Фантастика 2026-148 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

И вообще! Не больно-то верю я в твою доброту, Безумов! Больно надо тебе мир спасать, как же! Знаю я вас, альтруистов фиговых! Небось опять какую пакость замышляешь исподтишка? А этого обалдуя с собой притащил — так, для отвода глаз!

Безумов лишь вздохнул и развел руками.

— Вот значит как ты заговорила? — процедил он, — А я-то, дурак, понадеялся на твою сообразительность…

Фыркнув, Дарья развернулась и демонстративно удалилась по коридору. Даже не оглянулась.

— Даже пытаться не стоило, — хмыкнул Фома, глядя ей вслед, — Я знал, что все закончится именно так.

— Нужно просто немного подождать, — сказал Костя, задумчиво глядя вслед Дарье. Фома с подозрением смотрит на него.

— Неужели ты что-то такое прочитал в ее Книге Судьбы?

На что Костя лишь загадочно улыбнулся…

* * *

Жаркое солнце в этот день нещадно палило, заставляя жителей Синегорья прятаться в тени раскидистых деревьев и навесов. Но это не относилось к Сахаринке, которая бодро вышагивала по главной площади в поисках чего-нибудь вкусненького для своих товарищей по команде. Хитиновые доспехи как всегда блестели на солнце, отполированные до зеркального блеска, а длинные стройные ноги споро несли ее вперед.

«Хм… надо бы девчатам мороженого прикупить!» — размышляла Сахаринка, ловко лавируя в толпе, — «Такая жарища, как будто не осень, а разгар лета… а у нас сегодня важная битва — надо сил набраться!»

Она решительно направилась к лотку со всевозможным лакомством и сувенирами. Продавец, увидев внушительную фигуру мирмеции, слегка стушевался, но тут же приветливо заулыбался:

— Прошу-прошу, уважаемая сударыня! Что желаете отведать? У нас тут и фруктовый щербет, и сливочное с орехами, и даже новинка — особое лакомство с водорослями — для самых искушенных! В Европе набирает популярность!

Сахаринка задумчиво поскребла подбородок. Вот ведь задачка — чем бы таким побаловать подружек? И себя, конечно, не обидеть.

— Так, дружище, накладывай-ка мне пять порций твоего самого лучшего! — решительно бросила она, — Будем пробовать все!

Продавец расплылся в довольной улыбке:

— Конечно, госпожа!

Он споро принялся наполнять вафельные стаканчики разноцветным содержимым, ловко орудуя ложкой. А Сахаринка лишь нетерпеливо постукивала ножкой, пытаясь разглядеть, что же там внутри.

И тут…

— Сахаринка, сестренка! — раздалось вдруг за спиной.

Мирмеция резко обернулась на голос. И просияла, узнав говорившую:

— Перчинка!

Средняя сестра стояла в паре шагов, широко улыбаясь. На ней красовался добротный дорожный костюм: потрепанный кожаный плащ с глубоким капюшоном, высокие сапоги со шнуровкой и широкий пояс с множеством подсумков и карманов. Видно было, что Перчинка вернулась из долгого и полного опасностей путешествия.

— Я, я! Кто ж еще! — расхохоталась Перчинка, картинно взмахнув полами черного плаща, — Соскучилась небось по сестренке?

Сахаринка не стала размениваться на слова. С радостным визгом она сграбастала Перчинку в объятия, да с такой силой, что та аж пискнула от неожиданности! Мирмеция сжимала сестру, приподняв над землей, и кружила на месте. Ноги Перчинки беспомощно болтались в воздухе, едва не задевая случайных прохожих.

— Эй, потише, раздавишь! — возмущалась Перчинка, колотя Сахаринку по спине. Но глаза ее смеялись — видно было, что встрече она тоже несказанно рада.

Зеваки шарахались от мирмеций, как от прокаженных. Еще бы — две здоровенные девицы с хитиновой броней и четырьмя руками каждая обнимаются посреди улицы, аж панцири трещат! Не каждый день такое увидишь!

Наобнимавшись вдоволь, сестры отстранились. Перчинка с интересом оглядела старшую:

— Ну ты даешь, Сахаринка! Я смотрю, ты за последнее время здорово подросла! И мускулатура такая — закачаешься! Как так вышло-то?

Мирмеция гордо выпятила грудь, демонстрируя рельефные мышцы под хитином:

— Дык папка меня того… апнул малость! До уровня преторианца мирмеций! Круто, да? Не знаю правда, что это означает, но я стала намного сильнее!

Перчинка присвистнула. В ее глазах мелькнуло неприкрытое восхищение:

— Ни фига ж себе! Поздравляю, сеструха!

Она легонько пихнула Сахаринку в плечо. Та лишь зарделась от удовольствия:

— Ага, я теперь ого-го! Но ты-то сама хороша, как я погляжу! Новая экипировка, все дела… Выглядишь как бывалый авантюрист. Где пропадала-то? Чем занималась?

Перчинка небрежно отмахнулась:

— Да всё там же… В Диких Землях была, с парочкой банд контакты налаживала. Скоро будем торговать — артефактами, ценными ресурсами, информацией… Ребята оказались сговорчивые.

Она заговорщицки подмигнула. Мол, при встрече с папкой все подробно обсудим.

Сахаринка понимающе кивнула. И тут вспомнила про мороженое, которое продавец все это время терпеливо держал наготове.

— Ой, совсем из головы вылетело! Перчинка, будешь холодненького? Я как раз девчатам набрала, пока ждем своего выхода.

Не дожидаясь ответа, она всучила сестре вафельный стаканчик и расплатилась с продавцом. Тот, кажется, слегка оторопел от щедрых чаевых, но спорить не стал — мало ли, вдруг эти мирмеции ему еще и по шее настучат за недовольство?

Перчинка весело фыркнула, принимая угощение:

— Вот ты жука! Знаешь ведь, что я сладкоежка та еще! Не откажусь, короче!

Сестры уселись на ближайшую скамейку, с наслаждением поглощая холодное лакомство. Некоторое время сидели молча, с урчанием причмокивали и постанывали от удовольствия. А потом Перчинка как бы между делом бросила:

— Слышала я, у вас тут на турнире уже некоторые успехи есть…

Сахаринка оживилась:

— Ага! Мы тут рекорды ставим. Уже финал Нижней сетки сетки на носу! Представляешь, умудрились самой Соколовой навалять! Ну… почти… Судьи, правда, ей засчитали победу, но все ж таки…

Перчинка слушала сестру вполуха. Задумчиво ковыряла ложечкой подтаявшее мороженое, хмурила брови. А потом вдруг выдала:

— Сахаринка, я