Западня для эгоиста - Юрий Николаевич Москаленко

class="p1">— Если позволите, то я хотел бы быть следующим за Леди, — сдержанно и с великим достоинством попросил Граф Де-Люмьер, предпочтя не оспаривать первенство заявительницы и таким образом отдав дань уважения бесстрашной девушке.

— Я следующий! — поспешил застолбить место хозяин усадьбы, правомерно опасаясь попадания в конец очереди отважных слаломистов.

— В таком случае, мы с уважаемой Беллой откроем парные выступления в произвольной программе, то есть без претензий на победные места! — я приобнял довольную подругу, невольно смутившуюся от переизбытка внимания к себе. — Я же спортивный знаток получаюсь и победа будет не сильно честной, но зрительские симпатии заслужить не возбраняется, — обозначил свою позицию я и с вопрошающим взглядом оглядел присутствующих.

— Согласны! — меня поддержали, приняв к сведению весомые доводы.

— Нет возражений!

— Эт-то ше-ш шправедливо, — дали положительную отметку некоторые активисты из аристократов.

Таким образом, успешно определившись с первооткрывателями списка отважных спортсменов, мы дали образную отмашку грохочущим стартам.

Синтия решительно водрузила на голову железный рыцарский шлем, поданный чуткими и обходительными слугами и залезла в латунный ушат.

— Подтолкните же меня, эй, кто-нибудь! — уверенно скомандовала баронессочка позади стоящим.

— А подушечку подложить под зад? — я проявил прозорливость, с болью и содроганием представив будущие ощущения, как и свои, так и остальных слаломистов, летящих в емкостях вниз по ступенькам. — Сорян, — я виновато повёл плечами, — просто запамятовал уведомить о предписанной регламентом технике безопасности! — пришлось тут же импровизировать, реагируя на всеобщее замешательство.

— Вы слышали? Подушечки из всех гостевых спален сюда — живо! — распорядился понятливый Люкреций.

Вынужденное ожидание продлилось не долго и вот уже таз Синтии укомплектован подушкой задница-безопасности. Двое добровольных помощников упёрлись руками в край емкости позади болида и замерли в ожидании отмашки.

— Давай! — скомандовал я на правах знатока, а Леди Белла дружески хлопнула по плечу пилотессу.

Верхняя площадка позволила взять хороший разбег толкающим и таз понёсся вниз с сильным грохотом. Болельщики разразись неистовыми аплодисментами и лозунгами подбадривания смелой Леди.

— А зимний сад не помешает зачёту дальности? — забеспокоился хозяин, глядя на ажурное здание из сплошных витражей, расположенное чуть поодаль подножия лестницы.

— Теперь не знаю, — задумчиво поделился я тревожным соображением…

Глава 15

Глава 15

Отчего поутру после хорошего праздника всегда действует одно и тоже правило — чем лучше было вечером, тем хуже будет утром? Даже момент возвращения из гостей исчез из мозгов, будто там его и не было, момента этого. Как добрался назад, как раздевался и лёг — все воспоминания заблокированы отходняком.

Именно с такой мыслью я выбрался из перинного плена кровати своего номера и немного пошатываясь прошёл в местечковый санузел. Тут я несколько раз погрузил голову целиком в ушатец с водой, старательно отмокая и возвращая себе трезвость. Получилось не очень и я озадачился поисками более действенных способов победы над последствиями праздничных возлияний.

Кое-как одевшись, для чего пришлось доставать разбросанную одежду из очень оригинальных мест, я сел за стол в прихожей и уставился на парочку упругих кожаных кошелей.

— Это ещё откуда — ничего не помню, — пробормотал я и опустил голову на ладони. — И чего я в разнос пошёл — стыдно будет теперь в глаза смотреть людям.

Входная дверь номера открылась без стука, отчего пришлось совершить болезненный подъём головы и посмотреть на вошедшего гостя.

— Ну конечно же, кто ещё мог прийти, кроме неугомонной сестры баронессы, — я констатировал факт визита вполголоса и опять опустил голову на руки. — Проходи, присаживайся, но я попрошу обойтись без злорадства над моим трепетным состоянием захворавшего духа и ослабшего тела, — с мольбой обратился я к Синтии.

Баронесса воспользовалась приглашением и уселась напротив меня. Водрузив руки на стол, дама стала настукивать знакомый ритм, отзывающийся в голове болезненным набатом.

— Так-так-так, а чего это у нас с настроением стало? — заговорила Синтия то ли с иронией, то ли с критикой, то ли с насмешкой, а может во всём спектре тональностей и подтекстов сразу. — А вот прошлым-то вечером… Ох! Как вы отплясывали с Графиней Беладонной, а потом затеяли, э-мм, азартные конкурсы и весёлые старты — это просто фурор!

— Всё было так плохо? — я приподнял голову вновь и приоткрыл один глаз. — А то я что-то никак мозги в кучу не соберу.

— Ну что ты, Нестор, — Синтия язвительно меня опровергла. — Особенно удался твой призыв избавиться от каркасов под юбками, чтобы движения танца не пострадали!

— В самом деле — неудобно же танцевать с проволокой на бёдрах и талии, — оправдался я.

— Да-да, а после того как все натанцевались, ты предложил устроить весёлый слалом в тазах и ушатах со всех крутых лестниц усадьбы, — продолжила Синтия.

— Нормальное занятие, когда наступает пиковый подъём всеобщего куража, — дал я сносное пояснение. — Можно подумать, будто всем интереснее за столом сиднем сидеть и жареных воробьёв ножами тыкать, — я припомнил неудобные для еды деликатесы.

— После заезда ты выпал из тазика на трамплине и собрал в кучу болельщиц, растопырив руки при падении за перилами и увлёк дам в кусты, — добавила она и прыснула в кулачок. — Хи-х! Особенно всем запомнилось твоё положение головы между ног графини Веннон.

— Она сама виновата ввиду строптивости поведения, — я быстро парировал критику.

— Далее, мы устроили варфоломеевскую ночь в честь какого-то неизвестного Мага, Ивана Купалы, для чего всем пришлось переодеться в спальные сорочки с пижамами и прыгать через костры в приусадебном парке, — поделилась она весёлыми откровениями. — Этот тоже все приняли «на ура», как ты и выразился перед забегом в пруду с лебедями и золотыми карпами, — Синтия покивала закатив глазки вверх, словно припоминая наиболее пикантные подробности и детальки. — Бедные птицы с рыбками до сих пор наверное в себя не придут, но благородным гостям это понравилось.

— Обошлось хоть без драк и кровопролитных дуэлей? — спросил я участливо, сам желая испариться от стыда, нафик.

— Что ты, что ты! — девушка всплеснула руками. — Какие могли быть драки при таком-то всеобщем духе веселья! Может быть всё дуэлями и аукнется, но потом, — не сильно оптимистично добавила она.

— Ёрничаешь? — насупился я.

— Нисколечко! Все остались довольны, ведь любая неудача в конкурсах