В рейд пошла одна эльфийка - Анна Зимина

— Из последнего военторга! Лимитные! — прошептал он помертвевшими губами и упал в обморок. Яд зубов Кат Ши был, конечно, убийственным, но на такую гадину, как капитан Федрыщев, смертоносно не действовал. А вот порча штанов — это дело другое. И тут же магия, которая заставляла лича пыхтеть, отжимаясь от матери сырой земли, исчезла.

Лич встал, отряхнул землю с ладошек, погладил Ссаныча и с тяжелым вздохом посмотрел на беспамятного капитана.

— Раз — Батищев,

Два — Федрыщев, — промурлыкал себе под нос лич и, взвалив на плечо свою добычу, отправился на базу — в Тайную комнату. Там для капитана Федрыщева был припасен свой редемпшен. И для него очень была нужна Зоя Валерьяновна.

* * *

Проклятие Зои Валерьяновны было… хм… весьма и весьма изощренным.

Капитан Федрыщев перестал быть, собственно, капитаном, и стал…

— Федрыщев!

— Так точно!

Молодой солдатик с выбритой головой, похожий на глазастого инопланетянина, встал с места и отдал воинское приветствие.

— Почему не ешь кашу? Брезгуешь?

— Никак нет! — отраптовал Федрыщев.

— То-то же! Минута на доесть обед и в наряд!

Рядовой Федрыщев опустил алюминиевую ложку в тарелку с серой перловкой, которая была похожа на тлен, тоску и безысходность. Компот, такой же серый от отсутствия в нем ягод и излишнего присутствия брома, потек по глотке комом, не принося облегчения.

— После наряда на самообеспечение! Ловим в лесу кроликов, зайцев и мышев! С каждого солдата по три шкурки! Мясо — по килограмму на офицерскую кухню! Мышев можете оставить себе.

— А ружье? — робко спросил рядовой Федрыщев, нервно комкая хлопчатобумажный рукав формы, выкрашенной зеленкой.

— Ха! Кто вам таку дорогу технику-то доверит? А рогатки вам зачем вчера роздали?! Так, все, без разговорчиков! Шагом-марш!

Рядовой Федрыщев, пуская густую, как бромовый компот, слезу, пошел в строй, добывать мышев и зайцев. Он еще не знал, что вместо сахара в сегодняшнем пайке будет шиш с маслом, а вместо соли — кровь врагов, собственноручно убитых из рогатки.

* * *

— Ну, Зоя Валерьяновна, я бы лучше и не придумал, — растроганно сказал лич, наслаждаясь проклятием, которое прилетело от доброй старушки капитану Федрыщеву.

— Это чо… Я завсегда супротив пакостев всяческих… У меня от сын служил, знаю я таких, мордастых… Пускай вот тоже попрыгает, — польщенно сказала Зоя Валерьяновна и отвернулась от светмойзеркальце, на котором бывший капитан Федрыщев лезет на березку и тоскливо смотрит на жирненьких синиц. Потому что синица — это не только ценный пух, но и 30–50 граммов диетического мяса.

Глава 21. Скоморохи наступают

Са Урон был нервно ходил по тренажерному залу и изредка дрался с грушей — выплескивал негатив по совету блогерши Василисы Премудрой. У могучего Са Урона была проблемка: в мозгу у него выросла лишняя мышца. Гоблин Евгений Анатольевич, перешедший в наследство Са Урону от Темного Лорда, вреда в том не видел, но и пользы тоже особой не было. Са Урон же вообще любой выросшей мышце был рад, хоть бы она и была в мозгу.

Са Урон был в дурном настроении не просто так. Он уже с утра призывал своих кольценосцев, но никто не явился. Светмойзеркальце Наместника Темного Лорда загадочно темнело и изредка показывало какие-то грибы. До капитана Федрыщева тоже было не дозвониться (Са Урон не знал, что в срочной армии с телефонами напряженно). Все это выглядело довольно скверно. Орки в стане рядом с замком горлопанили, и в армии явно намечались разброд и шатание. Эгрегор света на Са Уроновой шее поднажрался энергии и засверкал голубенькими искорками. Впрочем, эгрегор тьмы до сих пор едва ли сыто не икал от той порции темной магии, которую ему выдала однажды Зоя Валерьяновна, и все с ним было хорошо, но все равно как-то переживалось. Когда на кону стоит мировое господство, любую мелочь нужно брать на карандаш.

— Коня верного мне, — не выдержал наконец Са Урон. Надел доспехи нагрудные, штанишки железные, шапочку из фольги по совету Евгения Анатольевича вместо подшлемника и отправился собственноручно наводить порядок.

Ежели кто-нибудь подумал, что Са Урон бы ни за что не справился без Наместника и без капитана, то он глубоко заблуждался. Са Урон со своими эгрегорами мог вообще че хочет делать. Да и черт не просто так Зою Валерьяновну одну против Са Урона не выпускал. Берег старушку, хотя с чего бы? Загадка.

В орочьем стане рядом с замком Са Урона действительно было шумновато. Орки без крепкой руки капитана Федрыщева дурели от перебродивших сил. Кто-то, пытаясь преодолеть тщетность бытия, уже мазал пожухлую траву зеленой краской. Кто-то, наоборот, радовался свободе и пил грог из пупков молодых и прекрасных орочиц.

То ли небо почернело от предзнаменования дурного, то ли в глазах потемнело от контрафактного пойла в пакетах «Тетрапак», но орки вдруг побросали все свои дела. Дохнуло ледяным холодом, за ним — адской сушью. Звякнула сталь, испуганно взвыл ветер и исчез, затерявшись в орочьих шатрах.

— Повелитель идет, — сдавленно сказал кто-то из орков и споро встал на коленки. За ним на коленки повставали все остальные.

Приникла к земле трава, солнце за тучи темные спряталось, задрожала земля. Заграяли вороны, гибель скорую предвещая, затуманились очи женские слезами горючими. То Са Урон в полной амуниции выехал на двух конях в поле чистое.

— Где капитан Федрыщев? — прогрохотал Са Урон, сурово глядя, как дрожат от страха орочьи головенки.

— В/ч 44637, сухопутные войска в Тоцке, рядовым служит, — охотно сказал кто-то совсем близко, и Са Урон медленно повернулся на голос.

* * *

Тайная комната была полна народу. Это Януш привел для партизанского отряда, чтобы орки не избежали очищения светлой магией и не разбежались по лесам и полям. А то вырастет потом из такого недобитого и обиженного новый Темный Лорд, и что делать тогда? Поэтому на лавочке сидела и болтала ножками жирненькая мавка с детишками. Она была рада помочь своей покровительнице Зое Валерьяновне, да и деткам тоже неплохо на мир посмотреть, себя показать. Мавочьи детки не капризничали, вели себя хорошо и никого не порывались сожрать. Вот что значит хорошее воспитание! Гномы целым отрядом из человек тридцати налакались уже гномьего самогону за победу и тихо-мирно точили топоры. Дракон пускал слюни на зерриканок, которые черными и страстными своими очами глядели прямо в его паскудную душу. Гоги, владелец трактира, снова обертя стараниями Зои Валерьяновны голос, вместе со своими сыновьями и племянниками жарил шашлык.

Галаэнхриель с Янушем переливали в канистры очищающее зелье,