Самый желанный приз - Анна Сергеевна Одувалова

«Господа», не обращая внимания на призыв, перевернули бутылку шампанского в кубок. Напиток, пенясь и шипя, выливался прямо в «сосуд», за который боролось не одно поколение турнирных стихийников.

– Да что же вы делаете?! – возмутилась я. – Приличные же с виду люди!

– Парни, закуску подвезли! – Дедок, державший кубок за ручки, встряхнул посудину и вдруг с недоумением охнул: – А куда вино исчезло?

Вандалы дружно склонились, проверяя содержимое.

– Кубок выпил? – принялись удивляться они. – Испарилось! Просто впиталось!

Внезапно оскверненный священный символ исполнил развлекательную программу на тему стихийных проявлений. В физиономии вандалов одновременно вылетело густое розовое облако, и выплеснулся фонтан игристого вина. Мы с Фергюсом успели отскочить в разные стороны. В воздухе повеяло кисловатым запахом шампанского. Обтекающие старики ошарашенно переглядывались. Секундой позже из кубка вылетели цветочные лепестки и вместе дымными сердечками закружились над нашими головами.

– Сынок, – пробормотал первый заводила, протягивая Айдену кубок, – забери его, пожалуйста. Ему больше не надо наливать.

– С радостью, – улыбнулся Фергюс.

Пока он аккуратно пристраивал символ турнира на постамент, я без зазрения совести успела съесть корзиночку с тающим во рту паштетом и сцапать бутербродик. Фергюс отряхнул руки, обернулся за своей разоренной тарелкой и спросил:

– Вкусно?

– Но мало.

С раздражением я обозрела подсыхающие пятна белом пиджаке и попыталась поскрести их ногтем.

– Не размазывай, – внезапно по-человечески посоветовал Фергюс. – Лучше промокни платком.

Не глядя я забрала протянутый кружевной клочок и тут же обнаружила, что этот самый измазанный платок Кристен Райн.

– Не благодари, – ухмыльнулся Айден.

Некоторое время безмолвными стражами мы стояли с двух сторон постамента. Было очевидным, что оставлять кубок, чтобы его не попытались осквернить каким-нибудь неожиданным способом, действительно не стоит.

– Будешь канапешку? – вдруг предложил Фергюсон.

– Давай.

– Думал откажешься, – признался он, наблюдая, как я выбираю самую симпатичную из оставшихся закусок.

– С чего бы?

– Не брать еду из рук врага и все такое прочее.

– И лишиться возможности тебя объесть? – фыркнула я.

– Слушай, Элис, – неожиданно назвал он меня по имени, заставив удивленно поднять голову, – в термосе действительно мог оказаться приворот?

– А ты в меня уже влюбился? – издевательски улыбнулась я. – Чувствуешь, что сердце стучит, и я кажусь самой красивой девушкой на этой полянке?

– Нет, – отрезал он.

– Потому что приворота в воде не было, – призналась я. – Ну… мне так кажется.

Время до портального перехода еле тянулось. Оркестр много раз сыграл турнирный марш, группа поддержки растеряла задор, когда мы наконец торжественно вернули липкий, пахнущий шампанским кубок на платформу. Перед отъездом мэр произнес очередную речь и наконец позволил нам тронуться в путь.

На площади перед вокзалом уже собрался народ, не успевший увидеть дневное шествие. В портальный вокзал мы входили под музыку и радостные крики толпы. И меньше всего я ожидала, что на другой стороне провинции будет идти дождь. Сумку с моими вещами еще с утра отправили в гостевой дом. Собираясь, на плохую погоду я не рассчитывала.

– Завтра непременно распогодится! – уверенно заявил улыбчивый куратор, встретивший нас в маленьком зале прибытия. – У нас прогноз в газете точный, как замагиченные часы.

– А если нет? – спросила я и покосилась на Фергюса, державшего деревянный ящичек с аккуратно упакованным кубком.

Судя по всему, напарника дождь не смущал.

– Заменим шествие на мероприятия в помещении! – радостно объявили нам.

– Я думал, ты любишь водную стихию, – насмешливо прокомментировал Айден, когда мы вышли на улицу, и я с тоской оглядела мокнущую под ливнем пустую площадь.

– Но не в тот момент, когда льет сверху, – буркнула я и, помахав над головой рукой, соорудила невидимый купол наподобие зонта.

– Чудесное решение! – восхитился куратор, пристраиваясь справа, чтобы добраться до экипажа и не промокнуть.

– Подними повыше, – скомандовал Фергюс, без смущения вставая слева.

До самоходного экипажа мы добрались зигзагом, пытаясь обойти особенно большие лужи. Полагаю, со стороны наше трио выглядело безнадежно пьяным.

Трехэтажный гостевой дом с темно-зеленой крышей и узкими окнами стоял недалеко от вокзала. Куратор вручил нам ключи и дорожные сумки с вещами из камеры хранения и, заявив, что в десять утра подгонят праздничную платформу, оставил заселяться.

Оказалось, что наши с Фергюсом комнаты находились на одном этаже, друг за другом. Не то чтобы мне было интересно, где живет мой личный нахал, но по лестнице мы поднимались вместе и даже не переругались, видимо, устали за день и несколько привыкли к обществу друг друга.

– Отдай мне кубок, – попросила я.

– Не доверяешь? – ухмыльнулся он, но деревянный кофр передал.

– Вдруг потеряешь, – буркнула в ответ, нежно прижимая к себе ящик.

Не признаваться же, что после сегодняшних приключений кубок хотелось очистить. Вдруг завтра, подмигивая отполированным пятном, он начнет плеваться пеной от игристого вина. А так я его хоть тряпочкой протру, чтобы на его сладкие бока не налипала пыль и грязь.

Как ни странно, организаторы не сэкономили, комнату сняли приличную, пусть и небольшую. Даже удобства были не на этаже, а в номере. Первым делом я переоделась в домашний костюм с короткими шортиками и, прихватив косметичку, отправилась пользоваться доступными благами цивилизации. В смысле, решила быстренько сходить в душ.

Только открыла дверь, как обнаружила в моей ванной комнате Фергюса! И одет он был весьма условно, в одни боксеры. От изумления у меня из рук едва не выпала косметичка.

Некоторое время я таращилась на подтянутый торс Айдена: крепкие плечи, аккуратные кубики пресса и… ниже смотреть постеснялась. Фергюс с ухмылкой изучал меня нахальным взглядом.

– Красивые шортики, – наконец прокомментировал он.

– Согласна, но это не объясняет, как ты попал в мою ванную, – с претензией воскликнула я, с трудом удерживаясь от порыва натянуть розовую ткань пониже.

– Через свою дверь.

За его широкой спиной действительно была вторая дверь.

– У нас что, одна ванная на двоих?! – совершенно искренне возмутилась я, не понимая, за что мне такая подстава!

– И я ее уже занял, – не смущаясь, прокомментировал Фергюс.

– А как же дамы вперед?

– Дамы могут идти вперед из ванной, – любезно предложил он и показал рукой направление этого самого «вперед».

– Бросим монетку! – предложила я.

– Никогда не слышала: кто первый встал, того и тапки? – ухмыльнулся он.

– У тебя нет тапок! – Я нарочито оглядела его с ног до головы, не позволив споткнуться взглядом на боксерах, и остановилась на босых ступнях.

– А у тебя нет монетки, – парировал он.

– Да неужели? – С победоносным видом я сунула руку в карман шортиков и, вытащив мелкую монетку, предъявила слегка обалдевшему от неожиданного поворота Фергюсу. – Бросаем?

Зажатый между пальцев пятак