Звереныш - Рита Хоффман

— Я раздавлю его, герр Эйрик, — насмешливо бросил Дитмар.

Он не выглядел злым. Лицо — открытое и простое, взгляд прищуренный, а тело расслабленное. Вольф не испугался. Наоборот, внутри заворочалось то, что несколько лет упорно пытались пробудить в нем цверги, — азарт битвы. Он ловко перелез через ограждение и подошел к Дитмару, продолжая буравить его взглядом снизу вверх. Да, крупный, но слишком верит в победу только потому, что выше ростом.

— Боритесь, — велел Железный Эйрик, отступая.

Дитмар ожидаемо попытался обхватить Вольфа, чтобы повалить, но тот юркнул под его руку и сделал подсечку, от которой, в свою очередь, противник умело ушел.

Кружа по площадке, Вольф оценивал движения Дитмара. Тот явно был обучен какому-то хитрому виду борьбы[31], о котором цверги не имели понятия, но это не особо помогало: скованный неведомыми правилами, Дитмар делал нелепые выпады, напоминавшие скорее танец. Правда, сколько бы Вольф ни пытался опрокинуть противника, у него не получалось: более взрослый и тяжелый, Дитмар умудрялся сохранять равновесие.

— И долго вы собираетесь этим заниматься? — раздраженно крикнул Эйрик. — Дитмар! Рыцарь борется, а не кружит врага в танце!

Поморщившись, Дитмар перешел в наступление. Вольф ждал кулака в лицо, потому не увернулся от странного удара ребром ладони по шее. Задохнувшись, он попятился, захрипел. Дитмар попытался схватить его за ворот котты, но Вольф опять юркнул под его руку — и тут же поскользнулся на смешанной с грязью соломе. Чудом не рухнув лицом в землю, он хотел было отскочить, но Дитмар схватил его за пояс и ударил кулаком меж лопаток. От места удара расползся жар, капли пота покатились по лбу, заливая глаза. Тяжесть чужого тела навалилась на спину, вынуждая либо упасть, либо тащить Дитмара на себе.

«Не могу проиграть. Не могу проиграть», — мысль забилась в объятом злостью разуме Вольфа.

Он вспомнил все: и темных альвов с их клинками, и цвергов с кулаками, напоминавшими молоты, и встречу с тварями, едва не задравшими его в лесу. Желание затянуть гальдр стало нестерпимым. Вольф мог победить, мог превратить тело противника в собственное оружие, но тогда он выдаст себя, предаст доверие Иных.

Собрав остатки сил, он извернулся, скидывая с себя Дитмара, упал на спину, а когда противник снова навалился на него, впился зубами в соленую от пота шею и одновременно как мог сильно надавил коленом на его пах. Дитмар взвизгнул и дернулся, но Вольф не разжал зубы. В рот попала мерзкая на вкус кровь, и лишь удар ладонью по уху заставил его глухо застонать и расслабить челюсти. Дитмар прижал его голову к земле и, тяжело дыша, прохрипел:

— Ты ответишь за это, крысеныш…

— Слезай с него, — почти скучающим тоном потребовал Эйрик. — Ты вдвое больше этого птенца, Дитмар, видит Светоч, этот бой — просто жалкое зрелище.

Приподнявшись на дрожащих руках, Вольф сплюнул смешанную с чужой кровью слюну и поднял голову, стараясь разглядеть наставника. В глазах все плыло, вместо одного Железного Эйрика он увидел двух.

— Неплохо, птенчик. Когда на кону стоит твоя жизнь, хороши любые средства.

Похвала заставила его замереть. «Неплохо»? Но ведь он проиграл…

Эйрик схватил Вольфа за ворот котты, поставил на ноги и, придерживая за плечо, обвел взглядом притихших пажей.

— Драться нужно до последнего, ясно? — спросил он. — Даже если у вас нет шансов. Кто знает, может, вам повезет и враг окажется таким же неумелым, как юнкер[32] Дитмар.

Робкие смешки ласкали слух. Вольф ухмыльнулся, утер рот и попытался расправить плечи, но тут же охнул — спина отозвалась болью.

— А теперь разбирайте мечи и начинайте колотить герра Чучело! — рявкнул Железный Эйрик. — Быстро!

Прихрамывая, Вольф направился к сваленным деревяшкам. Нагнавший его Конрадин восхищенно прошептал:

— Ты почти победил Дитмара!

— Почти, — прохрипел Вольф, вытаскивая из кучи неожиданно тяжелый деревянный меч. — Но не победил.

— Теперь Ито не посмеет смеяться над тобой.

— Пусть смеется. И он, и другие. Однажды я стану лучше, чем они.

Конрадин не ответил. Прежде чем начать колотить чучело, Вольф заметил нескольких мужчин, стоявших поодаль. Двое — точно стражники, в старике он узнал Ансельма, а в окруженной ими фигуре — короля Райнхольда. Он внимательно наблюдал за тем, что происходило на площадке, и напряженно хмурился.

* * *

Чего Вольф точно не хотел, так это возвращаться в стирочную, но у Бранда на этот счет были свои планы. Он пришел к площадке в конце занятий с Железным Эйриком, согнал пажей, словно утят, и повел прямо к стоявшей в дверях Марте.

— Грязную одежду бросайте в корзину, чистую подаст Анна, и не смейте толпиться! — командовала прачка, оглядывая взъерошенных потных мальчишек. — Сперва оруженосцы!

Толпа юнцов потеснила пажей, вынудив их отступить от двери и растянуться в нестройную очередь. Вольф понимал, что впереди купание. Он успел забыть, как его мыла мать, но реку неподалеку от госпожи помнил прекрасно, как и наполненную горячей водой бочку, в которой хагазуссы заставляли его мыться зимой. Единственное, что пугало его сейчас, — краснолицая Марта, грозно глядевшая на каждого мальчишку, исчезавшего за дверью стирочной.

— Ненавижу… — пробормотал Конрадин, стягивая с себя котту.

— Почему? — удивился Вольф. — Стесняешься?

Иные вместе купались в реке, вид человеческого или нечеловеческого тела не вызывал в нем никаких скверных чувств.

Конрадин же покосился на него и бросил:

— Увидишь сам.

Пока они ждали, Готфрид едва не подрался с одним из мальчишек постарше, пытаясь пролезть первым, за что получил удар под дых. Вольф так и не понял, с чего пажи грызутся за место в очереди, словно псы за кость, потому спокойно стоял в хвосте и ухмылялся, наблюдая за позеленевшим лицом Готфрида, которого, казалось, вот-вот вырвет.

— Мы последние, — простонал Конрадин, когда паж перед ними вошел в стирочную. — Нужно было бежать быстрее.

— Ты торопишься? — Вольф, уже стянувший с себя все, кроме брэ, с наслаждением разминал плечо, онемевшее от долгого сражения с герром Чучелом.

Конрадин насупился и отвернулся.

Бранд, сидевший на скамье у бочек с мочой, задремал, уронив голову на грудь. Освободившиеся пажи убегали в палас, торопясь не то в Гнездо, не то на помощь своим геррам.

— Не задерживай, — буркнула Марта, подтолкнув Вольфа в спину. — Иди туда, в каморку.

Внутри все еще неприятно пахло, но горячего пара стало куда меньше, чем днем. Вольф прошел меж бочек и лоханей и откинул влажную простыню, отделявшую каморку для купания от места для стирки. Рядом с высокой кадкой стояла уставшая Анна — ее лицо облепили влажные волосы.

— Только не упади. — Она указала на мокрую и скользкую на