Лучшая бабушка. Империя Железной леди - Арина Теплова

— Ты-то откуда это знаешь? Свечку держал?

— Нет, Нина, — горько усмехнулся он. — Просто хорошо платил твоим личным горничным все эти годы, и они мне всё докладывали.

— Ничего себе! Они что, рассказывали тебе, с кем я сплю?

— Да и не только. Так что я уверен на сто процентов, что Анечка — моя дочь. Кстати, пять лет назад, на приёме в доме Мурановых, та сама говорила подруге, Аня моя дочь. Я случайно оказался за дверью в гостиной и всё слышал.

— Боже, замолчи, Владимир! Слушать это невозможно.

Эта одержимость Баскакова Ниной меня уже стала напрягать. Много лет следить за женщиной, которая тебя прогнала и ни во что не ставила, ужас какой-то.

— Я понимаю, как это выглядит, Нина. И нет, я не сумасшедший. Я просто ждал нужного момента, чтобы снова завоевать тебя. Всё.

Я задумалась. Отчего-то вспомнился самый первый день, когда я попала в этот мир.

Тогда я неожиданно вошла в гостиную, где собрались приглашённые, чтобы ехать на похороны. И, увидев меня, Анечка упала в обморок, и именно Владимир поднял её с пола и усадил на стул. Я ещё тогда подумала, как он нежен и заботлив с этой девушкой. А он знал, что она его дочь. Это объясняло его поступок и отношение.

— И я хочу, чтобы Аня знала, что я её отец. Прошу тебя.

— Хорошо. Думаю, Михаил тоже догадывается, что Аня не его дочь. И девочка уже выросла. Пусть узнает правду, я не против.

— Ты сама ей скажешь?

— Можем вместе, если ты этого хочешь.

— Хочу, Нина.

На том мы и порешили. Я же чувствовала некое облегчение в душе.

Я всегда гадала, чем же провинился Баскаков перед Ниной. Придумывала в моих мыслях невесть что: от измены в молодости до убийства. А оказалось, что он, как влюблённый мужчина, просто воспользовался случаем и соблазнил Нину, за что она потом и осуждала его долгие годы, хотя и родила от него дочь.

Глава 63.

Вернулись мы в Петербург ровно через две недели, как покинули столицу. Владимир поехал провожать меня до дому.

— Завтра же поутру наведаюсь на машиностроительный завод, — заявила я о своих планах Баскакову, едва мы сели в наёмный экипаж и Владимир назвал адрес, куда ехать.

— Завтра? Я думал, ты отдохнёшь пару дней от поездки.

— Нет. Надо приступать к работе немедленно. Планов слишком много. А до сентября чуть более двух месяцев.

— Вижу, ты прямо загорелась этими машинами, Нина, — вздохнул удрученно Баскаков, когда экипаж тронулся с места. — И зачем я потакаю твоим капризам? Зачем не отговорил тебя от этого рискованного дела с этими автомобилями?

— Ты не понимаешь.

— Не понимаю.

— За автомобилями будущее! — с жаром произнесла я. — Зачем нам покупать иностранщину, когда мы сделаем свой автомобиль по более выгодной цене?

— Ну откуда ты это знаешь?

— Вот знаю и всё. Чутьё у меня, понимаешь, чутьё.

Ну разве я могла сказать, что Генри Форд создал свою империю в начале XX века именно на машинах? И в первые годы XX века заработал свой первый миллион, имея всего двенадцать рабочих и продав всего тридцать автомобилей. С детства я фанатела всем, что связано с автомобилями, оттого отлично знала историю успеха Генри Форда.

И если я расскажу Владимиру о том, он просто не поймёт меня, да и не надо ему понимать это. Пусть просто думает, что у меня есть чуйка, а мои знания о будущем пусть останутся только для меня.

Причём перед Фордом у меня было преимущество. Я знала, куда надо развивать автомобиль: и по качеству, и по возможностям, и по внешнему виду. Сейчас в Российской империи, да и в мире, нужны были мощные, надежные машины типа внедорожников, так как дороги оставляли желать лучшего. Сделанные просто, но со вкусом, может быть даже красивые по дизайну. Чтобы стоили не дорого и их можно было изготовить из недорогих, качественных материалов.

Я мечтала, чтобы именно русские автомобили получили мировую славу и в ближайшие годы обошли по своей популярности машины Форда. Ведь до популярности автомобиля Форда у меня было в запасе почти семь лет.

Встречали меня дома все. Дочери и внуки прямо от дверей, обнимали и радовались. Пётр находился чуть в стороне, подпирая плечом дверной проём и как-то таинственно улыбался. Слуги во главе с Ларисой Самсоновной тоже стояли в парадной пока я раздевалась. Баскаков приехал со мной и решил остаться с нами на ужин.

Мы прошли все в гостиную, и я начала красочно рассказывать, как мы съездили, а заодно вручила всем привезённые подарки. Людочке — большую фарфоровую куклу, Ане — докторский набор медицинских инструментов, Клавдии — ультрамодные щипцы для завивки локонов, а Сашеньке — миниатюрную модель настоящего воздушного шара.

Кухарка под руководством Ларисы Самсоновны расстаралась на славу, подав вкусный сытный ужин. За трапезой мы воодушевлённо беседовали, и все рассказывали, что происходило у них здесь за последние две недели. Я тоже делилась впечатлениями с выставки. Молчал только Ростопчин с аппетитом поглощая куриные ножки и вареный картофель в сметане.

Владимира я попросила пока не говорить о нашей помолвке, хотя бы ближайший месяц. Потому он больше говорил о выставке, как и я, а после уехал к себе домой.

После ужина Людочка догнала меня у лестницы. Взяла меня за руку, сказав, что хочет проводить меня до спальни.

— Бабушка, я скучала по тебе, тебя так долго не было.

— И я скучала, милая, — улыбнулась я девочке. — Но теперь я вернулась, и вы обязательно проведете время вместе.

— Я не верю тебе. Завтра ты опять уедешь в свою гостиницу и опять будешь занята.

Я нахмурилась. Девочка была права. На завтра я уже планировала посетить завод, «Императрицу» и парикмахерскую. Отчего-то мне стало стыдно. Последние недели я совсем позабыла о внучке. А ведь она одна из немногих, кто искренне любил меня, и возможно, именно ее мольбы ангелам и воскресили Нину, то есть вызвали меня к жизни в этом мире.

— Хорошо, Людочка. Давай поступим так: завтра ты поедешь со мной. Съездим быстро в гостиницу, потом отправимся в парикмахерскую, сделаем с тобой модные прически. Проведем время вместе. Договорилась?

— И я поеду с тобой на автомобиле?

— Да. Со мной.