Переплетения 6 - Гизум Герко

Из тающих искр портала шагнула Зера. На ней была та же асимметричная кожаная броня, легкая и хищная, а за спиной крест-накрест висели парные рапиры. За ней материализовались еще четверо. Лица, знакомые мне еще по битве в Затонувшем Храме.

Высокий, надменный эльф с длинным композитным луком — Ястреб. Маленький, суетливый гном в белой робе жреца, сжимающий в руках посох с навершием в виде солнца — Бинтик. И двое крепких бойцов поддержки — боевой маг огня и разбойник с отравленными кинжалами.

— Костяк «Феникса» на месте, — Зера обнажила клинки, скрестив их перед грудью в приветственном салюте. — Бастиона нет, как и договаривались. Только те, кто верен идее, а не золоту. Что тут у вас за затор?

— Рады видеть, — я кивнул, чувствуя, как напряжение в плечах немного спадает. — Затор из АоЕ-контроля. Близко не подходить, аура страха пять метров. Ястреб, Бинтик, вы как раз вовремя.

Эльф-лучник мгновенно оценил обстановку. Он бросил короткий, профессиональный взгляд на Снайдера, отмечая качество его экипировки и натянутую тетиву. Снайдер ответил таким же оценивающим кивком. Два лучших стрелка сервера встретились на одной узкой тропе.

— Понял механику, — Ястреб плавно вытащил стрелу из колчана. — Работаем в тандеме? Я бью по коленным суставам, замедляю, ты критуешь в голову?

— Идет, — ухмыльнулся Снайдер. — Посмотрим, чьи эльфийские стрелы острее.

Бинтик тем временем уже кастовал массовое [Благословение стойкости] на всю группу.

— Наконец-то нормальная работа, — проворчал гном-лекарь, поправляя съехавшие на нос очки. — А то я думал, мы так и будем стоять у входа и слушать, как эти железные дровосеки из «Стальных Братьев» травят байки про руду. Без обид, парни!

— Какие обиды, лекарь, — пробасил Сталевар. — Главное, чтобы ты нас выхиливал, когда эта дрянь до нас доберется.

С приходом «Фениксов» дело пошло в разы быстрее. Огневая мощь возросла многократно. Ястреб и Снайдер устроили негласное соревнование, превращая Эхо Паники в цифровые подушки для иголок еще до того, как те успевали приблизиться на опасное расстояние. Маг огня из группы Ани заливал узкие проходы пламенем, а мы с Еленой точечно добивали выживших. Шнырь и Зера, лишенные возможности бить вблизи, охраняли тылы, пресекая редкие попытки мобов появиться прямо из стен позади нас.

Спустя полчаса интенсивного продвижения коридор расширился, переходя в огромную авансцену. Зачистив последний пак призраков, мы остановились.

Перед нами возвышались Врата. Вторые в этом проклятом месте. Они кардинально отличались от гладкого обсидиана предыдущих залов. Эти створки были отлиты из мутного, тяжелого металла, похожего на свинец, и покрыты сложной гравировкой, изображающей переплетенные шестеренки, микросхемы и искаженные лица существ, застрявших между жизнью и кодом.

Над вратами не было привычного черепа, обозначающего комнату босса. Там горел лишь один символ — перевернутая бесконечность, пульсирующая холодным синим светом.

Я посмотрел на панель рейда. Пятнадцать человек. Отличная, слаженная команда. Мы прошли первый зал, мы преодолели ментальный прессинг. Но интуиция аналитика, обостренная до предела в этом искаженном месте, кричала об опасности.

Уровень босса, скрывающегося за этими дверями, был сто плюс. И если Архитектор Снов, будучи лишь «привратником», заставил нас вывернуться наизнанку, то страж внутренних покоев Роланда потребует от нас всего, что мы имеем, и еще немного сверху. Нападать в пятнадцать человек на босса, рассчитанного на полноценный рейд из двадцати пяти топ-игроков, означало обречь всех на гарантированное удаление данных.

— Мы не пойдем туда в таком составе, — твердо произнес я, опираясь на посох и глядя на массивные створки.

— Согласна, — Елена подошла ближе, её глаза сузились. — Это самоубийство. Математика не сходится. У нас не хватит ни урона, ни пула здоровья у танков, чтобы пережить фазы ярости.

В этот момент интерфейс снова ожил. На этот раз мигала иконка глобального чата гильдий, доступная мне через временный статус командира объединенных сил.

[Лично][Светозар]: Маркус, мы на пороге. Двенадцать хвостов, основной статик «Волков». Мои парни злые, баффы стынут. Мы зачистили площадь от внешних патрулей. Впускай.

Я с облегчением выдохнул. Тяжелая кавалерия наконец-то добралась до места.

[Лично][Маркус]: Принято, Светозар. Выдаю тебе права помощника. Мест в рейде осталось ровно десять. Выбирай самых стойких. Нам нужны чистые хилы, толстые танки и точечный дамаг. Бездумное АоЕ здесь только мешает. И обязательно возьми кого-то с мощным контролем магии.

[Лично][Светозар]: Обижаешь, тактик. Я веду элиту. Ждите.

Я нажал подтверждение, передавая часть административных прав лидеру «Волков». В левой части моего экрана, где отображался состав рейда, пустые слоты начали стремительно заполняться именами, загораясь зеленым цветом онлайна.

Шестнадцать. Девятнадцать. Двадцать два. Двадцать пять. Лимит достигнут. Полноценная армия, собранная из представителей трех разных философий игры, объединилась под одной панелью управления.

Вспышки призыва осветили авансцену так ярко, что пришлось прищуриться. Звук материализации смешался с тяжелым лязгом дорогих доспехов, гудением магических амулетов и низким рычанием прирученных зверей.

Впереди всех, словно сошедший с агитационного плаката Истинных Богов, шагнул Светозар. Его белоснежный плащ ничуть не пострадал от грязи Арденского леса, а паладинский щит излучал мягкое, успокаивающее свечение. Рядом с ним тяжело ступал Борис — Старый Мол — чья могучая борода, казалось, стала еще шире, а двуручный топор на плече гудел от переизбытка влитых в него рун.

— Ну здорово, отцы! — прогремел Борис, подходя ко мне и с размаху хлопая по плечу так, что у меня чуть не вылетел посох. — Оставили нас на растерзание местной фауне, а сами тут прохлаждаетесь?

— Если бы мы тут прохлаждались, вы бы сейчас стояли перед закрытыми воротами Цитадели, — ответил я, искренне улыбаясь другу. Присутствие Бориса действовало как якорь реальности, напоминая о том, что за всем этим цифровым кошмаром стоят обычные люди.

Из-за спины Мола вынырнул Бугайло. Варвар, закованный в шипастые латы, с грохотом опустил на пол свой исполинский молот и потер руки.

— Слышал, тут раздают люлей каким-то зажравшимся программам? Моя ярость на пределе. Кого бить?

Следом шел Воскрешайло. Некромант выглядел еще более мрачным, чем обычно. Его робы казались сотканными из тумана, а в глазницах капюшона мерцало зеленоватое пламя. Он обвел взглядом идеальные, стерильные стены коридора и презрительно скривился.

— Какая пошлость. Ни одной приличной кучи костей. Даже поднять некого. Это место оскорбляет мои эстетические чувства.

Дорк, монах-целитель, замыкал процессию. Спокойный, как скала, он лишь сложил руки в молитвенном жесте и кивнул Елене и Михаилу, признавая в них коллег