Игра 1. Лиз - Tina Jay Rayder

просто решило, что здесь и сейчас должен стоять волк. А потом волк возник. Ледяной. Огромный. С оскаленной пастью и такой проработкой, что я даже на шаг назад отступила. За ним — птица. Потом дерево. Потом мост. Потом целая стена цветов, тончайших, прозрачных, невозможных.

Я замерла.

Вот это была уже не просто сила.

Это было искусство.

Опасное, холодное, прекрасное до тошноты искусство.

— Твою ж... — выдохнула я.

— Не ругайся в зале, — автоматически одернул меня Джей.

— Да помолчи ты!

Вета стояла, распахнув рот. Даже она забыла на секунду про свою недетскую тишину.

Аина опустила руку. Ледяные фигуры остались.

— Они не тают, — сказала она спокойно.

— В смысле? — не поняла я.

— Совсем, — добавил вместо нее Джей. — Это и плюс, и проблема.

Я подошла ближе к ледяному волку. Коснулась лапы.

Холодно.

По-настоящему холодно.

Но не смертельно. И гладко, как стекло.

— То есть ты можешь сделать все это... и оно останется? — спросила я.

— Да, — кивнула Аина. — Если не разрушить физически.

Я медленно повернулась к ней.

— И ты живешь... среди всего, что когда-либо создала?

Она чуть виновато улыбнулась.

— Да.

Я оглянулась на дворец.

Потом на колонны.

На лестницы.

На узоры.

На волка.

На цветы.

— Слушай, — сказала я очень серьезно, — ты или гений, или катастрофа.

Джей закашлялся, явно маскируя смех.

Аина, к моему удивлению, тихо рассмеялась.

— Наверное, и то, и другое.

— Вот! — тут же ткнула я пальцем в ее сторону. — Вот! Я знала! Нормальные люди так не могут!

— Это Игра, — напомнил Джей.

— И что? Я тоже в Игре, но я не строю себе дворцы из вечного льда!

— Пока.

— Ой, заткнись.

Он усмехнулся.

А я вдруг поняла, что мне здесь нравится.

Не просто красиво — нравится.

И Аина нравится. Эта ее тишина. Эта сила без лишней показухи. Эта мягкость, под которой явно лежит что-то очень крепкое. С такими людьми хорошо или дружить, или вообще не связываться.

Мы задержались у нее ненадолго. Не потому что хотелось. Наоборот — мне бы очень хотелось остаться хотя бы на день. Просто посидеть, походить по ледяному дворцу, перестать на секунду чувствовать, что мир решил обрушиться лично на меня. Но война, как назло, редко спрашивает, удобно ли тебе.

— Нам нужен корабль, — сказал Джей, когда мы уже вышли обратно к морю.

Я покосилась на него.

— И когда ты собирался сообщить, что мы еще и в море полезем?

— Только что сообщил.

— Ненавижу.

— Очень ценно.

Аина подошла к берегу, присела и коснулась ладонью воды.

И прямо у нас на глазах из моря начал подниматься корабль.

Я не шучу.

Настоящий чертов корабль.

С мачтами. С бортами. С носом, разрезающим волны. Только весь изо льда. Полупрозрачный, серебристо-голубой, сияющий в лучах заходящего солнца так, что мне снова захотелось сесть прямо в снег и просто смотреть.

— Да вы издеваетесь, — пробормотала я. — Это уже перебор.

— Это удобно, — возразил Джей.

— Это роскошно!

— Одно другому не мешает, — тихо сказала Аина.

И снова оказалась права.

Я смотрела на корабль и вдруг почувствовала знакомое покалывание в пальцах.

Иллюзия.

Не та, бытовая, которой я красила волосы и одежду. Другая. Глубже. Сильнее. Как будто мне не хотелось просто “замаскировать”, а доделать. Довести эту невозможную красоту до конца, сделать ее не ледяной сказкой, а почти настоящим кораблем.

— Подожди, — сказала я и, сама не успев понять, что делаю, закрыла глаза.

Представить дерево.

Скрип мачт.

Запах соли, смолы, нагретых досок.

Темные борта. Потертые канаты. Тени в щелях. Настоящий парусник, а не ледяное видение.

Сила потекла мягко. Без боли. Без надрыва. Будто давно ждала этого момента.

Когда я открыла глаза, ледяной корабль остался кораблем.

Но теперь он выглядел настоящим.

Не ледяным.

Деревянным.

Живым.

Настолько убедительным, что я сама на секунду усомнилась, не привиделось ли мне все предыдущее.

В тишине было слышно только море.

Я медленно повернулась к остальным.

Аина смотрела на корабль огромными глазами.

Вета — с восторгом.

А Джей... Джей смотрел на меня так, что мне сразу стало не по себе.

Очень внимательно.

Очень спокойно.

Слишком спокойно.

— Что? — спросила я.

Он моргнул. И привычная легкая ехидца вернулась в лицо, будто он специально захлопнул передо мной какую-то внутреннюю дверь.

— Ничего, — сказал он. — Просто ты опять умеешь больше, чем считаешь.

— Ой, вот только не начинай загадками.

— Поздно.

Я хотела огрызнуться.

Честно.

Но вместо этого снова посмотрела на корабль, на закат, на ледяной берег, на людей рядом со мной — точнее, Игроков и Проекцию, но какая теперь разница? — и вдруг впервые за очень долгое время почувствовала не просто упрямство.

А что-то похожее на надежду.

Очень хрупкую.

Очень глупую.

Совсем подростковую.

Но живую.

— Ну что, — сказала я, ступая на трап первой. — Поплыли собирать безумцев.

Глава 17. Те, кто пойдут с нами

Плыть на корабле, который еще недавно был ледяной фантазией Аины, а теперь выглядел как самый настоящий парусник, — удовольствие сомнительное. Не потому, что плохо. Наоборот. Слишком уж хорошо. Настолько, что становится подозрительно. В Игре вообще все красивое обычно означает, что очень скоро тебе станет больно, страшно или и то и другое сразу.

Но корабль был прекрасен.

Вот прям бесстыдно прекрасен.

Темное дерево бортов, тугие канаты, тяжелые паруса, скрип палубы под ногами, морской ветер, который путался в волосах и делал вид, будто он — просто ветер, а не очередной участник всего этого безумия. И море вокруг. Бесконечное. Спокойное лишь с виду. Оно вообще в Игре часто притворялось мирным, а потом в самый неожиданный момент вспоминало, что оно все-таки море и обрушивало на незадачливых путников шторм и волны.

Я стояла у борта и смотрела на воду, а в голове опять толкались мысли.

Слишком много мыслей.

Слишком много всего за последнее время.

Смерть Вика. Гонки. Моя ярость. Замок Дмитрия, разваливающийся к чертовой матери. Вета, которая не помнила того, кто умер за нее. И, конечно же, Джей со своим спокойным: “Соберем тех, кто согласится идти с нами”.

Согласится.

Легко сказать.

Я покосилась на него.

Он стоял у штурвала, весь такой собранный, спокойный, как будто не собирался