быстро, как только мог, спускался по неровной дороге. За ним шла женщина в темном брючном костюме с толстой манильской папкой в руках. Человеком этим был Билли Кван, мэр Сихэма; женщину Арчи не узнал. Толпа ринулась вперед навстречу новым гостям, и Арчи с Оливером увлекло следом.

— Погодите, погодите! — крикнул Билли, огибая последний поворот и выходя на пляж. — Хог, Эрик — все, успокойтесь.

Арчи оглянулся на отца. Питер Кумс всё так же смотрел на трещину в скале; человека в коричневом костюме и след простыл.

— Привет, Джордан. Привет, Синтия — нас немного задержали в офисе, — сказал Билли, подходя к патрульной машине. Это был мужчина лет пятидесяти пяти; он занимал пост мэра Сихэма почти восемь лет — в ноябре его ждали перевыборы. Женщина рядом с ним выглядела нервной; на ней были черные кожаные туфли на плоской подошве, и она неуютно переминалась в сухом песке.

— Мистер Кван, — произнес Хог. — Не ожидал вас здесь увидеть.

— Чрезвычайные обстоятельства, Хог, — ответил Билли. — Это Синди Чавес. Она из округа. У нас есть кое-какие бумаги, которые, я думаю, мистер Кумс сочтет весьма любопытными.

Хог закатил глаза. — Вы могли бы позвонить и сообщить такое. К чему было ехать сюда в такую даль?

— Я должен прислушиваться к голосу своих избирателей, Хог, — парировал Билли, быстро одарив собравшихся улыбкой. Словно по команде, из толпы донеслось одобрительное гудение, а плакаты над головами затрепетали. — А теперь, если вы не против, — продолжил мэр, — мне нужно поговорить с мистером Кумсом.

Сказав это, он отошел от патрульной машины и направился прямиком в самую гущу протестующих; толпа расступалась, давая ему и женщине пройти к линии забора. Мэр не спешил, по пути он останавливался, чтобы переговорить с людьми, пожимая руки и обнимая знакомых.

— О, не волнуйтесь, мистер Нельсон, — произнес он, пожимая руку мужчине. — Мы прикроем эту лавочку в два счета.

— Спасибо за вашу поддержку, мистер Кван, — сказала женщина лет семидесяти. — Вы чудесный человек.

— Это единственное разумное решение, — ответил мэр. Затем он повысил голос, обращаясь к толпе: — Оставьте мыс диким! — выкрикнул он.

Все зааплодировали; Билли и женщина продолжили путь к забору. Дойдя до него, Билли повернулся к людям. — Это Синди Чавес, — громко объявил он. Он вывел женщину в брючном костюме вперед. Было заметно, что ей не по себе от того, что она оказалась в центре внимания. — Она из отдела лицензирования округа. До ратуши дошли слухи, что работы здесь продолжаются. Что ж, мы решили провести небольшое расследование — без обид, в плане копания, — чтобы выяснить, что именно заставило их остановиться в первый раз. И вы удивитесь тому, что мы обнаружили.

Наступила пауза, Билли выжидающе посмотрел на Синди Чавес. Она, очевидно, не сразу поняла, что настала её очередь, потому что продолжала неловко смотреть на толпу. Он слегка подтолкнул её и шепнул: — Давай. Скажи им то же, что сказала мне.

— Э-э… да, — произнесла женщина, спохватившись. — Этот участок, в настоящее время застраиваемый… э-э… — Она открыла манильскую папку и зачитала: — «Халкион Пропертиз ЛЛС» — был помечен окружными и государственными службами для проведения дополнительной проверки на основании геологических данных, полученных в процессе лицензирования.

Мэр, явно недовольный сухим выступлением женщины, сам продолжил объявление: — И поэтому мы постановили, что до тех пор, пока не будет проведен полный пересмотр — с учетом мнения общественности, — он подчеркнул последние слова к восторгу толпы, которая одобрительно загудела, — это строительство не может — и не будет — продолжено.

Толпа радостно приветствовала слова мэра; Синди Чавес улыбнулась, а Билли Кван повернулся к забору и тряхнул его за сетку. — Эй, там — Питер! — крикнул он сквозь ячейки. — Тебе лучше впустить меня. У меня тут бумаги, которые тебе нужно увидеть.

Арчи попятился, позволяя толпе поглотить себя, пока люди протискивались вперед, чтобы посмотреть на это противостояние. Он почувствовал, как кто-то задел его локтем; это была Афина.

— Ты как? — спросила она.

— Нормально, — ответил Арчи. — Просто не хочу, чтобы отец меня заметил. — Он осторожно выглянул из-за спин; сквозь забор он увидел, как Билли Кван, его отец и женщина из округа идут к небольшому вагончику чуть выше по пляжу. Протестующие притихли, наблюдая, как три фигуры скрываются в здании; яркие плакаты, которые недавно держали высоко, теперь опустились, и люди стояли, опираясь на деревянные колышки, воткнутые в песок. Завязались негромкие разговоры — цель была достигнута, наступила пауза.

Трое друзей воссоединились в толпе.

— Ну, может, на этом всё, — сказала Афина.

— Я бы на это не рассчитывал, — отозвался Арчи.

Машины продолжали работать не стихая, кромсая склон. Пока они говорили, из жерла дыры посыпались новые камни. Оливер пристально наблюдал за этим. Наконец он произнес: — Я беспокоюсь о Крисе.

Это было неожиданно. Арчи был так поглощен мыслями об отце и стройке, о фотографиях и пленках из «Муви Мэйхем», что совсем забыл про своего старейшего друга, который всё еще — насколько им было известно — оставался в лагере на поляне. — Да, — рассеянно сказал он. — Я тоже.

Толпа вокруг внезапно пришла в движение, и внимание ребят вернулось к стройплощадке. Арчи увидел мэра Квана и женщину, выходящих к забору; мэр улыбался. Приближаясь, он начал призывно махать руками.

— Всё кончено, — возглашал он, — всё кончено. Расходитесь. Работы прекращаются.

Арчи оглянулся на вагончик; он видел отца, стоявшего в дверях и бесстрастно наблюдавшего за происходящим. Техника замолкла. Рабочие застыли на местах, глядя, как мэра выпускают за ворота.

— Всё кончено, — повторил он. — До проведения экспертизы. Заявлений о воздействии на окружающую среду. И так далее. И только после того, как мы выслушаем общественность! Поэтому я созываю экстренное собрание в ратуше. Сегодня, в Грэйндж-холле. Нам нужны все. Там будет застройщик, члены городского совета. Мы хотим услышать ваше мнение. Стоит ли продолжать? Каковы последствия для сообщества и экологии Сихэма? Я говорю: довольно!

Толпа снова взорвалась криками поддержки, и мэр прошел сквозь людей как спаситель, принимая крепкие хлопки по спине и рукопожатия. Женщина, Синди, казалось, была в восторге от своей