Ловушка для полоза - Дина Сдобберг

- Правда, Вьюша. А тебе что до того? - спросила Василиса Премудрая.

- Да вот, гостинец передать ей. Она сестру мою на ноги подняла, зелье волшебное в Переломном носке оставив. Нам тогда много подарков надарили. Я думаю, что это ведьмы были. И примета сбылась, - засмеялся полозëнок, протягивая княгине узелок. - Весть в нашем доме добрая, княгиня. Вышел срок службы отцу. Домой с воеводой батя вернулся! Вот мы с сестрой и решили. Рогнеда своим приходом нам столько радости принесла, а подарок ей от сестры моей сгинул. Вот сестрёнка ей рубаху вышила, рисунками огненными, что для нас Рогнеда из доброго печного пламени сотворила. А я сладостей добавил. Все девчонки сладости любят. Ну и... Я тут после перелома к сапожнику бегать стал. В подмастерья. Мама говорила, что когда ведьмочка к костру шла, у неё все ноги были изранены. Да пожгла небось. А я уже мягкие туфли шить умею. Да и глаз намëтан с ноги мерку снимать, зря я что ли лучше всех обувь чищу? Вот и решил, вам же не трудно?

- У тебя на посылках побыть? - весело засмеялась княгиня. - А может и мне твой гостинец в помощь будет? Воспоминания разбудит, что обиду и горечь ведьмину победят? Передам. Да и думаю, что не сгинул подарок от сестры твоей. Вон, посмотри.

Один из молчаливых воинов спешился, снял с заводной лошади мешок, и достал из него деревянный сундучок. Внутри оказались пара книг, несколько тетрадей, большая резная шкатулка и приметная белая шаль с ярко-зелёными листьями папоротника по краю.

- Ведьмы ушли, а эти вещи на месте остались. Думаю, может её. Так тот подарок-то? - улыбалась княгиня, точно зная, что Трояна передала ей вещи Рогнеды.

- Тот, - кивнул мальчишка и поклонился. - Счастливого пути, Василиса Добрыневна. Не буду задерживать. А то вон, злыдень скачет. Перебежит ещё дорожку!

- Да этот злыдень скорее всего по мою душу, в попутчики набиваться будет, - прищурилась, глядя на подъезжающего Касиана с оруженосцем княгиня. - Беги, Вьюша. И не тревожься, передам.

Мальчишка себя уговаривать не заставил. И так чуть голову вело от собственной смелости. С самой княгиней говорил, да о службе её просил. И не отказала же ему, простому мальчишке, княгиня. Посмеялась лишь без злобы.

- Далеко ли собрались, Касиан Грегорианович? - между тем уже спрашивала княгиня у инквизитора. - Или может вам подсказать, как в библиотеку пройти?

- Думаю, что просто так, я и до порога не дойду, кто бы мне не указывал дорогу, Вася, - специально назвал княгиню так, как её звали в пору ученичества у Ягниды.

- Вот как, - усмехнулась княгиня. - Так ты решил с поклоном да с богатым даром прийти? Снова дочь вместо разменной монеты выставишь?

- Её найти сначала надо. Да и... К жене мне надо перед очи явиться, - вздохнул Касиан. - О дочери сказать. А такие разговоры лучше с глазу на глаз вести.

- Да уж, магистр, за двадцать-то лет, поди много чего накопилось, что сказать нужно. А уж сколько речей благоверная ваша отрепетировала, - почесал затылок Иван. - Это ежели она вас ещё и за мужа считает. А то вы на порог, а там сапоги боярские с локоть размером. Ну и разворот плеч подстать. И выйдет у вас разговор такой, что не то что с глазу на глаз, а как бы без головы не остаться. А с глазами она будет или уже без, не очень то и важно.

- Какие сапоги, какие плечи? Ты что несёшь? Вот ей-боги, дурак! - отчего-то вспылил старший магистр.

От резкого движения сдвинулся, забренчал притороченный у седла дорожный мешок, заставив княгиню нахмуриться.

- И что там? - прямо спросила она, кивнув на мешок.

- Тавро, которым печать накладывали на Рогнеду, кандалы её, тряпицы, которыми мой заботливый оруженосец ей ноги обматывал. Прядь волос, что за решётку у того места, где она лежала зацепилась, да видно вырвалась, - перечислил Касиан.

- Этто ещё зачем? - зло сверкнули глаза княгини.

- Хорошо, если девочку сразу найдём. А если нет? - задумчиво хмурился Касиан. - Связь между ею и нами, родителями... По крайней мере, со мной, точно разорвана. На родовом древе моей матери я есть, а её нет. Если надежды найти не будет, то придётся к деду моему ехать. Чтобы он родовые ритуалы проводил, заново связи плёл. А для этого ему всё, что связано с Рогнедой может понадобиться. Я всё, что смог, по темнице собрал.

- Волосы, кровь, остатки кожи, что прикипели к железу... Магией крови отдаёт, - хоть и ушла злость, но тревожиться княгиня не перестала.

- А вы это старику Загорскому скажите. Мол, так и так, мил человек, но имеем мы подозрение, что ритуалы твои родовые на магии крови замешаны. Нельзя их применять и вообще забудь, - хмыкнул Иван.

- Да что ты, Ваня, - улыбнулась княгиня. - Я ещё внуков понянчить хочу. А с такими советами и до сватов к детям моим не доживу.

- Долго разговоры вести будем? До Дивноморья путь неблизкий, - поторопил всех Касиан.

- Ну, положим, тракт Заставный от ворот идёт как раз мимо столицы Приморья, - размышлял вслух Иван. - В одном месте и вовсе вдоль стены идёт и только от главных ворот Дивноморья разворачивается и дальше уже к нам. Но так-то нам Дивноморье и не нужно вовсе.

- Нужно, - не согласился Касиан. - Телега на каторгу никак иначе, чем мимо главных ворот Дивноморья, проехать не могла. Значит, стражу расспросить надо. Да и... Марья Мореславовна, жена моя и мать Рогнеды, там живёт. Хоть я ей в последний наш разговор и определил другое место для доживания. Но она явно меня слушать не стала.

- Конечно, - кивнул Иван. - С чего это? Ей и ровня не указ, и грамоты Великого князя на растопку только так летят. А тут какой-то муж указявок оставил.

- Вот сразу видно, Ваня, что молод ты и холост. Это князю Моревна может и не кланяться при встрече, и грамотами его печь топить. А мужа обязана слушаться и выказывать почтение и уважение, - засмеялся Касиан.

- Это с чего же такие обязанности? Муж-то из вас сильно так себе. Восемнадцать лет о жене не справляться, как дела её не узнавать!