Как я съел ваши фаерболы 2 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Из вживленных динамиков вырвался тяжелый, вибрирующий рев. Уши сразу заложило, а мостик над головой мелко задрожал. Кабели заискрили, выбрасывая струи шипящего пара. Силовые линии кристалла завыли, наливаясь фиолетовым светом.

Сверху с воинственным воплем рухнула Диана. В полете стукнулась о каменный выступ, оттуда с ойканьем отлетела на поверхность кристалла (оставив на нем отпечаток губной помады), и шлепнулась рядом со мной прямо на зад.

Как ни в чём не бывало Ди мгновенно вскочила и выпрямилась, застыв в боевой позе, выставив коготки. Белые ушки стояли торчком, хвост ходил ходуном. Из рукавов с визгом вырвались шипастые ветви, заколотив по полу и выбивая бетонную крошку.

— Ну давай, старый пень! — крикнула Диана, обнажая клыки. — Попробуй, возьми нас на зубок! Игорек тебя на удобрения пустит!

Сверху, вцепившись в ржавые перила, свесилась Валерия. Её голос сорвался на крик:

— Ярослав, бей сейчас! Щиты перегружены, его Ядро без защиты! Не жди, пока он пробудит силу!

Напряжение в пещере зашкаливало. Воздух звенел от маны, готовой сорваться с кончиков пальцев.

Над кристаллом вспыхнула пентаграмма заклинания. Граф, буравя нас диким взглядом, уже готовился дать отпор. Ди хлестала лозами по полу.

— Резня-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я! — визжала сестрица.

Я лениво поднял раскрытую ладонь.

— Ди, брейк. Игорька с Пушком на привязь.

Сестра осеклась на полуслове. Шипастые ветви замерли в дюйме от плоти монстра.

Я повернулся к огромному лицу Медведева, сунул руки в карманы и наклонил голову набок.

— Дед, тормози. Ты таблетки принял? Давление вон как скачет, сосуды полопаются раньше, чем мы начнем.

Из динамиков Медведева вырвался сиплый хрип, сменившийся тишиной.

Он вообще может говорить? Пока только хрипит. Ну судя по глазам, вроде как понимает.

— Аниме-битву мы всегда успеем устроить, — продолжил я, разглядывая его треснувшие трубки. — У нас тут база рушится, Разлом идет вразнос. Давай лучше сядем и нормально перетрем по понятиям. Без дешевых понтов, ага?

В пещере повисла тишина. Слышно было только, как капли разбиваются о камень.

Диана медленно опустила руки, лозы её баобаба удивленно обмякли и повисли плетями. Валерия на мостике так и застыла с полуоткрытым ртом.

Сам Граф Медведев застыл с полуоткрытой пастью. Синий огонь в его глазах пару раз моргнул. Пентаграмма замерцала.

Монстр тупо смотрел на меня, не понимая, раздавить меня прямо сейчас или все-таки выслушать.

Динамики в груди монстра зашипели, выплевывая тяжелый, искаженный бас:

— ВОЛКОВ…

О, всё-таки дед умеет трындеть не только через свою марионетку.

Я не торопился. Спокойно подошел к обломку бетонной плиты, смахнул ладонью слой серой пыли и лениво уселся, закинув ногу на ногу.

— Сбавь обороты, дед. И давление побереги. С твоим букетом болезней так орать вредно. У тебя сейчас мембраны в динамиках лопнут, а новые тебе сюда никто не привезет. Даже курьеры так глубоко не забираются.

Из недр плоти донеслось тяжелое, клокочущее сопение. Кристаллы вокруг него слабо задрожали. Я ткнул пальцем в сторону сочащихся шлангов.

— Расклад такой. Системы охлаждения приказали долго жить. Манометры зашкаливают, трубы сипят. Через полчаса Разлом сделает «бум», а бункер твой просто сожмет в, мать её, сингулярность. Ты врос в этот аметист так прочно, что тебя даже подъемным краном не выковырять. Бежать тебе не на чем, ног-то нет. Тебя разнесет на субатомные сопли.

Я откинулся назад, опершись локтями на колени.

— Предлагаю сделку. Ты добровольно отключаешь заслон к Ядру Разлома. Я упакую всю эту нестабильную дрянь в свой Чёрный Желудок. База выживает, а ты получаешь шанс продолжить своё унылое бытие. Это точно лучше, чем разлететься кровавыми брызгами по стенам.

Диана рядом со мной согласно закивала, её хвост удовлетворенно качнулся.

— Да, дедуль, соглашайся, — подала она голос. — Мой братец собаку съел на переработке мусора.

От же мелкая язва.

Багровая плоть на лице Графа судорожно задергалась, плавясь еще сильнее. Динамики взвыли от помех:

— Сделка? С сыном Волкова⁈ Твой отец сдох из-за меня, щенок! Твоя мать сгинула без похорон на поживу тварям Бездны! И ты пришел ко мне договариваться? Разве ты не жаждешь моей крови? Разве ты не пришел мстить за Андрея и Лилию⁈

Я коротко рассмеялся. Ох, знал бы ты, дед…

Поднялся с обломка плиты, подошел вплотную к кристаллической друзе и похлопал ладонью по фиолетовой грани, словно проверял прочность дешевого комода.

— Мстить? Кому, тебе? Посмотри на себя, дед. Пятнадцать лет гнить в камне и исходить соплями в пробирки? Ты сам себя наказал круче любого ада. Ты просто жирная прикроватная тумбочка Бездны. Мне марать о тебя когти банально в падлу.

С сухим щелчком я выпустил Призрачные Когти. Черная дымка Бездны окутала мои пальцы, с тихим писком разрезая воздух.

— Но если очень хочешь помахаться перед смертью, давай устроим шоу. У Ди вон так и чешутся руки, чтобы нарезать твой кристалл на сувенирные кубики. А Игорек с Пушком уже прикидывают, сколько из тебя выйдет перегноя. Только ты и двух раундов не выстоишь. Сосуды лопнут от первого же чиха. Так что выбирай: жизнь с позором, но с пользой для моего рациона или глупая смерть в режиме камикадзе.

Синий огонь в глазах Графа пару раз моргнул. Из динамиков вырвался тяжелый, свистящий вздох.

— И что… что будет с моим Кланом?

Я небрежно махнул рукой в сторону мостика, где застыла Валерия.

— О Клане не переживай. Твоя дочурка уже присягнула мне на верность. Замечательная девочка, исполнительная. Будет чистить мне морковку на кухне, варить супы и рулить твоими заводами под моим чутким присмотром. Правда же, Лерочка?

На мостике Валерия вцепилась в перила так, что её пальцы побелели. Она склонила голову набок, кривя губы в ядовитой ухмылке:

— Если ты думаешь, что я буду тебе кухаркой, то сильно недооцениваешь мои познания в химии. Твой суп может оказаться последним.

Я хмыкнул, не оборачиваясь:

— О, видишь, дед? С характером девка. Нам на кухне как раз огонька не хватало.

Лицо Графа медленно повернулось в сторону мостика. Его синие глаза сфокусировались на дочери.

— Ты же… привела их сюда на мою погибель? — прохрипел граф.

С расстояния в двадцать метров я отчетливо услышал, как у Валерии сжались челюсти и скрипнули зубы. Она ничего не ответила отцу.

Диана рядом со мной тихонько прыснула, прикрыв рот ладошкой, и победно шевельнула белыми ушками.

Я убрал когти, засунул руки в карманы и