Многогранник - Артемис Мантикор

Эти существа обладали невероятной меткостью и стреляли сгустками уплотнённой плазмы. Вместо мозга у них из головы росло нечто вроде креветки. И работали они с чудовищной мощью. Твари были очень умны — настолько, что взломали дроны Сайны и обратили их против нас, а затем показали чудеса невероятной меткости — каждый не хуже чем Лифлаэль.

Бой был неприятным. В строю были потери, что не так страшно с наличием четырёх сильных целителей, но всё же приятного мало, да и мана не бесконечна.

Но первая локация была только разминкой. В следующей нас неожиданно встретило то, что в терминологии юстициаров называлось «джокером».

— Чую жизнь. Разумный вид. Но структура очень странная, — сообщила Тия. — У меня голова начинает болеть, когда я это пытаюсь понять.

— У них очень тяжёлая поступь, — добавила Эстель. — Каждый весит свыше тонны. При этом их размер… примерно как наш. Чуть побольше. И у них есть одежда. Я слышу, как шуршат их халаты.

Наличие одежды означало, что перед нами разумный вид.

Те, кого мы встретили в прошлых локациях неподалёку — олень-некроморф и остальные, были сильными противниками, но не против нас. Мы уже прокачались достаточно, чтобы чувствовать себя здесь комфортно… Тем более что это не хтонь, а очередная падшая раса, в которую поселились ланцеты или какие-то демоны.

Так я думал, когда мы вступили в крупную высокую локацию-колодец, соединённую с тридцать пятым. Над нами была чернота потолка, но слабое свечение издавал голубоватый камень.

Стилистика напоминала что-то японское или чиффарийское, но мрачное. В синих и золотых тонах, плюс обилие серого мрамора.

— Арк, — обратилась Сайна. — Здесь что-то не то с магическим фоном. И мои дроны никого не находят. Подозреваю магию.

— Светом ионитов не пробовала проверить?

— Пробовала. Ничего. Но у меня тут эдельвейс взбесился, — она продемонстрировала хрустальный цветок, по которому бегали друг за другом на большой скорости холодные тёмно-зелёные цвета с чернотой. — Никогда такого прежде не видела. А информации о местных монстрах у нас почти никакой нет.

— Я пошлю на разведку дендроидов.

Я вырастил пять растений, имитирующих человеческий вид, и послал вперёд изучать локацию.

— Не хочется долго топтаться. Нам бы эти три локи пробежать побыстрее, пока дальность не изменилась. — сказал я.

Это решение оказалось большой ошибкой. Когда дендроиды прошлись по локации и не нашли ничего опасного, я заподозрил аномалию, но Эстель заверила, что здесь должны быть существа.

— Если войдём внутрь, я смогу указать, где конкретно они находятся, — сказала Эстель.

Мы вошли в локацию и следующие минут двадцать блуждали по широким переходам замысловатого храма. Он оказался похожим на лабиринт, причём до последнего не выдававший своих секретов.

Лишь когда Орден дошёл до середины локации, началось.

Противник оказался не просто умным, а убийственно умным. Пока мы изучали их, они уже изучили нас и были готовы ко всем нашим способностям.

Врагом оказались существа, напоминающие лысых сумоистов двух с половиной метров ростом, с тонкими усами и большими подкрашенными красными глазами. Кожа у них была неестественного серо-стального цвета, где-то между человеком и дроу, в холодных тонах, от чего они напоминали мертвецов.

Последовавший бой был очень жестоким, будто Стена решила отыграться за то, как легко мы разобрались с предыдущими мобами.

Существа оказались невероятно сильными магами, применяющими почти весь спектр существующих стихий, но в особенности предпочитая тьму, псионику и их гибриды.

Радовало только то, что контролировать чужой разум они не могли. Скорее это была сила искажения пространства посредством псионики. Они уплотняли воздух перед собой, формируя щиты, свободно владели телекинезом и использовали его, чтобы швырять всё, что создавалось другими стихиями.

Сражение было долгим. Сперва мы сбились в кучу для круговой обороны и отхватили от массовой магии по площади. Затем решили контратаковать на случай, если в ближнем бою они так себе, как это часто бывает с магами. Так эти монстры оказались мастерами каких-то единоборств с иммунитетом почти ко всей магии.

При этом они использовали псионику и телекинез и, похоже, могли искажать свой вес. Каждый чёртов толстяк стоил жизни бойцов. Как бы позорно это не звучало, победить мы смогли только количеством. Не зря усатые монахи всё время мерзко хихикали и улыбались.

Под конец мы сражались в режиме каждый сам за себя, забив на какую-то логику и просто стараясь выжить. Я понимал, что дело дрянь, но не мог ничего сделать с товарищами, половина из которых была или в панике, или в состоянии берсерка.

Как выяснилось после боя, не просто так. Вторая фишка этих существ оказалась в резком снижении интеллекта. Причём это было не проклятием, иначе сработал бы мой навык — а именно давлении разума.

Следующие пол часа две трети Ордена деградировали до уровня детёныша гоблинов, с тем же набором интересов и уровнем развития. Я сам был не лучше, но благодаря заранее активированной мудрости природы я откатился до очень тупого, но всё таки человека и откровенный треш не творил, как Дора, практически голышом бегающая по локации, или Эстель, бегавшая по стенам и лупившая палкой товарищей.

Впрочем, большинство просто тупило в стены, ковырялось в носу и несло какой-то бред. Смотря, кого как зацепило.

Мне хватило мозгов призвать убежище, чтобы нам помогла Софья каким-нибудь зельем.

Это сработало. Как и то, что на погибших были метки Альмы, не позволяющие никому уйти на перерождение в лапы Системы.

— Эффект вре-мен-ный, — по слогам прочитала Белая. — Она тоже ничего не соображала, ползала на четвереньках по полу и зачем-то пыталась его пробовать на вкус. Её Софья одной из первых привела в чувства. И, увы, не до конца, потому что клинический идиотизм сменился лёгкой дебильностью.

— Уверена?

— Ну, тут так напи-исано. Пи-оника.

— Псионика. Мы же под бафами были, на волю и всё такое.

— Не-а, шла-або! У них инти-иект ба-альшой-бальной!

— Какой? У тебя там должно быть написано если сосредоточиться на слове «больше».

Второй уровень «истинного имени» Белой теперь позволял ей видеть статы монстра. Восьмёрка в параметре считалась средним показателем для людей.

— Штпи-исят!

— Пятьдесят? — присвистнул я. — Это вообще реально?

— Што пи-исят пять! — повторила Белая и заржала. — А-арк, хочу в кроватку-у!

— У бога разума из нашего мира, Нархаармиса было за девять сотен, — заметила Аси.