Тени Овидии - Нилоа Грэй

Овидия не знала, что сказать.

– Ты даже не представляешь, как тебе повезло, – продолжал Харви. – Ноам любит тебя. И не просто любит, уважает, боготворит. Такой союз, как у вас – это большая редкость и…

– Я поняла твою мысль, – прервала его Овидия и почувствовала, как что-то упало ей на лицо. – Похоже, собирается дождь. Наверное, нам стоит возвращаться домой.

– Хорошо, – Харви кивнул и, достав карманные часы, взглянул на циферблат. – Три часа, если мы сейчас вернемся, ты еще успеешь вдоволь пообниматься со своим мужем.

Овидия слабо улыбнулась.

Назад возвращались той же дорогой. Переулок рядом с заведением Эндоры заметно опустел, а внутри уже почти не осталось клиентов. У дверей комнаты Овидия отдала Харви плащ и поблагодарила за прогулку. Тот театрально раскланялся в ответ.

– Рад быть полезным, миссис, – сказал он и с этими словами скрылся в комнате у себя наверху.

Овидия осторожно вошла внутрь. Ноам крепко спал. Черная Ведьма подошла к нему и убрала прядь с его лица, такого расслабленного и спокойного во сне.

– Я все еще злюсь на тебя, – проговорила она. – Но… Но спасибо тебе, что ты есть.

Она зашла за ширму, сняла туфли и легла. Дыхание Ноама было тихим и умиротворяющим. Под его мерный убаюкивающий ритм она и уснула крепким сном без сновидений.

Воспоминание VI

4 мая 1839 года.

Винчестер, Англия.

Часы на главной площади пробили почти шесть, и солнце начало потихоньку прятаться за горизонтом. Было начало мая, блаженное время, когда дни становятся заметно длиннее, а в теплом воздухе носится обещание скорого лета.

Они шли по улицам Винчестера, и люди оглядывались вслед этой паре, которая больше не скрывала своих отношений ни от кого. Ноам рассказывал что-то веселое, а Овидия радостно смеялась в ответ. Перейдя площадь, они вышли на улицу, где располагался дом Овидии.

– Она ужасная эгоистка! – говорил Ноам, улыбаясь Овидии, которая вся светилась от радости. – Думает только о себе. Не понимаю, как тебе могут нравиться такие романы.

– Персонажи не должны быть идеальными. Ну и потом, согласись, она такая смешная!

– Эмма Вудхаус упряма, надменна и эгоистична, – настаивал на своем Ноам, глядя в лицо Овидии, которая никак не могла придать ему серьезное выражение. – Я понимаю причины, которые заставили ее действовать именно так, но…

– «Лучше не иметь интеллекта, чем злоупотреблять им», – процитировала Овидия и плотно сжала губы, чтобы не рассмеяться.

Ноам остановился и, не отпуская ее руки, внимательно посмотрел на свою спутницу.

– Поясни?

– Ах, Ноам. Ты так умен в некоторых вещах. Но иногда… Иногда тебе как будто не хватает мудрости.

Овидия не могла поверить, что Ноам прочитал роман.

Через несколько дней после того свидания, когда юный Провидец подарил ей стихотворение и отвел на пикник, он подошел к ней в Академии с «Эммой» в руках и сказал:

– Вот. Купил вчера. Сегодня вечером дочитаю.

И ведь действительно, дочитал.

И вот теперь они гуляли по Винчестеру и обсуждали любимую книгу Овидии, и сама мысль о том, что это происходит именно с ней, сейчас, на самом деле, заставляла девушку радостно улыбаться.

Дом Овидии был угловым и последним на своей улице. Они остановились у калитки, из сада доносились ароматы цветов и трав. По свету в комнате Жанетты девушка догадалась, что помощница ждет ее, но ей так не хотелось спешить домой, так хотелось продлить этот вечер еще хоть немного и так не хотелось отпускать руку Ноама.

– Спасибо за еще один прекрасный вечер. Я, правда, очень благодарна, – проговорила Овидия, продолжая держать руку Ноама в своей. И после паузы неожиданно добавила, очень быстро и с заметным волнением в голосе, – может быть, зайдешь к нам попить чаю?

Они оба знали, что делают. Оба знали, что зайди Ноам сейчас в дом, слух об этом моментально разнесется по всему Винчестеру. С них и так уже не спускали глаз, и в Академии, и на улицах, и в парках, – везде, где они появлялись вместе, их встречали многозначительными взглядами.

От волнения Овидию пробил пот.

– Знаешь, Овидия, я хотел бы познакомить тебя с моим отцом, – вдруг сказал Ноам.

Девушка посмотрела на Ноама, и в этом взгляде было столько растерянности и волнения, что юный Провидец растерялся.

– Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя обязанной, Овидия, – начал он. – Мне хорошо с тобой. Очень. Иногда, когда мы вместе, мне начинает казаться, что время останавливается. А иногда – будто оно ускоряется. Удивительное ощущение. Так ты примешь мое скромное приглашение?

С этими словами Ноам скрестил свои пальцы с пальцами Овидии, и они замерли так на некоторое время. Пальцы одной между пальцами другого. Ручка в ручку. Глаза в глаза.

Девушка глубоко вздохнула и почувствовала, каким тугим, оказывается, был ее корсет. А она не замечала. Впрочем, сейчас это ее волновало в самую последнюю очередь. Что по-настоящему занимало ее разум и душу, так это то, что Ноам, казалось, не собирался останавливаться и был готов сделать следующий шаг в своих ухаживаниях.

– Так ты придешь к нам знакомиться? – повторил Ноам свое предложение и посмотрел на Овидию сияющими глазами.

– Мне бы этого очень хотелось, – искренне ответила Овидия.

И в этот момент почувствовала что-то особое. Какую-то необычную нежность, которая разливалась от живота по всему ее телу.

Она сделала движение кистью, и Ноам, решив, что сцена затянулась, с готовностью отпустил ее.

– Нет, подожди, – возразила Овидия и, сняв перчатку, соединила свои, теперь уже обнаженные, пальцы с пальцами Ноама. А перчатку отдала юноше.

– Можешь считать, что это метафора, – сказала она. – Как в книжках, знаешь.

Вечерний свет отражался в темных глазах Ноама, и чтобы не утонуть в них с головой, Овидии пришлось сделать глубокий вдох.

– Не умею относиться к таким вещам легкомысленно, – сказала Овидия.

Ноам кивнул.

– Я тоже.

Теплая рука Ноама грела ее голую кожу, прохладный ветерок охлаждал, и приятнее этого для Овидии, казалось, не было ничего на свете. Хотя нет, все-таки было. Самый волнующий и приятный момент наступил чуть позже, когда Ноам поднес руку девушки к губам и поцеловал. От неожиданности Овидия перестала