Невеста в бегах. Хозяйка Запретных пустошей - Мария Минц

— Потрясающе! — восторгаюсь я, откусив кусочек. Вдруг что-то касается моей ноги; я подпрыгиваю и вижу рядом со столом большого чёрного пса. Он смотрит на меня с любопытством и улыбается, вывалив язык.

— Не бойся! — машет рукой Гленда, — Это Анемон, мой пёс. Он только с виду грозный. Я его всё надеялась научить дом стеречь, да только это зряшное дело. Он всех вокруг любит, а однажды, когда ко мне в дом завалились грабители, принёс им домашние туфли и стал ластиться! Эх. Муж-то у меня помер в том году, детей мы так и не завели, вот и кукую с Анемоном на пару.

В её последней фразе сквозит грусть, и я растерянно бормочу:

— Сочувствую…

— Брось, — отмахивается Гленда, — что было, то было, живём дальше и не жалуемся!

Анемон улыбается ещё шире, и я даже отваживаюсь потрепать его между ушей.

Пёс бьёт хвостом, а Гленда заходится радостным смехом.

— Хорошо, что у меня брать нечего! — как ни в чём не бывало заявляет она, — Грабители-то те и ушли несолоно хлебавши, а Анемон покрутился-покрутился и завалился спать.

Я улыбаюсь. По телу разливается уютное тепло от чая, и я чувствую себя дома. Украдкой вздыхаю — давно не чувствовала ничего подобного…

Дома!

Я резко вскидываю голову и смотрю на Гленду. Та треплет Анемона и бормочет ему что-то ласковое.

— Кучер… Том сказал, что вы можете рассказать больше об усадьбе Гленмур. — говорю я. Отхлёбываю сладковато-терпкий чай и выжидательно смотрю на Гленду.

Радостная улыбка сползает с её лица.

— Гленмур… — бормочет она. Поднимается со своего места, подходит к окну и подзывает меня.

— Иди сюда, девочка. Вон он, твой Гленмур!

Я послушно подхожу; Анемон трусит за мной и садится, навострив уши.

— Гляди, — командует Гленда и тычет пальцем в стекло.

Дом Гленды стоит на краю деревни, так что я сразу вижу дорогу, уходящую к тёмной гряде холмов на горизонте. Солнце уже село, и они плавными волнами выделяются на фоне сумеречного неба. У подножия холмов как будто бы что-то чернеет. Присмотревшись, я различаю смутные очертания особняка, то ли двух—, то ли трехэтажного.

— Увидела? — осведомляется женщина, — Это и есть Гленмур.

По спине бегут мурашки. Чем больше я вглядываюсь в смутный, будто бы колышущийся образ поместья, тем сильнее мне становится не по себе.

— Вы сказали, что можете многое про него рассказать, — напоминаю я.

— А то ж! — радостно кивает Гленда, — Садись и слушай.

Я вернулась на лавку, придвинула к себе чашку. Анемон положил мне голову на колени, и мы оба обратились в слух.

— Когда-то Гленмур был обычной усадьбой, — с важным видом говорит Гленда, — моя бабка даже работала там горничной. Я её застала, когда мелкая была, она меня туда любопытства ради водила. Ну, когда хозяева в отъезде были. Помню, как роскошно там было, ой! Белые диваны! Мягкие кресла! Купальная лохань с золотыми ручками, с ума сойти!

— А кто владел Гленмуром? — быстро спрашиваю я, потому что описание былой роскоши меня интересует мало.

Гленда закатывает глаза, вспоминая.

— Граф… или барон… дель… фон… не помню. Они там с женой жили, у них еще было два сына. Всё шло хорошо, пока они все разом не исчезли!

— Это я слышала, — вздыхаю, прижав ладонь ко рту. Но сердце всё равно учащённо колотится, и я невольно чувствую себя маленькой девочкой, которая слушает страшилку у костра.

Гленда прищуривается.

— А вот так. Моя бабка пришла к ним убираться, как обычно, а дома и нет никого. Стоит себе, двери нараспашку, только ветер по комнатам гуляет. Про Гленмур сразу дурные слухи поползли, никто там поселиться больше и не отваживался. А тут ты вдруг решила добровольно туда сунуться…

— У меня нет других вариантов, — глухо бормочу я, уткнувшись взглядом в столешницу.

— Знамо дело, — тяжело вздыхает Гленда, — и к себе я тебя пустить не могу, уж не обессудь… домик маленький, ещё и разваливается, мы тут с Анемоном еле помещаемся.

— То есть, в усадьбу я могу попасть без проблем? — уточняю я, старательно отгоняя от себя мысли о том, куда могли подеваться прежние обитатели Гленмура.

— Да, — пожимает плечами Гленда, — заходи, кто хочешь, бери, что не прибито. А хочешь, оставайся жить.

И рассыпается в смехе над собственной шуткой.

Я вежливо улыбаюсь и глубоко вздыхаю. Решено! Завтра отправляюсь в Гленмур, не буду тянуть!

И вспомнив ещё кое-что, задаю новый вопрос:

— А что там с Чёрным герцогом? Что про него скажете?

Лицо Гленды вновь меняется, но на этот раз оно становится настороженным и даже испуганным.

— Ох, девочка, — взволнованно шепчет она, наклонившись ко мне и опасливо поглядывая по сторонам, — не уверена, что тебе хочется это узнать…

Глава 6

Конечно, такие слова Гленды только подстёгивают мой интерес!

— Разумеется, хочется, — тут же нетерпеливо говорю я, — я много про него слышала, но не знаю, что из этого правда, а что — нет…

Глаза Гленды загораются лукавым огоньком.

— А давай, — с явно показной небрежностью говорит она, — рассказывай, что ты там про него слышала, а я уж скажу, правда это или нет.

— Ну… — протягиваю я, напрягая память, — я их знаю не то, чтобы очень много… например, говорят, что ему прислуживают три странных человека, чьи лица всегда скрыты масками. Вроде как, они даже не люди, а нечисть.

Гленда протестующе трясет головой.

— Вот это сразу скажу — ерунда! Никогда ничего подобного у нас в краях замечено не было!

Ага, может, он их из своих угодий просто не выводит? Ладно…

— Ладно, — вслух говорю я, — тогда ещё одна сплетня! Когда-то он был женат, но его жена пропала, и с тех пор её комнаты заперты.

Гленда призадумывается.

— А знаешь… — нерешительно отвечает она, — Вот это может быть правдой. Вроде, припоминаю, что кто-то из моих приятелей видел Чёрного герцога издалека, и с ним была какая-то молоденькая девушка… Но больше её никто никогда не встречал.

Лёгкий морозец холодит спину. Да, я никогда не встречала этого герцога и даже толком не верю в его существование, а тут получаю подтверждение, что он действительно есть. Более того, вполне возможно, что-то сделал со своей женой!

Бр-р-р…

— Ну хорошо, — бодро заявляю я. Подаюсь вперёд и подпираю руками подбородок, — а что вы скажете о том, что герцог оборачивается драконом? Я слышала такое даже не от одного, а от трёх человек