Синий Звон - Роман Суворов

– Ничего странного не видела?

– Кроме суетливого поиска нежити? Нет. – Ведьмочка пожала плечами, слегка ухмыльнувшись.

– Неужто ни капли не боишься? – удивился Рыжков.

– А чего мне её бояться? Нежить и нежить. Мы с Настасьей Яковлевной в том году настоящего лича сперва подняли, а потом развоплощали! – похвасталась Елена, но, увидев заинтересованно поднятую бровь насторожившегося жандарма, в глазах которого сразу же появилось что-то профессионально-недоброе, заполошно добавила: – Подняли, конечно же, исключительно в учебных целях! – И, мило улыбаясь, наивно захлопала большими глазами.

– Ох, девонька, – отмахнулся начальник третьего отделения, – с огнём играешь.

– Нет, нет, господин жандарм! – Хитрая улыбка не покидала лица бывшей ведьмочки. – Что же я, без понимания, что ли? Отныне никаких вызовов демонов, нежити и прочей нечисти!

– Опять ведовские штучки? – спросил Рыжков, почувствовав лёгкое прикосновение к своему разуму.

– Ой! – стушевалась Ланина. – Это я по привычке!

– Смотри, чтобы я не пожалел о своей рекомендации отцу Вениамину! – буквально по слогам строго произнёс Антон Владимирович.

– Вы не пожалеете, господин ротмистр! – виновато потупилась девушка и горячо добавила: – Обещаю!

– Что ж. Значит, больше ничего необычного не видала, нежить не чувствовала, всё время сидела тут?

– Увы, – пожала плечами Ланина.

– Видимо, скрывается в другом месте. Жаль, – озадаченно протянул Рыжков. – А ведь самое очевидное место было, куда ему податься. Ладно, будем искать.

– Ой, подождите, Антон Владимирович! – что-то вспомнила Ланина вслед уже повернувшемуся, чтобы уйти, ротмистру. – Мне давно было любопытно: почему защитой от потустороннего занимается жандармерия, а не церковь?

– Хороший вопрос ты оставила напоследок, – одобрительно заметил кудесник. – Очень уместное любопытство!

– Ведь это было бы правильно, – продолжила рассуждать девушка. – Именно в церковь родители ведут детей с проснувшимся даром. И именно священник проводит обряд «чародейского перекрещения». Потом в монастырях помогают новоиспечённым кудесникам и целителям делать свои первые шаги.

– Ты заметила, что в твоём списке нет ведьм? – перебил невольный учитель.

– А кстати, почему? – задумалась бывшая ведьмочка.

– Ты сама практически ответила на свой вопрос, – печально улыбнулся Рыжков. – Дело в обряде. Если у девочки открывается дар, а родители либо по недомыслию, либо по невнимательности к чаду, а то и из-за замкнутости или скрытности малышки вовремя не отводят её к священнику, то через некоторое время у ребёнка, для которого это всего лишь игра, возникает проблема.

– Я помню! – Глаза девушки буквально распахнулись от нахлынувших воспоминаний. – Меня воспитывала тётушка, которой было не особо важно, чем я занимаюсь, была бы сыта да опрятна. Я забиралась в щель между сараем и забором, где зажигала звёздочки для своих кукол. – Ланина чуть не плакала. – Получается, это она меня проворонила?

– Увы! – вздохнул ротмистр и продолжил лекцию: – Потусторонняя часть, которая есть у каждого одарённого, как раз то, что и отличает нас от простецов, наполняется довольно неприятными искажениями. Их-то и выправляет наставница во время всего периода обучения будущей ведьмы. А ритуал вступления в ведьмовскую силу, который, увы, не удалось завершить вам с Мельничихой, – и есть замена чародейскому перекрещению.

– А если и тут родители пропустят? – Ведьмочка буквально превратилась в слух.

– Поверь, такого пропустить они не смогут. В любом случае, если к ребёнку с потусторонними искажениями не приставить наставницу, через некоторое время мы получим полностью сумасшедшую девочку, которая вообще не отличает явь от снов, постоянно разговаривает с голосами, доносящимися в её голове с той стороны, и, в конце концов, окончательно теряющаяся в потустороннем мире.

– Так тот призрачный двухголовый кот, смеющийся надо мною и говорящий про всех гадости… получается, он мне не снился? – ошарашенно пробормотала девушка.

– Видимо, ты попала к Настасье Яковлевне в совсем запущенном состоянии. И она сотворила чудо, вытащив тебя.

– А ещё Вы сказали про упущенный дар у девочек, – с испугом проговорила Елена, расстроенная воспоминаниями о погибшей наставнице. – А как же мальчики?

– С мальчишками всё проще. Если священник вовремя не проведёт обряд, то потусторонняя часть довольно быстро выгорит, и он останется обычным простецом, который, если повезёт, будет воспринимать фонарики, которые он зажигал, как красивый детский сон. А если не повезёт, то так и будет всю жизнь снедаем тоской о несбывшемся.

– Это очень печально, – вздохнула Елена и попыталась поменять болезненную тему. – Но мы отвлеклись от вопроса про церковь и жандармерию. Священники и монахи, они ведь все очень сильные целители и кудесники. Почему они не практикуют, а отдают защиту от потустороннего третьему отделу жандармов, а лечение – корпусу целителей?

– Всё очень просто. – печально улыбнулся жандарм. – Предназначение церкви – опекать души. То, куда они отправятся после смерти. К Божьему свету или в кромешную тьму, где останется лишь плач и скрежет зубов. А мирское церковь оставляет миру. Власть – кесарю, Чары – кудеснику. У клира свои пути и свои враги, – подытожил Антон Владимирович.

– Спасибо, господин ротмистр! – прошептала Ланина, задумчиво переваривая всё, что узнала.

– Удачи тебе, девочка! – Начальник третьего отделения, раскланявшись с потенциальной целительницей, быстрым шагом покинул площадку у источника.

* * *

Елена расслабилась, отрешилась от всего, закрыла глаза и попыталась, по совету ротмистра, воплотить в своём воображении тонкую зелёную нить среди бьющегося перед её внутренним взором потока энергии. Девушка не знала, сколько времени прошло, прежде чем она услышала вверху, среди ветвей плакучей ивы, шорох, будто бы кто-то крупный безуспешно пытался незаметно слезть на землю.

Будущая целительница открыла глаза, обернулась на отвлёкший её звук и увидела, что почти у самой поверхности, замер молодой человек её возраста, обхвативший узловатый ствол обеими руками и во все глаза глядящий на неё.

– Извините, я не хотел отвлекать Вас! – раскаянно пробормотал незнакомец. – Я пытался спуститься как можно тише, но у меня затекла нога от долгого сидения в ветвях.

– Не хотели, но всё же отвлекли! – с вызовом ответила Ланина, невольно рассматривая ладно сложенного светловолосого юношу с насыщенно синими глазами и чертами лица, как будто бы высеченными из мрамора древним скульптором.

– Простите, это вышло случайно! – Молодой человек открыто любовался манкой и