Дневник благодарности - Наталья Куценко

— Клим! — увидевшая меня Сашка, бросается обнимать. От нее опять пахнет шоколадом.

— Климушка, — тетя Ира тоже меня обнимает. — Как ты, мой родной?

Она осматривает меня с ног до головы, и, судя по ее взгляду, она ожидала увидеть меня в гораздо более плохом состоянии.

Дядя Миша жмет мне руку, а Настя пока стоит в стороне и просто кивает мне.

— Мы тут тебе летние вещи привезли, фрукты, — говорит тетя Ира, а дядя Миша протягивает мне сумку и пакет.

— Как ты? Тебя тут хорошо кормят? — тетя Ира, как всегда, в своем репертуаре.

— Да все нормально, — я улыбаюсь.

— Ты хорошо выглядишь, подрос, кажется…

— Вряд ли, — мне почему-то опять неловко от ее внимания. К тому же сейчас мы находимся под прицелом взглядов ребят.

— Тебя тут не обижают? — продолжает допрос тетя Ира, теперь уже строго и с недоверием оглядываясь.

— Все хорошо, теть Ир.

— Клим, вы общайтесь, — говорит дядя Миша. — А мы с Ириной пока в город съездим.

Я киваю. Мне так даже лучше. Останься они, наше общение было бы довольно неловким.

— Пойдем к тебе? — спрашивает Саша, когда ее родители уезжают.

— Да нет, давайте на улице, — говорю я.

Настя по-прежнему ведет себя тихо, больше разглядывая все вокруг и будто избегая смотреть на меня. Я бросаю вещи под навесом, где все еще бдит над котятами Маша с ребятами.

— А ничего, что ты так? — Саша обеспокоенно смотрит на Машу, которая сейчас похожа на львицу, готовую защищать своих львят от чужаков.

— Все нормально, — говорю я. Саша недоверчиво морщится. Я только ухмыляюсь. Да. Несколько месяцев назад, я тоже не стал бы так бросать свои вещи, не доверяя всем этим странным ребятам.

Даша, сидящая на скамейке провожает меня взглядом. Я ей киваю, мол все нормально, а затем, вспомнив про пакет с фруктами, возвращаюсь и отдаю его ребятам.

— А ты изменился, — говорит Саша, наблюдая за моими действиями.

— У меня появились друзья, — улыбаясь, я киваю в сторону ребят, которые достают из пакета яблоки, бананы и весело машут мне рукой. — Пойдемте, покажу вам уютное местечко, — и веду своих гостей к заброшенному бассейну.

Сашка опасливо садится на сиденье, отряхивая его от хвои, Настя просто прислоняется к столбу. А я сажусь на любимое место, чувствуя себя хозяином.

— Как дела у тети? — чуть прищурившись, я разглядываю Настю. Она опускает голову, пряди волос падают ей на лицо, и она заправляет одну за ухо.

— Нормально.

— Понятно. А как Вадим?

— Не знаю, вроде тоже нормально. Он пару раз заезжал. Вроде как его жена уже скоро собирается рожать. Они… передавали тебе привет.

— А у меня экзамены скоро. Кошмар, — говорит Саша. — И выпускной. Мама просто достала уже поисками платья и вообще. Жаль, что ты здесь, я надеялась, что ты придешь.

— Ну как видишь, — я развожу руками. — Не передумала еще в наш универ поступать?

— Нет, — Саша мотает головой, а потом вдруг улыбается. — Ты… когда тебя заберут, ты же можешь восстановиться. Будем на одном курсе.

— Может быть, — вся моя прошлая жизнь сейчас кажется мне такой далекой. Я даже представить себе не могу, как это — ходить на лекции, сидеть в аудиториях. Как будто это вообще было не со мной.

— Ты злишься? — вдруг спрашивает Настя.

— Конечно, он злится, — говорит раздраженно Саша. Судя по ее взгляду, Настя ей не нравится. Настя бросает на нее не менее неприязненный взгляд.

— Саш, успокойся. Я не злюсь. Уже не злюсь. Тут на самом деле не так уж плохо…

— Не плохо? С вот этими вот? — Саша кивает куда-то в сторону, видимо, имея в виду остальных детей.

— А что с ними не так? — чуть раздраженно говорю я.

