Синий Звон - Роман Суворов

– Хотите прочесть депешу приказчика? – Юрий Сергеевич протянул начальнику третьего отделения бланк, на котором скучным конторским почерком было выведено:

Купцу первой гильдии Паранову.

Астрахань, личное владение.

Сергей Никитович! Известный вам товар раскуплен подчистую. Покупатели требуют ещё. Срочно привозите в два раза от того, что было.

Вожжинский.

Московской губернии, Н-ск, контора № 15 в торговых рядах.

– Действительно, довольно странный текст, – согласился Рыжков. – Чутьё меня явно не обмануло.

– Кабы не пришлось нам брать этого Вожжинского.

– Если приказчик и есть колдун, у нас проблемы, – сконфузился ротмистр. – У меня сила духа почти вся вышла. Восстанавливаться надо. А Егоров… – Тут Антон Владимирович немного задумался. – Может и не справиться один.

– Меня Вы не считаете?

– Со всем уважением, – улыбнулся Рыжков, – но в драке с колдуном, сомневаюсь, что Вы сможете ему что-то противопоставить.

– А если вызвать подкрепление? – с небольшой запинкой спросил Журбин.

– Все одарённые Н-ска перед Вами, господин подполковник, – покачал головой начальник третьего отделения. – Служивые одарённые, я имею в виду. А простецов, пожалуй, рота нужна будет, и то если колдун слабосилок какой. А он даже явно выше среднего, судя по тому, какие дела творит.

– Давайте поступим таким образом, – немного подумав, предложил подполковник. – Наш фигурант ведь не знает, что Вы не в форме? Попробуем эффект неожиданности. Может, сдастся сам?

– А если нет?

– Уйдём под прикрытием Егорова. Это Вашему адъютанту, надеюсь, по силам?

– Вероятно, – чуть более уверенно ответил Рыжков. – Однако если так случится, то наш визави будет уже настороже.

– Боюсь, раз он перешёл к таким открытым действиям как поджог телеграфа, то уже явно не расслаблен.

– Не могу с Вами не согласиться, – кивнул задумчиво Рыжков. – У меня вообще сложилось впечатление, что наш фигурант, мягко говоря, паникует.

– Тем более, – лицо Журбина осветила хищная ухмылка.

– Решено! Предлагаю такой порядок действий…

* * *

Данила Васильевич Вожжинский, довольно молодой худощавый хлыщ в кургузом тёмно-синем с искрой костюме, стоял за конторкой и сосредоточенно что-то вносил в серый гроссбух, порой сердито щёлкая костяшками счёт, порой что-то подчищая и с каждой такой подчисткой всё более хмурясь.

– Кто там ещё? – крикнул он в ответ на очень настойчивый стук в дверь.

– Приказчик Вожжинский? – прогремел уверенный голос начальника третьего отделения.

– С кем имею честь? – удивлённо посмотрел поверх очков молодой человек, безуспешно пытаясь заслонить собою гроссбух.

– Подполковник Журбин.

– Ротмистр Рыжков. Н-ская уездная жандармерия.

– И по какому поводу господа имперская безопасность почтили нас своим присутствием? – с видимым облегчением выдохнул приказчик, по всему сперва вообразивший, что его посетили податные инспекторы.

– Сожалею, но мы вынуждены потребовать Вас следовать за нами, – стальным голосом заявил Журбин.

– Но с какой стати? – растерянно выдохнул не ожидавший такого поворота Вожжинский. – Против Государя мы не злоумышляем, с заграничными подданными дел не ведём. Да у нас даже недоимок нет!

– Ваши недоимки, как и двойная бухгалтерия, – ротмистр кивком указал на гроссбух, – всё это нашего ведомства никак не касается!

– Ой, да какая, право слово, «двойная бухгалтерия», так – черновые заметочки, – подобострастно улыбнулся приказчик, всё пытаясь заслонить массивный том.

– Повторяю, нас не интересует Ваше мелкое жульничество.

– Тогда в чём меня обвиняют? – Глаза запаниковавшего Данилы Васильевича буквально вылезли из орбит.

– Что имеете сказать по поводу переданной Вами шифровки? – Журбин приблизил лицо вплотную к лицу побледневшего Вожжинского.

– К-какой шифровки? – сглотнул приказчик.

– Этой! – Рыжков со стуком положил на столешницу бланк телеграммы.

Вожжинский уставился на депешу. Перевёл непонимающий взгляд на одного жандарма. Потом на второго. Вновь на бланк.

– Простите, н-но… Я не понимаю, – комично потряс головой Данила Васильевич. – Какая шифровка? Я уведомил хозяина о том, что весь товар раскупили, и попросил срочно привезти ещё. У него как раз «Ласточка» под парами. С низовьев Волги идти должна.

– О каком товаре идёт речь? – грозно нахмурил брови начальник второго отделения.

– П-п-п… – От страха Вожжинский начал заикаться. – П-п-п-платки… Оренбургские пуховые п-п-платки.

– Какие платки! – рявкнул Журбин.

– О-о-о-оренбургские… – Приказчик был явно близок к обмороку. – П-п-п-пуховые…

– Да на кой они летом? – чуть даже растерялся подполковник.

– Бабы к осени готовятся, – пожал плечами приказчик. – Вашей супруге, кстати, не нужно?

– Ты мне что тут? – разъярился не на шутку начальник первого отделения. – Взятку платками дать хочешь? – Его глаза, казалось, вылезли из орбит.

– Погодите, погодите, подполковник! – встрял Антон Владимирович как бы заслоняя незадачливого мздодателя от потянувшегося к тому Журбина, и продолжил елейным голосом: – Господин Вожжинский, а Вы в какой, пардон, вере крещены?

– Вере? А причём тут вера? – Молодой человек, казалось, уже совершенно ничего не понимал.

– Отвечайте на вопрос! – гневно прошипел начальник политического отделения.

– Да, это довольно простой вопрос, – поддержал соратника ротмистр. – Ответьте, пожалуйста, Вы какого вероисповедания?

– П-п-п-православного. Самого что ни на есть православного! – бухнулся на колени приказчик. – Вот Вам, господа жандармы, истинный крест, православного!!! – Выкрикнул он, вытащил из-за пазухи крестик и залился горькими слезами.

– Действительно, православного, – сыграл удивление Журбин.

– Тогда ответьте мне как на духу. – В голосе ротмистра прозвучал металл. – Вы одарённый?

– Что? – поперхнулся Вожжинский и вытер слёзы рукавом. – Какой одарённый? Кудесник, что ли?

– Именно, – подтвердил Рыжков.

– Господь избавил, – вновь на всякий случай перекрестился приказчик.

– Проверим. – Кудесник щёлкнул пальцами, и вокруг головы Данилы Васильевича вспыхнула чуть видная зелёная аура, впрочем, мгновенно потускневшая и рассеявшаяся в течение двух секунд.

Жандармы переглянулись. Антон Владимирович слегка пожал плечами, винясь перед начальником первого отделения, что его «верная» догадка не подтвердилась.

– Егоров, отбой! – крикнул за дверь ротмистр.

– Взяли? – Створка отворилась, и из-за неё показалась любопытная физиономия адъютанта.

– Увы, – слегка помотал головой Антон Владимирович. – Обыкновенный простец.

– Простите за беспокойство, – бросил подполковник очухивающемуся приказчику, в глазах которого начало разгораться возмущение.

– В