Второй шанс для Алой Пиявки - Айра Мэйрвелл

Я вздрогнула.

— Ты назвал меня…

— Алиса, — повторил он твердо. — Призрак назвал тебя так, сказал, что ты не из этого мира. И я видел, как ты отреагировала. Это твое настоящее имя, верно? Той, кто живет в этом теле?

Я замерла, момент истины настал. Я не могла больше лгать ему, не после того, что мы пережили.

— Да, — прошептала я. — Алиса, и я из другого мира. Я не Лиюэ. Лиюэ умерла в тот день, когда ударилась головой. Я заняла ее место.

Я ждала, что он отдернет руку, что в его глазах появится отвращение или страх. Одержимость духом считалась проклятием.

Но он лишь крепче сжал мои пальцы.

— Я знал, — спокойно сказал он. — Точнее, догадывался. Та Лиюэ, которую я знал… она была пустой. Жестокой и глупой куклой. Ты… ты другая. С первой нашей встречи в том зале, когда ты предложила мне чай, я видел в твоих глазах другой свет. Свет разума, который не принадлежит этому затхлому двору.

— И тебя это не пугает? — спросила я, глядя на него с надеждой. — Что я… чудовище? Захватчица тела?

— Ты спасла императора, спасла моих людей, спасла меня. Если это делают чудовища, то я предпочту быть на их стороне, чем на стороне святых, — он грустно улыбнулся. — К тому же… мне никогда не нравилась Лиюэ. А вот Алиса… Алиса мне дорога.

У меня перехватило дыхание. Слезы, которые я сдерживала последние сутки, хлынули из глаз. Я уткнулась лицом в его колени и заплакала.

Он не стал меня успокаивать словами. Он просто положил руку мне на голову и начал гладить волосы. Медленно, ритмично.

— Все хорошо, — шептал он. — Мы здесь, мы живы.

Когда слезы иссякли, я подняла голову.

— Призрак, — сказала я, вытирая лицо рукавом. — Он ушел, но оставил послание.

Цзинь Вэй кивнул, его лицо снова стало серьезным.

— Он проиграл этот бой. У него нет армии големов. Но у него осталась его сила, и его безумие.

— Церемония Небесного Единения, — напомнила я. — Она состоится завтра. Астрономическое явление нельзя отменить. Парад планет произойдет вне зависимости от того, есть у него ключ или нет.

— Что он может сделать без ключа?

— Я думала об этом, пока мы ехали, — я встала и начала ходить по комнате. Мой мозг, отдохнувший и подстегнутый опасностью, снова заработал в полную силу. — Он хотел открыть врата цивилизованно. Через «черный ход». Тихо и аккуратно, используя накопитель энергии. Мы разрушили его план. Теперь у него остался только один вариант.

— Какой? — спросил генерал.

— Ему нужен источник энергии такой мощи, чтобы порвать ткань реальности. Если он не может использовать накопленную энергию сотен людей… он использует энергию самого места.

Я остановилась перед картой столицы, висевшей на стене.

— Столица построена на месте силы. Пересечение лей-линий. Именно поэтому здесь стоял дворец династии Шан, и поэтому здесь стоит наш дворец. Сердце Империи — это не просто артефакт. Это узел.

— Он хочет уничтожить узел? — нахмурился Цзинь Вэй.

— Нет. Он пойдет в самое сердце, туда, куда мы не смогли добраться. В тронный зал Древних.

— Но входы завалены, мы проверяли.

— Для человека, который может проходить сквозь стены и превращаться в тень, завалы не проблема. Проблема была в «Печати Сдерживания», которую мы забрали. Теперь там нет защиты.

Я повернулась к нему.

— Цзинь Вэй, мы думали, что обезопасили мир, но на самом деле мы открыли ему дорогу. Без Печати энергия в том месте нестабильна. Ему нужно просто подтолкнуть её. И тогда…

— И тогда взрыв уничтожит не просто пещеру, — закончил он за меня. — Он уничтожит столицу.

— Весь город провалится в тартарары. Буквально.

В комнате повисла тишина.

— У нас сутки, — сказал генерал, поднимаясь с кресла. Он пошатнулся, но устоял.

— Тебе нельзя сражаться, — напомнила я. — Врач сказал…

— К черту врача, — его голос был тихим, но в нем звенела сталь. — Если я не смогу сражаться мечом, я буду сражаться зубами, но я не дам ему уничтожить мой дом.

Он подошел ко мне и взял мое лицо в свои ладони.

— Алиса. Ты знаешь, как его остановить?

— Он из плоти и крови, даже если считает себя богом, — ответила я. — У него есть тело, значит, его можно убить. Но магия на него не действует так, как на других. Он поглощает Ци.

— Значит, нужно что-то, что не является магией. Старая добрая сталь.

Я вспомнила свои иглы. Они были бесполезны против него в пещере. Он остановил их силой мысли.

— Нужно отвлечь его, — сказала я. — Он одержим идеей совершенства. Он нарцисс. Если мы заставим его ошибиться…

В мою голову пришла безумная идея. Идея, достойная той, кто переписывал сюжеты книг.

— Цзинь Вэй, помнишь, он предлагал мне править вместе?

— Не смей даже думать об этом, — его глаза потемнели.

— Нет, я просто сделаю вид. Он считает, что мы похожи, что я — такая же, как он. Чужая, не из этого мира. Это его слабое место. Он одинок, в своем величии и безумии он страшно одинок. Он ищет отражение.

— Ты хочешь стать приманкой? Опять?

— Я хочу стать зеркалом. Я покажу ему то, что он хочет видеть, а пока он будет смотреть… ты нанесешь удар. Единственный, потому что второго шанса у нас не будет.

Генерал молчал, разглядывая мое лицо, словно пытаясь запомнить каждую черточку.

— Это будет наш последний бой, Алиса, — сказал он наконец.

— Тогда давай сделаем так, чтобы мы выжили.

Вечером мы сидели на веранде, укутавшись в пледы, и пили чай. Снег, который обещали тучи, так и не пошел, но воздух был морозным и чистым.

— Расскажи мне о своем мире, — попросил вдруг Цзинь Вэй. — Об Алисе.

И я рассказала. Рассказала о самолетах, которые летают выше фениксов, о городах, где ночь светла как день, о книгах, которые читают с экранов, светящихся, как магические кристаллы. Рассказала о своей учебе, о родителях, о том, как нелепо и глупо умерла под колесами автобуса.

Он слушал внимательно, не перебивая, словно