— Я тебя не понимаю. Ты ведь сам говорил, что тебе здесь делать нечего. Вадим и тетя твоя могли бы уже тебя и забрать.

— Пока что так надо, — говорю я. Объяснять все особенности моего пребывания здесь мне не хочется. Саша только цокает, закидывая ногу на ногу.

— Так что с ними, — я повторяю ее жест головой, — не так?

— Да просто… — Саша, видимо, не хочет говорить, но потом все же продолжает. — Ну ты знаешь, про детдома всякое рассказывают. Родители говорили…

— Это нормальный дом. И дети тут нормальные, — я чувствую, как начинаю злиться. Чего это она вдруг? Не ожидал от нее такого.

— Ладно, — Саша, видимо, не хочет со мной ссорится. — Я тут тебе снова кое-что записала, — она достает из кармана флешку, — Ты мне ту отдашь, ладно?

— Ага. Спасибо, — я не хочу ее обижать, она просто не понимает… Но мне уже хочется встать и уйти, чтобы они побыстрее уехали, но понимаю, что это будет очень некрасиво.

— Клим, — вдруг опять подает голос Настя. — Мама сказала, чтобы я тебе… В общем, чтобы ты не обижался.

— Я не обижаюсь, — как можно спокойнее отвечаю я.

Настя молчит, все еще не поднимая на меня глаз. Потом вдруг достает из кармана пайты сигареты, такие же, как я находил у нее — опять с каким-то вкусом. Я только поднимаю бровь, но ничего не говорю. Она прикуривает, бросает на меня взгляд полный вызова. Саша морщится. Настя опять удостаивает ее злым взглядом.

— Ты, наверное, думаешь, что мы такие мерзкие родственнички, который только и думают, как отжать твою квартиру, — продолжает Настя, раздраженно стряхивая пепел. Я молчу. Да как-то так я и думал. — Моя мама. Не знаю, почему она не захотела тебе рассказывать, но вообще-то у нас особо не было выбора.

— В смысле? — о чем она вообще?

— Да… Мои предки. Они разводятся, — говорит Настя наконец смотря на меня прямо.

— И что с того? Это значит надо было Клима сюда запихнуть? — спрашивает Саша, но Настя ее игнорирует, продолжая смотреть на меня.

— Почему разводятся? — я не понимаю. Вроде у них была нормальная семья. Во всяком случае мне так показалось, когда они к нам приезжали пару лет назад. Не то чтобы они мне особо нравились, но…

— Мы не просто так вот сорвались и сюда переехали. Ну, не только из-за дяди Сережи… Папа.. Он. Последний год у него опять были проблемы с работой. Ну ты помнишь, так и раньше было, он то увольнялся, то опять устраивался. Но когда сидел дома, начинал пить. И мама очень переживала. Просила твоего папу помочь. Но в последние полгода он совсем слетел… Бил маму…

— Что?! А мой отец знал об этом?

— Нет. Мама не хотела говорить. Ей стыдно было о таком рассказывать, да и… У вас и так не все гладко было. К тому же мы и так у вас деньги просили. В общем, мама не хотела его беспокоить. Но как раз перед… перед аварией, отец сильно напился и ударил меня, а потом маму. И тогда она решила, что все, хватит. Собрала вещи, нас с малой взяла… Мы у знакомой одной должны были пожить временно, но потом нам сообщили что случилось, и приехали сюда.

— Но почему она сразу не сказала? Я бы тогда… — Я не понимаю. Что за бред? Если их отец пьет и даже поднимает на них руку, почему нельзя было сказать моему отцу, мне? Объяснить все?

— Они с Вадимом решили, что тебе и так плохо, что не надо тебя беспокоить, — отвечает Настя, бросая сигарету и туша ее ботинком.

— Бред, — говорю я.

— Вот именно. Что с того? Почему нельзя было Климу все объяснить? И даже так. Это разве повод его вот так вот… — опять включается Саша.

— Это не твое дело, — бросает Настя.

— Эй! Давайте без вот этого как-нибудь обойдемся, — прерываю их я. Настя только языком цокает. Я вижу, что ей очень некомфортно говорить такое при Саше. И я, в общем-то, понимаю почему. За последние дни я