Обыкновенные монстры. Из пыли и праха - Дж. М. Миро

прожили вдвоем. Мать их умерла при родах Кэролайн, и Эдвард почти не помнил ее. Отец работал кузнецом, пока не заболел, и Эдвард с десяти лет брался за любую работу. Но еще с детства казалось, что это Кэролайн заботится об Эдварде, а не наоборот, и она продолжала заботиться о нем, даже когда вышла замуж за мистера Фика, доброго, но старого человека, рисовавшего птиц для одного богача из Англии. До этого из-за ее способностей ее забрали и отправили жить в то шикарное поместье Карндейл, там она и встретила мистера Фика, когда потеряла руку из-за несчастного случая. Она всегда следила за тем, чтобы Эдвард был накормлен и ухожен. И возможно, он скучал по ней сильнее, чем по кому-либо. Но он знал: Кэролайн хотела, чтобы он сумел справиться здесь без нее. Она зависела от его благополучия, и он намеревался во что бы то ни стало доказать ей, что у него все получится.

Перед дверью ему пришлось поставить одну из коробок на неровную ступень, чтобы пошарить в кармане в поисках ключа. Открытая шея мерзла на холоде. Войдя внутрь, он на мгновение замер во мраке, вдыхая старый запах свечей и пыли, прислушиваясь. На минуту он притворился, что слышит Кэролайн наверху, с малышами — будто она им что-то напевает. Поставив коробки на прилавок в задней комнате, он распаковал одну из них, а вторую понес в подвал. На лестнице, в двух шагах от подвала, он остановился: в полумраке за длинным столом вырисовывалась стройная фигура. Как кто-то сюда попал, Эдвард объяснить не мог. По всей видимости, это была женщина, закутанная в плащ, а в руках она держала раскрытую книгу Кэролайн. Мягко захлопнув том, она откинула капюшон с лица, тут же озарившегося мерцанием свечей. На смуглом лице виднелось выражение усталости, как будто от недосыпа, черные волосы свисали двумя косами, по одной над каждой грудью. Грязный плащ был испещрен полосками бледной пыли, а под ним проглядывало платье с высоким воротником, все из разноцветных заплат. Эдварду оно понравилось, но раньше он никогда не видел подобных, а потому догадался, что незнакомка явилась издалека. На ее правой руке была красная перчатка, но левая была открытой. На горле в мерцании свечей ярко, словно серебряная луна, блестела монета на кожаном шнурке. По одной стороне на челюсти расплылся огромный пурпурный синяк.

— Я ищу Кэролайн Фик, — сказала она жестко.

Эдвард сглотнул. Он был уверен, что должен что-то ответить, но не знал, что именно. Девушка ждала. На ее лице мелькнуло нетерпение:

— Так что, она здесь или нет?

Сестра всегда говорила Эдварду, что он должен следить за своими манерами. Не нужно сморкаться в руку, пускать газы при людях или произносить плохие слова. В этом он был уверен безоговорочно. Но сейчас ситуация казалась иной. Он постарался придать своему голосу как можно больше вежливости:

— Мисс, я с большим сожалением вынужден сообщить, что Кэролайн здесь нет.

На его взгляд, прозвучало неплохо. Кэролайн это понравилось бы. Он продолжал держать в руках большую коробку и не опускал ее, потому что ему казалось более вежливым просто стоять на месте и уделять все внимание девушке, пока она с ним разговаривает, но руки постепенно уставали. Он перехватил коробку.

— И скоро она вернется? — спросила девушка.

— Нет, нескоро.

— А кто вы такой? Как вас зовут?

Щеки его запылали. Ему следовало представиться.

— Эдвард Майкл Олбани, мисс. Я… Я ее брат.

И снова долгая пауза, словно девушка ожидала от него продолжения. Эдвард попытался подумать, как на его месте поступила бы Кэролайн.

— Не хотите ли вы… не хотите ли чашечку чая?

Девушка плавно шагнула вперед, на свет, откладывая книгу и расправляя платье.

— Я хотела бы, мистер Олбани, чтобы вы рассказали, куда она ушла, — сказала она мягким, но слегка строгим тоном.

Джета подняла свечу выше, поморщившись, когда горячий воск заструился по ее костяшкам.

Итак, это был брат тот самой миссис Фик.

Такой высоченный. Огромный грузный мужчина с густой седой бородой, закрывавшей половину лица, с крошечными немигающими глазками, устремленными прямо на нее, и с огромным животом, прижатым к ящику, который держал в руках. Он был намного выше того юноши, Чарли Овида, который накануне ударил ее и сшиб с ног, воспользовавшись силой испорченной пыли. От великана исходил резкий запах ржавчины и солоноватой воды, как будто он не менял одежду несколько дней. Кости в ней болезненно зашевелились, отзываясь на тягу его костей.

Но если он и хотел причинить ей зло, то не подавал вида; напротив, он выглядел добродушным, желающим угодить. И голос его, как с тревогой осознала она, скорее походил на тоненький голосок мальчика — высокий, неуверенный, испуганный.

Ну что ж, у него есть поводы для опасений.

— Мистер Олбани, — сказала она уверенно, будто это она была здесь хозяйкой, а он гостем. — Эдвард. Не стой здесь истуканом. Опусти ящик. Подойди ближе!

И он с явным облегчением поставил ящик на стопку других и повернулся к ней лицом в полумраке. Ботинки его захрустели по битому стеклу и щепкам. Джета повела рукой со свечой, освещая подвал, походивший на какую-то лабораторию. Вдоль одной стены тянулся длинный рабочий стол из грубого дерева, и она зашла за него, держась на расстоянии от великана. За столом возвышался массивный старый очаг, черный и холодный, из которого дуло. Котел, полка с книгами. Когда она поставила свечу, среди ящиков и бочек в полумраке высветились бочки с сорванными крышками и опрокинутые в спешке подносы с бутылками. Миссис Фик каким-то образом была связана с Карндейлом и испорченной пылью, и связь эта определенно не была невинной.

— Так где же сейчас твоя сестра? — спросила Джета.

Мужчина заморгал. На секунду ей показалось, что он сейчас заплачет, но он сдержался.

— Уехала, — ответил он. — Неожиданно. Еще вчера вечером была здесь.

— Куда уехала?

Он пожал огромными плечами. Джета потрогала монету у горла, размышляя.

— Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности, Эдвард. — Он благодарно посмотрел на нее. — Но мне очень нужно найти твою сестру. Ради ее же безопасности. Молодой человек, с которым она находится, опасен.

— Нет, нет, нет. Чарли — хороший мальчик.

— Это он хотел, чтобы вы так думали. Но это не так.

— Кэролайн умная, она всегда была умной. Она сказала мне не волноваться.

— Но сейчас она далеко от дома, не так ли?

Он кивнул.

— И теперь ты беспокоишься о ней, правда? Ничего страшного, если ты мне расскажешь. Я из Карндейла. Она сама хотела бы, чтобы ты поговорил со мной.

— Хорошо.